Решения принимались на земле - Степан Гречко

Тем временем ведущий группы штурмовиков — командир 165-го гвардейского полка дивизии генерала А. Н. Витрука доложил по радио:

— Вижу до шестидесяти немецких танков, заправляются горючим на северной окраине Тыргу-Фрумос. Разрешите штурмовать?

По скоплениям вражеских танков бомбовые удары нанесли почти одновременно несколько групп штурмовиков 10-й гвардейской авиадивизии. Потеряв до десятка машин, сожженных авиабомбами, немецкое танковое соединение уклонилось от боя с советскими танкистами и спешно отошло в южном направлении.

В эти дни вновь отличились наши именитые летчики-истребители Кирилл Евстигнеев и Никита Кононенко. Каждый из них уничтожил по три фашистских самолета. Смело, решительно действовали также многие молодые летчики, например Игорь Середа, Сергей Коновалов и другие. Помню, наши радисты приняли радиограмму за подписью командующего конно-механизированной группой генерала С. И. Горшкова, адресованную командующему 5-й воздушной армией. В ней говорилось: "С момента ввода в сражение подвижной группы, а также во время ее действий в оперативной глубине истребители генерала Подгорного надежно прикрывали боевые порядки подвижных войск, давая возможность свободно маневрировать соединениям конницы и танков".

Не прекращались боевые действия авиации и ночью. Только в ночь на 21 августа летчики 312-й авиадивизии полковника В. П. Чанпалова совершили 190 самолето-вылетов и нанесли значительные потери вражеским резервам в городах Яссы и Тыргу-Фрумос.

Массированные бомбежки вражеских войск, точные удары по ним штурмовиков, активные действия истребителей при полном господстве советской авиации в воздухе в большой мере способствовали тому, что уже на второй день Ясско-Кишиневской операции наземные армии 2-го Украинского фронта овладели городами Яссы, Тыргу-Фрумос и вышли на оперативный простор. За два дня сражения летчики 5-й и 17-й воздушных армий произвели 6350 самолето-вылетов, уничтожили до сотни вражеских танков, подавили огонь значительного числа артиллерийских и минометных батарей, вывели из строя много огневых средств противника. Как свидетельствовали пленные немецкие офицеры, войска группы армий "Южная Украина" (теперь ею командовал фашистский генерал Фриснер) несли от ударов советской авиации большие потери и в живой силе.

Вскоре авиаторам армии из приказа Верховного Главнокомандующего станет известно, что 3-му гвардейскому истребительному авиакорпусу генерала И. Д. Подгорного, 218-й бомбардировочной авиадивизии полковника Н. К. Романова и ряду авиаполков, отличившихся в боях за овладение городом Яссы, присвоено почетное наименование Ясских. На состоявшихся в связи с этим митингах летчики единодушно заявляли, что готовы драться с врагом еще более мужественно и самоотверженно. Свои обещания они подтверждали делом. Так, например, на митинге в 149-м истребительном авиаполку командир полка подполковник М. И. Зотов от имени всего личного состава заявил: "Мы обещаем родной партии и советскому народу удерживать господство в воздухе, беспощадно громить врага до полной нашей победы над ним". На следующий день Матвей Иванович Зотов в воздушном бою над городом Роман лично сбил три немецких самолета.

По мере развития Ясско-Кишиневской операции перед авиацией ставились новые, подчас неимоверно трудные боевые задачи. Так, в конце второго дня наступления начальник штаба фронта генерал М. В. Захаров сообщил генералу С. К. Горюнову, что Ставка потребовала объединенными усилиями 2-го и 3-го Украинских фронтов замкнуть кольцо окружения вокруг 6-й немецкой армии в районе Хуши и не позволить гитлеровцам вырваться на запад. Задачи авиации он сформулировал примерно так: стать еще более надежными глазами командования фронта и его мощным молотом.

Этим было сказано все. На авиацию возлагалась огромная ответственность — неустанно днем и ночью наблюдать с воздуха за поведением вражеских войск, еще активнее бомбить и штурмовать резервы противника, скопления его танков, пехоты и боевой техники, при этом, естественно, не ослабляя поддержку наступавших войск фронта с воздуха. Ссылки на недостаток боевых самолетов и ограниченные возможности воздушной армии, как обычно, не принимались во внимание. Поэтому требовалось предпринять такие действия, которые спутали бы карты врага, хотя бы на короткий срок нарушили управление его войсками. И генерал С. К. Горюнов решил нанести мощный бомбовый удар по штабу группы немецких армий "Южная Украина", который, по данным воздушной разведки, располагался в городе Васлуй.

— Планировать удар всей дивизией? — спросил я у командующего.

— Да, бить так бить, — кивнул в ответ Сергей Кондратьевич.

О принятом командармом решении я немедленно сообщил командиру 218-й бомбардировочной авиадивизии полковнику Н. К. Романову, а полчаса спустя в дивизию выехала группа офицеров политотдела армии во главе с Н. М. Про-ценко, чтобы вместе с дивизионным политсоставом мобилизовать экипажи на отличное выполнение боевого задания.

На рассвете 22 августа восемь девяток пикировщиков Пе-2 тремя полковыми группами, возглавляемыми комдивом, взяли курс на Васлуй. До цели дошли без особых помех и с ходу приступили к бомбометанию. По донесению полковника Романова, сопротивление вражеских истребителей было незначительным, зенитная артиллерия прекратила огонь в первые же минуты бомбежки. Южная часть города, где размещался штаб Фриснсра, плотно накрылась бомбовыми взрывами, начался сильный пожар,

Через четыре часа две полковые группы бомбардировщиков произвели повторный налет и бомбили переправы через Прут: группа подполковника А. А. Паничкина разбомбила переправу близ Решештия, а группа подполковника Я. П. Прокофьева сбросила серию бомб на почти готовый понтонный мост южнее Хуши.

Находившуюся в полукольце советских войск кишиневскую группировку противника в течение всего светлого времени суток подвергали штурмовке группы самолетов Ил-2 авиакорпусов генерала В. В. Степичева (5-я воздушная армия) и генерала О. В. Толстикова (17-я воздушная армия). Они громили врага и вместе, л поочередно, как было удобнее, а нередко взаимодействовали, выполняя боевые задания одновременно в интересах двух фронтов.

Хватало дел и истребителям. В воздухе почти постоянно гремели воздушные бои. Лишь за первые три дня наступления истребительные части нашей армии сбили 114 самолетов противника.

Предвидя неизбежность окружения и разгрома своей 6-й армии, оборонявшейся на кишиневском выступе, немецкое командование предприняло попытку переправить за Прут хотя бы часть ее соединений. Во второй половине дня 22 августа начальник разведотдела армии полковник С. Д. Абалакин доложил генералу С. К. Горюнову, что, по поступившим от воздушных разведчиков данным, войска противника начали отвод войск из кишиневского выступа к реке Прут и наводят через реку одновременно шесть понтонных переправ, возле которых размещены зенитные части.