Корона из золотых костей - Дженнифер Ли Арментроут

Дыхание застряло у меня в горле. Я открыла глаза.

– Это невозможно.

– Должно быть невозможно, – согласился он, проводя ладонью по моей руке, а потом по груди, отчего внизу моего живота взметнулся вихрь. – Ни для смертных, ни для атлантианцев, ни даже для божеств.

Он переместил руку мне на бок, а затем на бедро, рядом с вольвенским кинжалом. Я сквозь платье ощутила жар его ладони.

– На такое способен только бог – только один-единственный бог.

– Никтос. – Я прикусила губу, когда он собрал в кулак ткань моего платья. – Я не Никтос.

– Ни хрена себе, – сказал он.

– Следи за языком, – отозвалась я.

Он мрачно рассмеялся.

– Будешь отрицать, что ты сделала?

– Нет, – прошептала я. Сердце забилось быстрее. – Я не понимаю, как и не знаю, в самом ли деле ее душа вошла в Долину, но она…

– Она умерла. – Он куснул мою нижнюю губу, отчего я ахнула. – А ты вернула ее назад, потому что старалась. Потому что не хотела сдаваться. Ты это сделала, Поппи. И благодаря тебе ее родители не будут сегодня вечером оплакивать свое дитя. Они будут смотреть, как она засыпает.

– Я… просто сделала что могла. Это всё…

Я растеряла все слова, когда он решительно завладел моими губами. Вихрь внизу живота усилился, а он наклонил голову и углубил поцелуй.

Он задрал мою юбку, и мои ноги охватил напоенный ароматами воздух. Потрясение от его намерений боролось во мне с нахлынувшим удовольствием.

– Здесь же повсюду люди.

– На самом деле нет. – Кончики его клыков царапнули меня под челюстью, и мышцы в моем теле сжались. Он вел руку все выше, пока его пальцы не скользнули по изгибу моей ягодицы. – Это частный сад.

– Но люди… – Юбка поднялась выше, и у меня вырвался приглушенный стон. – Где-то.

– Никто к нам и близко не подойдет. – Он убрал руку из-под моей головы. – Вольвены об этом позаботятся.

– Я их не вижу.

– Они у входа в переулок. – Он поймал зубами мое ухо, и я вздрогнула. – Следят, чтобы нам не мешали разговаривать.

Я хихикнула.

– Ну да, они думают, что мы как раз этим занимаемся.

– Это имеет значение? – спросил он.

Я задумалась. Вспомнилась битва той ночи и то, как Кастил лежал на полу Покоев, а я решила, что он мертв. В один миг я вспомнила, каково мне было, когда кровь покидала мое тело и я понимала, что больше меня не ждут новые переживания или моменты счастья. Та девочка получила второй шанс, и я тоже.

И я не растрачу его впустую.

– Нет, – ответила я.

Он поднял на меня взгляд. С колотящимся сердцем я протянула руку и, задев его костяшками дрожащих пальцев, расстегнула пуговицы. Он дернулся.

– Не имеет, – добавила я.

– Хвала богам, – прорычал он и опять поцеловал меня, помогая избавиться от сдержанности, что еще оставалась после целой жизни, проведенной затворницей. Его язык гладил мой, в то время как он поднимал меня, обвив рукой талию. Его сила никогда не переставала меня восхищать. – Обхвати меня ногами.

Я подчинилась, застонав, когда его твердая плоть ткнулась в меня.

Он придвинулся, и я ощутила, как он вжимается в меня.

– Просто чтобы ты знала. – Он поднял голову и заглянул мне в глаза. – Я полностью себя контролирую.

– Правда?

– Абсолютно, – поклялся он, входя в меня.

Моя голова откинулась назад, и меня поглотило горячее, заполняющее ощущение от него. Его рот сомкнулся на моем, и мне понравилось, как он меня целует – словно лишь моего вкуса ему достаточно, чтобы жить.

Он двигался на мне и во мне, и тепло от его тела пленило мои чувства. Он двигал языком в одном ритме с медленными движениями бедер. Но потом… все изменилось. Держа руку между моей спиной и стеной, он раскачивался на мне, пока мое тело не стало огнем, который он раздувал каждым движением и каждым опьяняющим поцелуем. Он вжимался, терся о маленький комок нервов, чтобы отстраниться и вернуться еще одним глубоким толчком. Когда он начал отодвигаться, я стиснула ноги вокруг его талии, накрепко прижимаясь к нему.

Он засмеялся мне в губы.

– Ненасытная.

– А ты не дразни.

В подражание ему я поймала зубами его губу.

Он со стоном выругался и переместил бедра, снова и снова вжимаясь в меня. Ритм его движений все нарастал, пока не стал неистовым, пока я не почувствовала, что распадаюсь на части. У меня закружилась голова от нарастающего наслаждения. Казалось, что он повсюду, а когда он опустил рот на мое горло и царапнул кожу клыками, это было уже чересчур. По моему телу тугими, ровными волнами прокатились спазмы, забросив меня так высоко, что я сомневалась, что когда-нибудь смогу спуститься. Он, содрогаясь, последовал за мной в это блаженство.

Мы немного постояли, сцепившись, стараясь восстановить дыхание. Я дрожала и лишь через несколько минут пришла в себя. Он отстранился и осторожно поставил меня на ноги.

Крепко обнимая меня, Кастил оглянулся через плечо.

– Знаешь что? Сад и правда прекрасен.

Мы с Кастилом гуляли, держась за руки, по городу и набережной у моря Сэйона. Солнце и теплый соленый бриз ласкали кожу. Мы вышли от портнихи, где мисс Селеана быстро сняла с меня мерки. Мы были не одни. С другой стороны от меня шел Киеран, а Делано и еще четверо вольвенов следовали позади. Кастил вел меня по извилистым пестрым улочкам, вдоль желтых и зеленых фасадов магазинов и домов, которые хвастались ярко-синими парадными дверями. У меня в волосах красовался оранжевый цветок мака, за который Кастил заплатил тройную цену, хотя уличная цветочница пыталась отдать нам бесплатно целую дюжин. Наши руки были липкими от булочек с корицей, которыми нас угостили перед лавкой, выкрашенной в цвет умытой росой травы, из которой пахло сладостями.

С моего лица не сходила улыбка, которую не могли стереть даже краткие вспышки недоверия, возникающие и гаснущие то тут, то там. Я ощущала настороженность только от смертных и немногих седовласых атлантианцев. Но это случалось нечасто. В основном я улавливала любопытство и удивление. Никто не выказывал грубости или угрозы, даже те, что кланялись с настороженностью. Возможно, благодаря присутствию Кастила, Киерана и вольвенов. Или из-за стражей короны, одетых в белое, которых мы заметили перед тем, как купили цветок. Их присутствие служило доказательством того, что родители Кастила знают о нашей прогулке по городу.

Или из-за того, что они услышали обо мне – о том, на что я оказалась способна.

Если честно, мне было плевать. Я получала удовольствие вопреки оставшимся без ответа вопросам и нависшей над нами тени Незримых; тому, что я сделала с девочкой в саду, и всему, что нужно решить и исполнить.

Когда Кастил спросил, не хочу ли я прогуляться по городу, я растерялась. Нам нужно было поговорить с его родителями. Не только потому, что мы должны это сделать, но и потому, что у них могут быть ответы на некоторые