Александр Маккуин. Кровь под кожей - Эндрю Уилсон

Впервые Джордж понял, насколько известен его бойфренд, на приеме, устроенном Vogue. Когда они с Ли в драных джинсах и кроссовках шли по Странду, замелькали вспышки объективов многочисленных фотографов; они кричали: «Александр! Александр!» «Там была шикарная выпивка, красивые люди, – вспоминает он. – Помню, он подвел меня к Наоми Кэмпбелл, Изабелле Блоу и Кейт Мосс; он хотел познакомить меня с ними. Тогда-то до меня и дошло, насколько он известен. До тех пор я знал только Ли, но там он превратился в Александра Маккуина».[725]

На поверхности все выглядело так, словно Маккуин погрузился в мир безудержного гедонизма. По словам Джорджа, вечеринки устраивались без перерыва. Он вспоминает приемы с шампанским, бесконечные вереницы ледяных скульптур. Гостей на таких приемах обносили кокаином на серебряных подносах; иногда алкогольно-наркотические марафоны продолжались по три дня. Вместе с тем Маккуин продолжал работать в бешеном темпе. Весной 2000 года Ли объявил, что хочет запустить линию джинсов марки McQueens и линию солнечных очков. «Я хочу одного: вернуть моде задор, – говорил он. – Ведь сейчас она совсем выдохлась».[726] Кроме того, он готовил гигантскую скульптуру «Ангел» для выставки La Beauté en Avignon. В сотрудничестве с Ником Найтом Маккуин создал ангельское лицо из нескольких десятков тысяч разного цвета личинок. Скульптуру, выставленную в средневековой церкви в старинном Авиньоне, нужно было осматривать сверху под саундтрек в исполнении Бьорк. «Может, я и не очень много о себе воображаю, но думаю: то, что мы сделали для Авиньона, уравнивает нас с Трейси Эмин, – говорил в то время Маккуин. – Превратить личинки, самое безобразное, что только есть на земле, в Мадонну лучше, чем перечислять имена парней, с которыми я трахался всю жизнь».[727]

Маккуин и от своих подчиненных требовал полной отдачи; если они не отвечали его строгим стандартам, он оскорблял и унижал их. Проработав у Ли пять лет, Себастьян Понс понял, что пора сменить обстановку. Работа с Маккуином была в высшей степени стимулирующим, но вместе с тем и изнурительным опытом. По словам Понса, Ли часто пользовался его добросердечием, просил, например, выгуливать его собак и кормить рыбок, пока его нет в Лондоне. Кроме того, Понсу казалось, что Маккуин недоплачивает ему за сверхурочные. У него не было корпоративной кредитной карты, и поездки в Париж и Италию приходилось оплачивать из собственного кармана, а затем требовать возврата денег. «Я говорил: «Ли, у меня концы с концами не сходятся», – вспоминает Себастьян. Если они куда-то ходили, Ли всегда требовал ловить такси. Однажды, выходя из машины, Маккуин обругал Себастьяна за то, что платить за проезд пришлось ему. Себастьян ответил: будь на то его воля, он бы, во-первых, не взял такси, а поехал на автобусе или в метро. «Он уже забыл, что сколько стоит, – вспоминает Себастьян. – В отличие от него у меня не было неограниченного кредита». Их отношения достигли критической точки, когда Маккуин предложил отправиться за покупками, и они на такси поехали в магазин Comme Les Garçons. Всего за несколько минут Ли потратил 9 тысяч фунтов. В числе прочего он купил кашемировое одеяло за 3 тысячи фунтов. «Позже я зашел к нему домой, чтобы выгулять собак, и увидел, что он отдал одеяло собакам, чтобы они на нем спали, а они его погрызли. Тогда я подумал: это уж слишком».[728]

Когда друг Ли Мигель Адровер предложил Себастьяну переехать к нему в Нью-Йорк, обещав больше платить, Себастьян согласился. В результате пострадали две дружбы. «Ли думал, что я его предал, что было неправдой», – говорит Мигель. Адровер и Маккуин больше не разговаривали.[729] Себастьяну же Ли сказал: если он уйдет из компании, назад его уже не примут. Когда Понс все же ушел, его место заняла Сара Бертон.

В августе, через месяц после показа коллекции Givenchy в Большой арке Дефанс, где воссоздали атмосферу модной вечеринки в центре Нью-Йорка, Маккуин решил устроить «свадьбу» с Джорджем Форсайтом на Ибице. Мысль о брачной церемонии возникла у него однажды летом, когда пара выпивала в клубе «Граучо» с Кейт Мосс и Аннабелл Нейлсон. В середине вечера кто-то из женщин спросил Джорджа, хочет ли он выйти замуж за Ли. «Да, хочу», – ответил Джордж. «Правда?» – переспросил Маккуин, на что Джордж снова ответил: «Да».

Дело происходило до того, как в Британии узаконили партнерские отношения или браки между геями, поэтому речь шла только о символической церемонии, а не юридически узаконенном союзе. Девушки очень оживились и через несколько минут обо всем договорились: Аннабелл вызвалась быть подружкой Ли, а Кейт – Джорджа.

Они вчетвером полетели на Ибицу, где сняли роскошную виллу. В день церемонии Джордж и Ли расслаблялись в бассейне. Подруги велели им быстро одеться – настал великий день. У дверей их поджидали два «бентли», в один сели Ли и Аннабелл, во второй – Джордж и Кейт. Машины увезли их в порт, где они сели на трехэтажную моторную яхту, полную знаменитых друзей Ли: Сейди Фрост и Джад Лоу, Пэтси Кенсит, Мег Мэтьюс и Нелли Хупер. Аннабелл заказала у Шона Лина два кольца, на каждом выгравировать «Джордж и Ли» и инкрустировать их бриллиантами. Церемонию проводил священник – последователь течения нью-эйдж. Он сочетал их браком при полной луне, после чего гости угостились омарами и выпили шампанского на 20 тысяч фунтов. «Родственников не было, – признавался Джордж позднее. – Там были одни тусовщики. Я психовал. В какой-то момент ко мне подошел Джад Лоу и спросил: «Ты ведь никого здесь не знаешь?» – а я в самом деле никого из них не знал. Но потом мы с Ли спустились на палубу при луне. Ночь была идеальной. Так романтично!»[730]

Однако романтика оказалась недолговечной. «Все оказалось полной лажей, – говорит Арчи Рид, чьи отношения с Ли то возобновлялись, то прекращались. – Там не было ничего настоящего, и любой, кто будет утверждать обратное, солжет. Ли использовал Джорджа только для того, чтобы позлить меня, – сам-то Джордж ничего из себя не представляет; с ним Ли только проводил время. Ли любил плохих парней, а Джордж таким не был, хотя и притворялся».[731] Дни, проведенные на Ибице после свадьбы, очевидно, были настолько буйными, что Ли признавался друзьям: он больше видеть не может этот модный остров.

На глазах у друзей отношения Ли и Джорджа менялись. Вначале они демонстрировали нежность, но позже перешли к грубому насилию. Ли обычно брал Джорджа с собой на приемы и вернисажи – 7 сентября их сфотографировали вместе на открытии магазина Burberry на Бонд-стрит. Как-то Ли послал Джорджу 500 красных роз, а в другой раз, повинуясь капризу, нанимал самолет, чтобы слетать в Париж выпить, в Испанию – пообедать, а потом в Амстердам, чтобы потусоваться в ночных клубах. В то же время «Ли жестоко избивал Джорджа», – говорит друг Маккуина Крис Берд.[732] «Они с Джорджем часто дрались», – подтверждает и Джанет Стрит-Портер.[733] «Все считают его агрессивным, но его агрессия коренится в ранимости, – сказал Элтон Джон. – Он в самом деле набрасывается на людей, но причина – его неуверенность в себе».[734] Детмар Блоу вспоминает неудачный обед в Nobu с Элтоном Джоном и Дэвидом Фернишем, Тимом Бертоном и его тогдашней спутницей моделью Лизой Мэри. «Элтону казалось, что демоны, мучившие Маккуина, знакомы и ему, и он хотел помочь… Но Маккуин отвечал грубо и неприветливо».[735]