Корона из золотых костей - Дженнифер Ли Арментроут

– Я определенно начинаю ревновать.

– Нет, не ревнуешь. – Я чувствовала от него аромат дымных специй. – Ты…

– Что? – спросил он, уводя меня прочь от костра и танцоров обратно в тени, перемежаемые пятнами лунного света.

Задыхаясь, я шла за ним. Ступни покалывало.

– Ты возбужден.

Он наклонил голову, прижимаясь лбом к моему.

– Когда я не был возбужден рядом с тобой?

Я негромко рассмеялась.

– Хороший вопрос.

– Признаться, я возбужден больше, чем обычно. – Он потянул меня вниз на одеяло и прижал спиной к груди. – Но это ты виновата.

– Как это я виновата?

Я изогнулась назад и усмехнулась, услышав его стон.

– Твой смех. – Его губы задели мою влажную шею. – Я никогда не привыкну слышать его и никогда не решу, что ты достаточно смеешься.

Его грудь резко поднялась, и я ощутила глубоко внутри него что-то острое и болезненное.

– Если честно, после всего, что произошло с Ши и моим братом, я никогда не думал, что смех может меня разрушить, как это делает твой. И когда я говорю, что он разрушает меня, я имею в виду – положительно, разрушает мою крепость. И я… – Он издал неровный вздох. – Я хочу поблагодарить тебя за это.

– Ты благодаришь меня? – Я изогнулась в его объятиях, ловя его взгляд. – Это мне следует тебя благодарить. Благодаря тебе я могу так легко смеяться.

Он прижался лбом к моему виску.

– Да?

– Да, – подтвердила я, приложив ладонь к его затылку. – Я живу благодаря тебе, Кас, и в прямом и в переносном смысле. Ты думаешь, что недостоин меня? Но порой думаю, достойна ли я тебя.

– Поппи…

– Это правда. – Я сжала его шею. – Ничего из того, что ты говоришь, не может этого изменить, но знаю. Знаю здесь. – Я прижала ладонь к груди. – Что пойду на все ради тебя. И уверена, что ты пойдешь на все ради меня. Ты уже так поступал, и ничто ни в этом мире, ни в другом никогда не изменит того, что я чувствую к тебе. И ты никогда не должен забывать, что я смеюсь благодаря тебе.

Затрепетав, он прижал губы к моему виску, а потом обхватил рукой мою талию и стал выводить неторопливые круги на моем боку. Прижавшись подбородком к моей макушке, он ничего не говорил, и я тоже. Порой слова не нужны, и я чувствовала, что сейчас один из таких моментов.

Так мы и сидели. Танцующие разделились на маленькие группы. Некоторые ушли к морю, где волны набегали на песок; другие удалились в шатры. Я заметила Киерана. Он был с той девушкой – Лирой. По крайней мере мне так показалось. Я не была уверена. Они шли в тень утесов. Он обвил рукой ее плечи и склонил к ней голову.

Отвернувшись, я пару минут наблюдала за теми, кто еще остался у костра, а потом перевела взгляд на утесы.

Я приоткрыла губы. Понятия не имела, как Киеран и та женщина оказались в этом положении: он откинулся назад на песке, а она стояла на коленях между его ног, и ее руки находились в непосредственной близости от места, которое определенно можно счесть неприличным.

– Они?..

Я резко вдохнула, когда Киеран запрокинул голову. Я вытаращила глаза.

Кастил негромко усмехнулся.

– Мне все еще нужно отвечать на твой вопрос?

Я сглотнула.

– Нет.

Его рука на моем боку продолжала выписывать небольшие круги, а я наблюдала, как предполагаемая Лира двигает головой взад и вперед так, как я двигалась рядом с Кастилом.

– Ты шокирована? – прошептал он.

Что? Я не знала. Наверное, должна бы, потому что мне определенно не следовало смотреть. С точки зрения приличий мне нужно отвернуться и притвориться, будто я понятия не имела, чем они занимались. Но я знала. Я читала о том, что делала Лира, в дневнике мисс Уиллы. Мое сердце тяжело забилось. Это как когда Кастил целует меня между бедер, разве что Уилла описывала это не как поцелуи и облизывание, а как… сосание. Происходящее сильно смутило меня, когда я впервые об этом читала, но это было прежде, чем я узнала, что существуют разные действия, которые можно совершать с любыми частями тела.

– Я могу принять твое молчание за отрицательный ответ? – поинтересовался Кастил.

Чувствуя, что к щекам прилил жар, я перевела взгляд на костер, где сидели и разговаривали люди, либо не зная, что происходит в тенях, либо не заботясь об этом.

– Кажется, ты говорил, что вольвены не стесняются проявлять чувства публично.

Он опять рассмеялся.

– Говорил, и они очень открыты со своими… проявлениями чувств. Они не испытывают при этом стыда. Уверен, ты еще увидишь одну-две голые задницы.

Мне нравилось, что они не испытывали стыда – возможно, даже не знали кислоты этой эмоции. Свобода существовать вот так, быть расслабленными и открытыми вызывала зависть.

– Если тебе неудобно, не стесняйся сказать об этом, – тихо произнес Кастил. – Нам не обязательно оставаться, мы можем уйти, когда захочешь.

Его предложение тронуло мое сердце. Я повернула голову и поцеловала его под челюстью.

– Спасибо, что сказал это, но я не чувствую неудобства.

– Хорошо. – Он наклонил голову и поцеловал меня.

Я и правда не испытывала неудобства. Прислонившись к Кастилу, я положила голову ему на грудь. Если в их действиях нет стыда, то его нет и в моем сердце.

Но мне в самом деле не стоило смотреть, а я именно это и делала. Мой взгляд переместился к тому, чем занимались Киеран и Лира. Лира прижала руку к его груди и толкнула назад, а он начал садиться или… тянуться к ней. Она полностью контролировала свои действия. Киеран откинулся назад на локтях. Я отметила, с какой уверенностью двигается ее голова, и ей в такт следует рука.

Мне следовало держать чутье закрытым, когда я сосредоточилась на Лире, но я ощутила контроль, который уже предполагала в ней, смешанный с теплым дымом. Мои щеки запылали сильнее, жар залил шею. Я пошевелилась и вытянула ногу. Пальцы Кастила переместились с моего бока на пару дюймов левее, по-прежнему выписывая сводящие с ума круги, от которых у меня перехватило дыхание.

И мне не стоило оставлять чутье открытым, когда я перевела взгляд на Киерана. Ощущение пряностей собралось в горле и в нижней части моего тела, к которой так опасно близко подобрались пальцы Кастила. Я закрыла чутье прежде, чем протянула его дальше, но я…

– Поппи?

– Да, – прошептала я.

Лира наклонила голову, прижав ее ближе к телу Киерана.

– Ты следишь за ними? – спросил Кастил. Его голос был полон дыма.

Мне хотелось отрицать.

– Если так, то ты не одна такая, да и наблюдают не только за ними. – Кастил провел пальцем по тонкой ткани моего платья. – Они не стыдятся любых проявлений чувств, независимо от того, являются ли они участниками, случайными свидетелями или… более активными наблюдателями.

Активными наблюдателями?

Я перевела взгляд на трепещущий шатер. Тонкая рука поманила человека, который сидел на песке снаружи. Мужчина поставил бутылку, из которой пил, встал и, нагнувшись, вошел в шатер, где двигались в унисон темные очертания