Судья Королевского дома - Инна Сударева

Рыцарь вдруг прижался губами к ее шее... «С ума можно сойти!» — пронеслось в голове Роксаны, и она энергично повернулась на бок, лицом к спящему.

Фредерик открыл глаза, моргнул пару раз, видя совсем рядом красное лицо девушки. Красное, отчего? От возмущения, должно быть.

— Простите, — буркнул и разжал руки...

Теперь они торопились, как и пожелала Роксана.

Торопились следующим образом: Фредерик усадил ее в седло, сам вспрыгнул на спину коня сзади и дал шпоры.

Мышка, несмотря на свои крупные габариты, оказался резвым и легким в беге. Вскидывая время от времени головой, он летел вперед по дороге, и Роксане это нравилось. Ее обвевало ветром, полным душистых травяных запахов с лугов. Одна рука рыцаря обнимала ее за талию, другая крепко держала поводья. Девушка ощущала спиной его грудь, а ухом — дыхание. Нельзя сказать, что ей было неприятно, и совсем уж без возмущения вспоминала она тот нечаянный поцелуй в шею...

Ни один мужчина не целовал ее так. Даже Роман. Да ему она и не позволяла. Так, лишь подержать за руку, чуть обнять, а если и коснуться губами, то щеки. А Фредериков поцелуй был жарким. «Только он, наверное, для той, которую он во сне видел». — Такая мысль угнетала Роксану. Она вдруг поймала себя на том, что слишком уж много места в ее голове занял рыцарь-южанин.

В такой вот молчаливой скачке прошел день, за ним, после ночевки в бескрайних лугах, начался второй. Мешок с припасами заметно похудел. Только яблок было вдоволь: ими они запаслись в Березовом городке. Где-то за полями мелькали пару раз небольшие селения, но Фредерик, судя по всему, не планировал заворачивать туда. На вопрос Роксаны «почему бы нам не заехать купить какой еды?» хмуро буркнул «нет, это опасно». Он вообще стал больше хмуриться слишком часто осматривал окрестности, словно ожидал чьего-то нежелательного появления.

К вечеру второго дня, присев у разведенного в поле костра, он сообщил Роксане:

— За этим пролеском — земли вашего отца. Я надеюсь, мы скоро закончим путь, И, надеюсь, без особых приключений.

— Да что еще может с нами случиться? — пожала плечами девушка.

— Все, что угодно.

— Вы про Романа? Мы ведь ускользнули от него.

— Как раз где-нибудь на землях вашего отца он и сможет нас дожидаться. Он ведь знает, что именно туда мы направляемся. Проще всего вместо того, чтоб гоняться за нами, подстеречь нас именно там, куда мы стремимся.

— Хм, — задумалась Роксана. — Неужели вы думаете, ему так нужна моя жизнь?

— Вы или ваша жизнь. Тут есть выбор. Только пожизненное заточение в замке барона Лиера вас вряд ли устроит. Боюсь, дело не только в вашем приданом, раз Роман начал такую охоту.

— А в чем же?

Фредерик пожал плечами:

— Я мало знаю о вашем крае, чтобы делать какие-либо конкретные выводы. У меня лишь предположения.

— Какие же? — Роксане захотелось воспользоваться тем, что он разговорился.

Но Фредерик невесело усмехнулся и покачал головой. Разговор был окончен...

Утром случилось то, чего он опасался. Проехав небольшой лесок, что отделял их от Земли Ветряков, они увидали тонкую струйку дыма над лугом, что простирался дальше.

— Держитесь, — приказал Фредерик Роксане и пришпорил Мышку. — Может, проскочим.

Конь сорвался в галоп так, что у девушки помутилось в голове от рывка. Левой рукой Фредерик сильней обхватил ее и прижал к себе.

— Веселей, веселей, мышастый, — приговаривал рыцарь.

Их заметили. Послышались крики: люди спешили седлать своих разбредшихся по лугу коней. Роксана прищурилась, чтоб рассмотреть, кто они. Ее глаза сразу же выхватили высокую фигуру Романа. Фредерик оказался прав: он поджидал ее на земле ее же отца.

Тем временем организовалась погоня. Человек шесть уже неслись во весь опор за беглецами, которым удалось все-таки немного оторваться, еще пятеро спешили следом.

Мышка скакал славно, но недостаточно быстро: сказывалась тяжесть двух седоков.

— Скачем, как можно дальше, — шепнул в ухо девушки Фредерик.

— А потом?

— Потом — дадим бой.

— Бой? — только и успела переспросить Роксана. — Ага.

Она плохо представляла себе, как будет давать бой...

Мышка довольно резво выбрасывал вперед свои мощные ноги: может, слова Фредерика о бое подстегнули его.

— Стойте! — орал Роман.

Он далеко опередил своих людей и медленно, но верно нагонял беглецов.

— Стой, южанин! Не уйдешь! — Его крик уже совсем близко.

Фредерик резко осадил коня и развернул его к противнику.

— Оставьте леди Роксану в покое, сэр.

Девушка увидела горящие глаза своего жениха-обманщика. Он заухмылялся ей.

— Ну же, золотко... Прыгай мне в седло. Что за радость вернуться к отцу в замок?

— Уж лучше у отца под замком, чем у тебя, — сквозь зубы прошипела Роксана, вспомнив, что он ей готовил: «женюсь, трахну и запру» — эти слова стали для нее чем-то вроде девиза на щите — всегда напоминали, что есть Роман на самом деле.

— Вспомни — отец отказался от тебя, лишил наследства. Он сделает тебя посудомойкой на кухне.

— Я соврала тебе тогда, Роман. Соврала, чтоб испытать, и ты не выдержал — показал себя. Мой отец любит меня по-настоящему.

Ухмылка сползла с лица юноши, брови его сошлись к переносью.

— Пусть так, — сказал он. — Только не уйти тебе от меня, золотко...

Потом глянул на Фредерика, который терпеливо ждал, когда окончится выяснение отношений.

— Могу поспорить, что ты, южанин, положил глаз на нее. С какой стати тебе, чужаку, вмешиваться в наши дела, — насмешливо говорил Роман. — Конечно, сам без роду-племени, а тут такая возможность — спасти дочь владетельного барона. Только не надейся: тут тебе ничего не светит. Барон Криспин не такой дурак, чтоб отдавать дочь первому встречному.

— Сэр, можете говорить все, что угодно. Лишь одно знайте: я не отдам вам леди Роксану ни под каким предлогом, — холодно отвечал Фредерик.

— А как насчет такого предлога? — И Роман лихо выхватил внушительный по размерам меч, спрыгнув наземь.

Тут Фредерик даже осклабился:

— Поединок? Что ж, пойдет. — Он быстро дернул свой клинок из ножен и тоже спешился.

Роман довольно захохотал:

— Ну все. Ты покойник, южанин.

— У меня те же мысли насчет вас, — признался Фредерик.

Роман напал. Удары его были сильны, быстры, но неуклюжи и неточны. Это Фредерик отметил в первую очередь. Он повел бой как обычно: пока оборонялся, чтобы выведать слабые места противника и узнать его тактику. Надо сказать, у Романа ее-то и не было. Разил и рубил он хаотично, надеясь лишь на свою недюжинную силу, которой у него было хоть отбавляй.