Медленный танец - Элизабет Смит

Восхищенный искусством архитектора, он так и не заметил поблекшей краски просевшего деревянного крыльца, когда по неровной кирпичной дорожке приблизился к дому.

Поднявшись по ступенькам, Грант уже поднял было руку, чтобы позвонить, но в этот момент дверь открылась и на пороге появились две девчушки подросткового возраста.

— Привет, — устало вымолвил он, — я ищу Холли Прескотт.

— Наверху, — пропела одна из девочек. — Переодевается. Великий день наконец настал.

— Вовсе нет, дурочка! — прошипела вторая, ущипнув подругу. — Мисс Холли пошла в «Бьюти-бар» сделать маникюр.

Проказницы захихикали и, оценивающе рассмотрев Гранта, умчались куда-то.

Внутри слегка чувствовался запах лимонной мастики. Широкий коридор потрясающей красоты проходил сквозь весь дом и заканчивался высокой стеклянной дверью. И вновь классическое великолепие особнячка настолько ослепило Гранта, что он не увидел потрепанных восточных ковров, устилавших отполированные до блеска деревянные полы, и потертую обивку изящной старинной мебели.

Из ближней к холлу комнаты выскочила высокая поджарая брюнетка. При виде незнакомца она замерла и вгляделась в его лицо так пристально, словно пыталась запомнить каждую черточку:

— Вас прислали из цветочной лавки?

— Нет, мэм.

— От фирмы, которая обслуживает сегодняшний банкет?

— Нет, — повторил Грант, пытаясь что-то объяснить, но женщина не дала ему докончить.

— Ну, конечно же! Сейчас позову мисс Билли! Садитесь, пожалуйста. — Она указала на маленький диванчик. — У меня просто голова кругом идет от всей этой суматохи, — пояснила общительная брюнетка, скрываясь в другой комнате.

Несколько минут спустя, услышав незнакомый мягкий голос, Грант невольно вздрогнул от неожиданности:

— Здравствуйте. Я Билли Дин Барретт, — объявила хозяйка, протягивая руку. На вид ей было лет пятьдесят, но только небольшие морщинки в уголках глаз слегка портили нежную бело-розовую кожу. От ее зоркого взгляда не укрылась тревога на лице хмурого гостя.

Грант встал и, пожимая тонкие пальчики, намеревался представиться, но не успел.

— О Боже, вы, должно быть, Грант Кайлер! — охнула она с таким видом, словно каждый день в ее доме появляются неизвестные мужчины. — Как глупо, что я не сразу вас узнала! — Да, он именно такой, как описывала Холли!

Грант недоуменно поднял брови, но хозяйка, не смущаясь, продолжала:

— Я столько слышала о вас и знала, что рано или поздно вы обязательно появитесь. Очень рада, что как раз успели на свадьбу.

А я еще больше! — в душе съязвил Грант.

— Рад познакомиться, мисс Барретт, — вежливо лроизнес он. — Я приехал к Холли. Мне нужно с ней поговорить.

— Разумеется! — одобрила Билли. — Она скоро вернется. Ну а теперь извините, у меня куча дел. Встретимся позже. — Она вновь смерила его оценивающим взглядом и, очевидно довольная увиденным, добавила: — Как хорошо, что мы, наконец, познакомились. Надеюсь, вы останетесь на праздник. Такой сюрприз для Холли!

— Не пропустил бы такое событие ни за какие деньги, мэм, — двусмысленно заверил Грант. — Но как видите сами, мой костюм вряд ли подходит для столь торжественного случая. К сожалению, я оставил свои вещи вместе с машиной в гараже Хендерсона.

Сам не понимая почему, Грант, взрослый тридцатидвухлетний мужчина, в присутствии Билли чувствовал себя десятилетним сорванцом. Тетушка небрежно отмахнулась.

— Сейчас велю Лейси позвонить Элдону и попросить прислать ваш чемодан. Венчание состоится только вечером, так что у нас еще полно времени. Вы, конечно, согласитесь погостить у нас, Грант?

— Да, мэм, благодарю вас.

Он будет здесь торчать до тех пор, пока Холли не опомнится, черт возьми! Билли дружески похлопала его по плечу:

— Будьте как дома. Я сейчас вернусь.

Она поспешила наверх, а Грант, оставшись один, начал рассматривать затейливую лепнину потолка. Лопасти вентилятора, тихо жужжа, гнали струи душистого воздуха по коридору. Аромат неизвестных цветов дурманил голову, и на мгновение показалось, что он неожиданно попал прямиком в пьесу Теннесси Уильямса, где все персонажи говорили тихо, вкрадчиво, но при этом были чертовски эксцентричны.

Устав от ожидания, Грант огляделся и, поскольку нигде не было видно ни единой души, побрел по коридору, заглядывая в каждую комнату. Но на полдороге был остановлен все той же худой брюнеткой. Словно ниоткуда, эта энергичная особа возникла у подножия лестницы и уставилась на Гранта:

— Мистер Кайлер, позвольте представиться. Я Лейси Уэбстер, здешняя домоправительница. Мисс Билли велела проводить вас в библиотеку и принести чего-нибудь прохладительного. Прошу вас следовать за мной.

Грант, нерешительно замявшись, посмотрел на входную дверь.

— Я собирался встретить Холли, мисс Уэбстер. Мне нужно срочно с ней поговорить до того, как…

— Мисс Билли просит подождать в библиотеке, мистер Кайлер, — непререкаемым тоном изрекла Лейси. — Мисс Холли скоро вернется. Я тотчас дам ей знать о вашем приходе.

Ничего не поделаешь, приходилось подчиниться. И Грант неохотно поплелся за Лейси.

Слишком взволнованный, чтобы усидеть на месте, он нервно мерил шагами библиотеку. Это место лучше любых слов говорило о характере и воспитании Холли. Вся жизнь Гранта подчинялась сначала военному уставу, потом жестким правилам, которыми обязаны были руководствоваться агенты ФБР. В его мировоззрении не имелось полутонов, все считалось либо черным, либо белым — середины не существовало. Эта категоричность отнюдь не была свойственна жителям Юга. Здесь все цвета казались размытыми, неясными, мягко перетекающими из одного оттенка в другой. Время словно стояло на месте. Каждое событие могло иметь совершенно различные истолкования, в зависимости от точки зрения. Яркая радуга идеально сочеталась с неопределенно серой дымкой. И в этом не было ничего удивительного.

Да, несомненно, тяготы последних месяцев сильно повлияли на нее, но, несмотря на внешнюю хрупкость и беззащитность, девочка выказала поразительную силу духа. Прошла через все испытания. Теперь он приехал, чтобы узнать, готова ли Холли вновь пуститься в путь. На этот раз вместе с ним.

Грант оперся плечом о раму стеклянной двери, которая выходила на маленький, вымощенный кирпичом внутренний дворик, обсаженный деревьями и почти полностью увитый плющом. За спиной послышались шаги. Вошедшая Лейси поставила на письменный стол маленький поднос с печеньем и кувшин с охлажденным чаем.

— Вы не забудете передать Холли, что я здесь? — робко спросил он, отчаянно нуждаясь хоть в чьем-то ободрении.