Король забавляется - Наталия Ипатова

— А ну, отдай! — рявкнула та, надвигаясь толстым рябым лицом. Сокрушительная баба. — Ишь, вырядилась, будто сама…

— А может, сама и есть! — бесшабашно прошипела в ответ Аранта, чувствуя себя вполне в своем праве. Еще бы, первый-то ботинок был уже у нее в подоле, значит, в споре она была права как минимум на три четверти. — Говорили — похожа! Гляди, ща как заколдую!

С этими словами она с размаху свистнула соперницу первым ботинком по голове. Проходивший мимо мужчина, глянув на нее, в сердцах сплюнул. А Кеннет-то оказался прав! Никто в здравом уме ее не опознает. Они думают, Красная Ведьма в эту минуту королевскую постель греет.

Воровать сейчас оказалось куда веселее и проще, чем тогда, в восемнадцать лет, когда она стояла столбом и не могла заставить себя взять картофелину, умирая при этом с голоду. Дело было даже не в азарте и не в том, что все кругом, покрикивая друг на дружку, занимались тем же самым, и ей, в сущности, ничего не грозило. Дело, как она подозревала, было в Кеннете, который ухитрился сделать из их участия в грабеже не трагедию и даже не драму, а нечто жизнеутверждающее, и даже не обратил ее внимание на то, что от успеха их озорной эскапады зависит все предприятие, а возможно — и жизни. Они оба не могли позволить себе думать о жертвах мародеров, которые остались сегодня вне поля зрения. Сегодня на ее рассудок разом навалилось столько трагедий… Хотя бы только для того, чтобы его сохранить, требовалось изменить ракурс. В любом случае это было совсем не похоже на воровство в компании того парня… она не смогла вспомнить ни его лица, ни имени, кроме того, что Рэндалл как-то унизительно его обыграл.

Держа на плече тючок и размахивая добытыми в честном бою башмаками, они не спеша удалялись со сцены. Похоже, завтра весь город, все демократические низы будут разодеты в модные штучки от Веноны Сарианы. Достойный аплодисментов ответный ход.

— Эй! — В бок Аранте воткнулся чей-то локоть. — Товарка, уступи красавчика! Глянь, чего дам…

Из сложенных лодочкой ладоней на Аранту хлынул водопад перламутровых пуговиц. Она могла поклясться, что рука Кеннета дернулась к ножу.

— Еще чего, — буркнула она, покрепче цепляясь за его локоть. — Я сама за него жемчужные буйки отдала! Иди мимо, подруга!

Они поспешно завернули за угол и припустили бегом, пока одна подворотня не показалась ей подходящей.

— Стой! — задыхаясь, сказала она. — Подожди здесь. Я переоденусь.

— Погоди-ка!

Из складок дорожного плаща — которого раньше не было! — Кеннет достал маленький взведенный арбалет с металлической стрелкой, похожей на блестящую головки змеи.

— Докатился, — с горьким смешком сказал он. — Оружие для убогих. Но лука я сейчас не натяну, увы.

Арбалетчик бы с ним не согласился, но Аранта решила оставить извечный спор традиционных лучников с поклонниками усовершенствованного оружия для специалистов.

Кеннет отодвинул ее, огляделся, убедившись, что если он оставит ее одну на пустой улице, то с нею не случится ничего худого. Аранта только усмехалась, глядя, как предпринимает меры ее собственная служба безопасности. Разве она не доказала, что может справиться сама?

Кеннет, держа арбалет на взводе, сунулся носом во тьму. И голос, каким оттуда взвизгнули, никак не мог принадлежать ему. Даже пронзенные сталью, мужчины хрипят от боли по-другому. Аранта подобралась к самому зеву подворотни, часто моргая, в тщетной попытке что-нибудь там разглядеть, но услыхала только: «Нет! Пожалуйста, не надо!»

Кеннет выскочил, словно на него там кипятком плеснули.

— Слушай, — сказал он виновато, — может, ты посмотришь? Мне кажется, лучше женщина…

— Огниво есть? — перебила его Аранта, почти не надеясь на утвердительный ответ. Но он кивнул. Хм. Едва ли, выходя из Белого Дворца посмотреть на казнь королевы, он собирался, как в поход. Что еще он насовал в карманы, пока она сражалась за башмаки?

Щелкнув несколько раз, им удалось подпалить полоску ткани, оторванную от нижней юбки. Незаметно сделав левой рукой отводящий знак, Аранта нырнула в подворотню головой вперед. Смешно. Неужели Кеннет исхитрился наступить на нечисть страшнее ее самой?

Выглядело это как комок грязного тряпья, забившийся от ее робкого огонька как можно дальше, где лопатки уже упирались в угол меж глухой каменной кладкой и заложенными засовом и запертыми на замок воротами полуподвального склада. Взглянув на замок, Аранта ощутила укол угасающего, уже почти профессионального интереса. Заступница, неужели ей могло понравиться воровать? В нелепой попытке остановить ее движение вперед «нечисть» вытянула перед собой дрожащую руку, примерно настолько же грязную, насколько грязными были после прогулки босиком ноги Аранты. Видимо, их обладатель какую-то часть пути проделал на четвереньках.

Обладатель? А ногти-то — в облезлом лаке! Аранта опустилась на корточки, держа огонек меж собой и ею.

— Не бойся, — сказала она, искренне желая, чтобы перепуганное дитя успокоилось. Тут работают те же интонации, с какими успокаивают лошадей. — Ты меня знаешь, наверное.

Глаза и рот замарашки округлились в беззвучном «о!», когда она разглядела и, кажется, опознала Красную Ведьму в облике, годящемся разве только для портовой шлюхи. Вид у нее был такой, словно она оцепенела от изумления, однако, как оказалось, вид этот был обманчив. Подобрав под себя ноги и стремительно перекатившись вперед, она уже привычным способом, на четвереньках, ринулась вперед, мимо Аранты, и едва не сбила с ног Кеннета, поймавшего ее за ворот, чтобы без лишних слов водворить на прежнее место. Он был прав. Глупо упускать человека, который видел их живыми, вместе, и мог опознать.

— Это в самом деле вы?

— Неле?

— Аннелиза Эмилия ван дер Хевен, — пискнула девица. — Урожденная леди. Какой толк теперь от этого «ван дер»? Не… не называйте меня Неле! Это королева придумала. И это имя принесло несчастье. — Она всхлипнула. — Меня дома Анелькой звали.

— Что произошло? — Аранта встряхнула девушку за тощенькое плечико. — Почему ты здесь и в таком виде?

— Погоди-ка, миледи.

Кеннет выудил из кармана красивую флягу. Аранта ее у него не помнила и в очередной раз поглядела на него с уважением. Она-то билась только за башмаки и тряпки, а вот ее «секретарь и страж» времени даром не терял.

— На, отвинти сама крышку и глотни.

«Существо» припало губами к фляге, послушно глотнуло полным ртом и немедленно зашлось в кашле, брызгаясь слюной и слезами.

— Да, — сказал Кеннет, оправдываясь. — Это бренди. Оно нужно всегда.

— Хорошо, что хоть здесь, — угрюмо и запоздало огрызнулась Аннелиза Эмилия ван дер Хевен, урожденная леди. — И хорошо, что хоть в таком виде. Сами-то!