Беглец - Родион Кораблев

а сам кидался на врагов, постоянно наращивая темп схватки так, чтобы весь приток энергии уходил на навыки, что, кстати, оказалось непростым делом, поскольку сильные боевые умения не приносили большой пользы, а Скользящий удар сам по себе много ресурсов не требовал.

С защитой также проблем не возникло — Тление, Озеро пустоты и небольшой Домен успешно справлялись и с излучением Бесформенного, и с давлением. Не убирали полностью, но справлялись.

Отслеживанием — еще одной ресурсоемкой задачей — занималась Мирам.

В общем, энергия-то была. Сложность заключалась скорее в том, как ее потратить. Приходилось изворачиваться. К сожалению, собрать врагов в большую кучу Доменом и накрыть Резчиком, как Алекс любил делать, не выходило — мертвая вода надежно защищала многоножек. Команды поддержки с их Гравитацией также рядом не было. Жала же лишь немного ослабляли монстров, но убить не могли.

Поэтому Алекс метался между многоножками с копьем, а Резчика периодически бросал в самую большую кучу врагов. Но бой все равно проходил слишком «вяло». По его личным меркам, конечно.

Собственно, у него даже оставались время и силы на исследование мертвой воды. Сначала он попробовал ее преобразовать обратно в жидкость, но ничего путного не вышло. Скорее всего, тут не справились бы даже опытные мастера.

Под конец Алекс рискнул и, раскидав окружающих многоножек, потратил пару мгновений на Почетного гражданина пустоты. Идея заключалась в том, чтобы вобрать в белое пространство всю Бесформенность и там как-нибудь сжечь. Получилось же у него извлечь тонкие вибрации из энергии кракена, в результате чего огромный монстр потерял над ней контроль. Может, и с мертвой водой получится? В конце концов, Бесформенность — это такое же «звучание» энергии, как и любая другая Сила.

Однако энергия отказывалась течь в белую пустоту. То ли Сила Пространства не принимала вредную Бесформенность в свой дом, то ли многоножки слишком хорошо управляли мертвой водой, то ли Алексу просто не хватило способностей. Так или иначе, затея с Почетным гражданином пустоты полностью провалилась. Поэтому оставалось бить чудовищ эффективным, но медленным копьем…

Недобитков он не трогал, лишь отметил, что из них вынимают врата и отправляют куда-то вниз. А вот когда мимо Алекса проплыла группа из нескольких сотен захваченных адептов, транспортируемых стайкой многоножек, он не выдержал — подскочил, быстро перебил конвой и пинками загнал ничего не соображающих адептов обратно в пузырь к остальной армии. Благо дело происходило на самой границе пузыря.

К счастью, спасенные не попали под дружеский огонь. Однако дела у армии шли не очень — это Мирам видела по меткам, которые Алекс периодически закидывал внутрь. Армия хоть держалась, но особого ущерба не наносила, да и вообще слишком редко вступала в прямой контакт с многоножками. Один единственный Алекс уничтожал больше монстров, чем все миллионы остальных адептов.

Нет, сражайся армия с многоножками в чистом поле, адепты давно бы победили — у них имелись и коллективные техники и оружие с Устойчивостью, которое наносило тяжелые раны чудовищам. Но в том то и проблема, что они сражались не в открытом поле…

— Мирам, дай свой прогноз по Лису! — попросил Алекс, в очередной раз пролетая мимо границы и забросив туда пяток новых меток.

— Ребята пробуют новые тактики, но пока ничего не придумали, — отрапортовала Мирам.

— Они пытаются двигаться вверх или вниз?

— Нет!

— Плохо дело. Значит, Лис не знает, что делать. Или не может. А как там големы?

— Сидят в центре. Генерал их использует просто как дополнительные излучатели Устойчивости.

— Понятно, — протянул Алекс, уходя в глубину.

Пора было подводить итоги… Из хорошего — монстры не могли его остановить. Главным образом его спасал невероятно высокий резонанс с источником и Тление. Любой другой, даже высокоуровневый адепт с Линзой, давно бы потратил всю энергию и отрубился. Иначе адепты бы легко дрались с монстрами изнутри их тел, но на это был способен лишь Алекс. По крайней мере Лейсав и компания ни о чем похожем не слышали.

Из плохого — он сам не мог сильно навредить монстрам, как бы ни старался. Слишком много их было вокруг.

Более того, Алекс заметил, что чем дальше, тем больше его стараются просто сдерживать, а не пленить — монстры нападали уже не огромными стаями, которые можно было хоть как-то накрыть Резчиком, а небольшими разрозненными группками. И вроде он был постоянно занят, однако скорость истребления многоножек заметно упала.

А через некоторое время в резиноподобной субстанции странным образом появилось течение, которое постоянно сносило Алекса куда-то на периферию. Которая оказалась на удивление далеко от пузыря с адептами, словно многоножки постоянно увеличивали пространство боя.

Собственно, так и было — в какой-то момент он увидел, что каменная стена ползет назад! А на ее место приходит мертвая вода. И если вначале пузырь с адептами занимал большую часть пространства на дне туннеля, то теперь он болтался в небольшом море из мертвой воды.

— Зачем многоножки это делают? — удивилась Мирам.

— Ясно зачем! — мрачно произнес Алекс. — Во-первых, они теперь не позволят генералу Лису ни атаковать логово, ни убежать наверх. Многоножкам, или тем, кто ими управляет, достаточно оттащить пузырь с армией подальше от края, как они это делают со мной.

— А во-вторых?

— В таком большом объеме проще создать… огромную волну, которая разобьет армию. Сначала пополам, а потом будет дробить и дробить, пока все адепты не окажутся в этой штуке, — Алекс ударил кулаком в мертвую воду перед собой, которая удерживалась от соприкосновения с кожей Озером пустоты. Резиноподобная субстанция дернулась, но больше ничего не произошло. Он добавил: — Кто бы ни сделал эту штуку, он явно ждал адептов. Другим монстрам мертвая вода не мешает.

— Что нам делать дальше?

— Выход один — пойти вниз и посмотреть на того, кто все это придумал!

— Плохая идея. Сам говоришь, что это ловушка. Здесь ты хоть и мешаешь, но тебя терпят. А внизу за тебя примутся всерьез. И вообще, это не твоя забота! У великих школ есть защитники, пусть они разберутся. При чем тут ты?