Планета приключений - Джек Вэнс

Рит подумал, что в движениях Хелсса появилась едва заметная расслабленность.

— Не много мы узнали, — живо сказал Хелсс. — Ладно, вы хорошо справились со своей задачей. Вот ваши двадцать цехинов.

— «Двадцать цехинов»! — проревел Зарфо Детвилер. — Мы договорились о награде в пятьдесят! Как смогу я купить себе участок луга, если меня постоянно обманывают!

— Если вы хотите прослыть скрягой…

— Скрягой, в самом деле! Следующий раз сами читайте донесения Ванкхов!

— То, что вы сделали для нас, я и сам бы мог сделать с легкостью.

— Очевидно, нет. Ладно, всего вам хорошего.

Рит следом за Зарфо вылез из экипажа, а затем обернулся, чтобы взглянуть на Хелсса.

— Я останусь здесь, хочу перекинуться парой слов с этим господином.

Хелсс ничуть не обрадовался.

— Мы должны поговорить о деле. Необходимо, чтоб Повелитель Синего Нефрита узнал ваше желание.

— Сегодня в полдень скажу вам ответ.

Хелсс коротко кивнул:

— Как пожелаете.

Экипаж отъехал, оставив Рита и Локхара посреди улицы. Рит сказал:

— По близости есть таверна? Возможно, мы могли бы посидеть за бутылочкой.

— Я из Локхаров, — фыркнул чернокожий старик. — Я не разжижаю свои мозги и не опустошаю карманы ради выпивки, а до полудня — тем более. Однако вы можете купить мне сосиску Зама или клют с головкой сыра.

— С удовольствием.

Зарфо направился к продуктовому магазину; они все купили на прилавке, установленном прямо на улице, и присели за столик.

— Я удивлен тем, что вы можете читать идеограммы, — сказал Рит. — Где вы научились?

— В Ал Хидисе. Я работал резчиком штампов вместе со старым Локхаром, который был настоящим гением. Он научил меня распознавать несколько трелей и показал мне, как оттеняется интенсивная вибрация; как звучность соответствует форме, как различные аккорды соединяются в единую структуру с определенными оттенками. И трели, и идеограммы — систематичны и рациональны. Есть соответствие между звуком и рисунком. Но разобрать разницу в звучании трудно. — Зарфо откусил большой кусок сосиски. — Излишне говорить, что Людей Ванкхов может обескуражить такое знание. Если они подозревают, что Локхар прилежно учит язык их хозяев, его увольняют. Люди Ванкхов — безумно мнительны! Они ревностно охраняют свою роль посредников между Ванкхами и миром людей. Неискренние люди! Их женщины прекрасны, словно черные жемчужины. Но, жестокие и холодные, они не склонны флиртовать.

— Ванкхи платят хорошо?

— Как и все остальные, как можно меньше. Но мы уступаем. Если повышать оплату труда, Ванкхи могут завести рабов или использовать Черных с Пурпурными, тех или других. Тогда мы потеряем привилегию и, возможно, свою свободу. Так что мы много работаем без любых жалоб и используем любую возможность, чтобы с помощью нашего искусства что-то заработать.

— Вполне возможно, что Юао Хелсс — тот, что был в серо-зеленом костюме, — станет спрашивать, о чем мы разговаривали, — сказал Рит. — Он даже может предлагать вам деньги.

Зарфо откусил кусочек сосиски:

— Естественно, если он заплатит достаточно много, я все ему расскажу.

— Тогда наш разговор должен быть выгоден и приятен обоим из нас.

Зарфо жевал задумавшись.

— Насколько выгодным вы готовы сделать его?

— Я не думал об этом определенно, так как вы попытаетесь получить больше с Хелсса или, точнее, выжать как можно больше из нас обоих.

Зарфо мрачно вздохнул:

— У вас плохое мнение о Локхарах. Наше слово — наша крепость. Мы можем расторгнуть сделку, но никогда не уклоняемся от выполнения условий.

Торговля продолжалась в том же духе, пока за сумму в двадцать цехинов Зарфо не согласился хранить в тайне разговор так же крепко, как он хранит тайну того места, где спрятаны его сбережения. И сумма была выплачена.

— На секундочку вернемся к посланию Ванкхов, — сказал Рит. — Там есть ссылка на «предводителя». Есть намеки и путеводные нити, по которым его можно идентифицировать?

Зарфо поджал губы:

— Грубый тон показывает высокородность. Другое почтительное замечание может означать что-то вроде: «персона превосходного сорта» или «вашего собственного образа», «вашего положения». Это очень трудно. Ванкхи, читающие идеограмму, поймут трель, которая будет включать в себя существенные детали. Ванкхи распознают мысленный образ, но кто-нибудь вроде меня может уловить лишь общие контуры. Большего я рассказать не могу.

— Вы работаете в Сеттре?

— Увы. Человек моих лет и с таким достатком — разве не достойное жалости зрелище? Но я близок к своей цели, а тогда… я вернусь в Сморгаш, в страну Локхаров, и куплю участочек луга, заведу молодую жену и удобное кресло у очага.

— В Ал Хидисе вы работали в космических мастерских?

— Да. Меня перевели из инструментальной в космические мастерские, где я ремонтировал и устанавливал очистители воздуха.

— Должно быть, механики Локхары очень искусны?

— Да.

— А есть ли те, кто специализируется на установке, скажем, приборов контроля и управления?

— Естественно. Обучение ведь комплексно.

— И есть такие механики, переехавшие в Сеттру?

Зарфо наградил Рита оценивающим взглядом:

— Сколько стоит такая информация?

— Попридержите свою жадность, — сказал Рит. — Сегодня больше денег не будет А вот сосиску еще одну куплю, если хотите.

— Может, попозже. Теперь о механиках: в Сморгаше их дюжины, сотни — ушедших на покой.

— Можно ли подбить их на опасную авантюру?

— Не сомневаюсь, если опасность невелика, а плата высока. Что вы предлагаете?

Рит почувствовал, куда дует ветер.

— Предположим, что кто-то хочет похитить космический корабль Ванкхов и полететь на нем в нужном направлении, сколько специалистов понадобится и сколько нужно будет заплатить им?

Зарфо, к облегчению Рита, не выглядел ни сбитым с толку, ни потрясенным. Мгновение он жевал сосиску, потом, отрыгнув, сказал:

— Я так понимаю, что вы спрашиваете, за сколько согласился бы я? Об этом часто разговаривают в шутливой манере, ведь корабли не слишком строго охраняются. Такой план можно осуществить. Но зачем вам космический корабль? Я думаю, не для визита к Дирдирам на Сибот и не для того чтобы исследовать бесконечность вселенной.

— Я не могу говорить о цели полета.

— Ладно, а сколько денег вы предложите?

— Мои планы не дошли до этой стадии. А какую плату вы сочли бы подходящей?

— За то, чтобы рисковать свободой и жизнью? Я не согласился бы меньше чем за пятьдесят тысяч цехинов.