Друзья поневоле - Юрий Волошин

– Да и найдем ли мы ту харчевню? – с надеждой в голосе спросил Петька.

– За это не беспокойся. Я найти смогу. Мы уже достаточно долго в городе, так что сможем ту дыру отыскать. А там видно будет. Может, и на судно какое наймемся или заплатим за проезд. Так что не опасайся. Да и что нам тут сидеть без дела? Надо заработком заняться, а не просто тратить то, что у нас пока имеется.

– Ладно, Гарданка, не горячись. Согласен я. Да только ты обдумал, как такое дело провернуть? Небось, там не один хозяин будет, как бы по зубам не получить. А то и того хуже.

– Как у вас говорится, волка бояться – в лес не ходить? Так, что ли?

– Так-то оно так, да все одно боязно.

– Ну хватит об этом! Решено, и надо думать не о страхах, а о деле, как его лучше провернуть. Основное я беру на себя, а ты будешь просто поддерживать. Если все хорошо обдумаем, то не сорвется, и мы с прибылью останемся. Понял ты меня, Петька?

– Я-то понял, но все это мне не по душе, особенно последние слова об ограблении.

– Он тебя грабит, а ты не смей? Нет уж, Петя, я такого не понимаю.

Они еще долго спорили, но все осталось по-прежнему. Гардан стал обдумывать план мести, а Петька мучился угрызениями совести. Гардан посмеивался, а Петька побаивался последствий.

Они шлялись по городу среди коров, обезьян, нищих, воинов с копьями и саблями, глазели на заклинателей змей с их таинственными дудками и плавными движениями, слушали бродячих дервишей и смотрели на йогов. И все это время вспоминали и искали ту харчевню, где их ограбили.

Но прошел не один день, прежде чем они ее обнаружили.

– Наконец-то! – радостно воскликнул Гардан, торопливо проходя мимо злополучного строения. – Теперь начинается самое главное, Петька! – Глаза его засияли радостным мстительным огоньком, лицо порозовело, хотя это с трудом можно было заметить сквозь густой загар.

– Только не торопись, Гарданка, – взмолился Петька. – Давай получше оглядимся, уж тогда и решать будем, что делать.

– Само собой. Да ты не бойся, Петька!

Петька вздохнул, но в спор вступать не стал. Все и в самом деле было решено.

– Надо купить халаты и под ними спрятать нашу одежду, Петька.

– Это зачем такое?

– На всякий случай, чтобы не узнали сразу. Надо же быть осторожными.

– А! Тогда понял. Давай купим.

– А к тому же еще и подкрасить тебя надо, а то ты очень уж отличаешься от тутошних. Надо сделать тебя чуть темней. Не то португальца в тебе сразу узнают, а так, может, и пронесет, если выставляться особо не будешь. Думаю, дня через три можно будет начинать, а пока будем присматриваться и прислушиваться.

– Да что ты можешь услышать? Тут все по-своему калякают.

– Положись на меня, Петька. Ты, главное, не высовывайся и слушай меня.

Три дня они упорно следили за харчевней и уже немного разбирались в том, как работают там хозяин и челядь. Выбрали самое жаркое время, когда наступал послеобеденный отдых и посетителей не было. Да и челядь от жары и духоты дурела и искала укромное местечко для короткого передыха.

– Зайдем в кусты и переоденемся, – сказал Гардан, лихорадочно блестя глазами. – Ты будешь сторожить, а я займусь хозяином, – напомнил Гардан, хотя все уже было не раз оговорено.

– А не выдам я себя волнением? Уж больно жутко на такое дело идти.

– Тем хуже для тебя. Постарайся быть поспокойнее, да под краской этого будет и незаметно. Ты, главное, не бойся и держи шпагу наготове. Если что не так пойдет, то встретимся вечером у своего шалаша, договорились?

– Пошли, – вместо ответа сказал Петька, чувствуя легкий озноб в теле. Вскоре из кустов вышли два мусульманина в халатах и неряшливых чалмах на головах. Они старательно придерживали шпаги под полами халатов и торопливо зашагали к харчевне. Перед входом они придержали шаг и спокойно зашли внутрь. Полутьма мрачного помещения остановила их. Духота облила Петьку холодным потом страха. Гардан молча тронул его за плечо, мол, не переживай, Петька, все нормально будет.

Они прошли вглубь, и сонный взгляд слуги не помешал им. Гардан с уверенностью завсегдатая открыл хлипкую дверь, они вошли в крохотное помещение, дверь из которого вела в покои хозяина. Они тихо вошли и прикрыли створку за собой. Комната была освещена с открытой веранды, на которой в тени смоковницы возлежал хозяин. Черный мальчишка монотонно махал над ним пальмовым листом, отгоняя мух и навевая легкую прохладу.

Гардан быстро и тихо зажал мальчишке рот и оттащил в угол, где Петька трясущимися руками связал его, предварительно затолкав в рот комок тряпья, показывая жестами, что надо молчать.

Хозяин почмокал губами, поворочался, но глаз не открыл. Гардан поманил Петьку и подал ему шелковый шнурок, показав, что надо делать. Петька с жутью в животе набросил шнурок на шею жертвы и сдавил ее. Чайханщик встрепенулся, выпучив глаза, но крик застрял в его горле, к которому было приставлено лезвие ножа. Гардан сказал по-португальски:

– Тише, шакал! Хочешь жить – молчи. Отвечай быстро и внятно. Мы к тебе пришли за своими деньгами, дерьмо крокодила! Помнишь молодых ребят, которых ты обчистил месяц назад? Так это мы. А теперь показывай, где деньги, и давай-ка без шума, – он кивнул Петьке, и тот немного ослабил петлю.

Хозяин обливался потом, от него остро запахло чем-то противным. Он что-то пробормотал раскрытым ртом.

– Говори яснее, падаль! Ты отлично говоришь по-португальски. Говори, а то зарежу! – и с этими словами Гардан вонзил острие ножа в кожу трясущегося чайханщика.

– Сколько надо, господин мой? Я все отдам, хотя и не помню вас у себя. Пощади только, Аллахом молю, да не…

– Закрой пасть, шакал вонючий! Говори тихо, где взять деньги!

– В комнате, в ларце красного дерева со слонами на крышке. Стоит у окна на столике.

– Дружище, пойди проверь и возьми все, что там есть.

– Но как же…

– Быстрей! Шевелись!

Вскоре Петька вернулся с ларцом, и Гардан открыл его, сняв ключик с шеи чайханщика.

– Что-то маловато тут, хозяин, – прошипел Гардан, показывая до смерти перепуганному человеку содержимое ларца. – И не вздумай говорить, что больше у тебя ничего нет. Ну! – и лезвие проделало новую дырочку в его темной потной и жирной коже. Струйка крови потекла, смешиваясь с потом на голой жирной груди. Затем Гардан надавил пальцем на глаз жертвы, шипя в ярости:

– Говори, свинья вонючая!

– Я скажу, скажу, – прохрипел индус. – Все скажу, помилуй только во имя Аллаха! Пусть снизойдет его благость на голову твою, юноша! – И он торопливо зашептал что-то, мешая португальские слова с родными.

Гардан внимательно вслушивался в тарабарщину, однако суть понял и сказал Петьке, где искать тайник.

– Поторопись, а то долго мы тут чухаемся! Пора сматывать удочки.