Том 23. Джентльмены предпочитают блондинок - Картер Браун

— Шелдон Фишер, — уверенно сказал я.

— Что? — Он непонимающе посмотрел на меня.

— По этому поводу Мак-Ларен и приходил вчера ко мне, — пояснил я.

И я во всех деталях рассказал Хиксу, что мне поведал Мак-Ларен о Фишере. Хикс внимательно слушал.

— Это дело полиции, — наконец после некоторого раздумья сказал он.

— Фишер живет в Штатах и пользуется там уважением. Чтобы добиться его выдачи, нужно сперва доказать, что именно он стоит за этой организацией.

— Уж не собираетесь ли вы серьезно заняться им, коллега? — недоверчиво спросил он. — Его дом в Калифорнии наверняка настоящая крепость. Готов дать голову на отсечение.

— В этом деле я бы не хотел полагаться только на сведения Мак-Ларена. Но я ничего не имею против поездки в Калифорнию, чтобы самому посмотреть там, что и как.

— И Фишер пригласит вас на недельку в гости, не правда ли? — насмешливо прищурился Хикс.

— Он примет меня, если я явлюсь к нему как заказчик, как человек, который собирается нанять его террористическую организацию.

— И какой это будет заказ?

— Об этом я еще не думал, — признался я. — Попробуй вспомнить кого-нибудь, кто, по твоему мнению, гораздо симпатичнее в мертвом виде.

— Ну хорошо, а если окажется, что все, что говорил Мак-Ларен о Фишере, правда? — мрачно спросил он. — Что тогда?

— Тогда мы продумаем ситуацию еще раз, — ответил я.

— Мы?!

— Ты же очень любишь горячее калифорнийское солнце, не так ли?

— Я бы счел себя таким же сумасшедшим, как и вы, коллега, если бы хоть во сне подумал о том, чтобы сунуть голову в пасть Фишеру, — прошипел он. — Ведь дело не только в его доме. После всего, что вы мне порассказали, я понял, что Фишеру — будь он проклят тысячу раз! — принадлежит и весь город.

— Я же сказал, что мы сперва увидим все своими глазами, а потом уж подумаем, — напомнил я ему. — Мак-Ларен позвонит сегодня вечером, чтобы узнать, заинтересовало ли меня это дело. И он наверняка сообщит нам еще массу самых разных сведений о Фишере.

В этот момент мелодично зазвонил телефон и сразу же смолк. Хикс снял трубку.

— Это Финчли. Вас спрашивает человек по имени Бошар.

— Пусть пропустит его наверх.

— Бошар? — спросил меня Хикс, после того как повесил трубку. — Это не тот, у кого мы закупили артиллерию для Малагая?

— Совершенно верно, — подтвердил я.

— А что ему, черт побери, надо?

— Возможно, он сам нам об этом скажет, — заметил я.

В этот момент появился Бошар. Это был высокий плотный человек с мясистыми чувственными губами, густыми черными усами и аккуратно подстриженными бакенбардами.

Он не спеша опустился в кресло, а Хикс начал готовить «Кампари-соду».

— Как приятно снова увидеться с вами, мистер Донован, — сказал гость на своем безупречном английском. — Видимо, в данный момент вас нельзя ангажировать?

— В данный момент нельзя, — согласился я.

— Я был так рад, когда вы решили нашу маленькую проблему, связанную с транспортировкой оружия в Малагай, — сказал он. — У вас в английском языке нет аналогии поговорке: «Каждый день приносит свои плоды»?

— Как же, есть. Только вы вряд ли ее поймете, — бросил Хикс.

— Это чисто английский юмор, — объяснил я Бошару. — Чтобы его понять, нужно быть англичанином. К тому же она родилась в старые времена, когда был популярен мюзик-холл…

— Но ведь вы американец, мистер Донован.

— А вы — бельгиец. И поэтому у каждого из нас свои проблемы.

— Вы знаете человека по имени Мак-Ларен?

— Нет, — солгал я.

— Он недавно нанес мне визит в Брюсселе, — сказал Бошар. — Очень интересовался вами и задал мне множество вопросов. Я подумал, что вы должны об этом узнать.

— Спасибо, а чем занимается этот Мак-Ларен?

— Он представляет синдикат, который получает от меня партии оружия. Заказы, как говорится, небольшие, но требуют высококачественного исполнения.

— Он вам не сказал, почему заинтересовался мной?

Бошар покачал головой.

— У меня почему-то сложилось впечатление, что вы собираетесь броситься в новую аферу. И, возможно, именно с Мак-Лареном.

— В настоящее время — нет, — ответил я. — Я рад, что сейчас мне ничего не нужно делать.

— А я рад слышать ваши слова, потому что в этом случае мне нет необходимости вас предостерегать.

— Предостерегать?!

Он осторожно отпил из своего бокала.

— Я только вчера услышал, что он получил расчет. Он больше не представляет синдикат. Он уволен. Меня в этом серьезно уверили, мистер Донован.

— А какой синдикат он представлял? — как бы между прочим осведомился я.

— Группу наемников, — мягко ответил он. — В большинстве случаев они действуют в Африке, но, кажется, их время уже прошло. Весьма жаль. Не люблю терять хороших клиентов.

— Понимаю. А как вообще идут дела, мистер Бошар?

— Тяжеловато, — сказал он и пожал плечами. — Только где сейчас легче?

Снова мелодично зазвонил телефон. Хикс снял трубку. Просили меня. Я взял у него трубку; извинившись перед Бошаром.

— Это Мак-Ларен. Вы уже слышали, что произошло у Вестминстерского аббатства?

— Да, — ответил я.

— Вы заинтересовались моим предложением?

— В какой-то степени.

— Когда мы сможем побеседовать?

— У меня будет время вечером, — сказал я.

— А вы в курсе, что эти три подонка почистили мой бумажник?

— Значит, у меня в отеле в девять ноль-ноль.

— Договорились. — Он помолчал и добавил: — Только больше никаких двустволок, хорошо?

— Но ведь нужда в них теперь отпала. — Я повесил трубку.

Бошар нетерпеливо ерзал в своем кресле, порываясь встать.

— Не хочу вас задерживать, мистер Донован. Рад был увидеться с вами.

— А мне всегда приятно слышать, что серьезные, деловые люди продолжают интересоваться мной, — честно признался я.

Он допил свой бокал и поднялся. Я проводил его до двери. Но не успели мы дойти до нее, как она распахнулась и вошла Мэнди. На ней были меховая шапочка и меховое манто. Ее любимые «мехи-пехи», как говорила она, были из норки. Покупал их ей я.

— Пол, дорогой! — Не обращая внимания на Бошара, она прижалась ко мне. — На улице чертовски холодно, я бы с удовольствием выпила немножко глинтвейна, чтобы согреть себе внутренности. Как ты думаешь, Хикс сделает мне его, если я его очень вежливо попрошу?

— А почему нет? — Я пожал плечами. — Правда, меня ужасает мысль о его качестве, но ведь ты любишь опасную жизнь.

Она с улыбкой промелькнула мимо Бошара и исчезла в гостиной.

— Я вижу, что превосходный вкус ваш не изменился, мистер Донован. Я имею в виду женщин, — заметил Бошар. — Поздравляю.

— Превосходный, но зато чертовски дорогой, — подтвердил я.

— Вкус и у меня превосходный, вот только уже не получаю ничего превосходного, — тихо вздохнул Бошар. — Видимо, старею.

— Центр синдиката находится в Калифорнии. — Я решил действовать напрямую. — А человека, который руководит им, зовут Шелдон Фишер.

— Вы мне солгали, мистер Донован, когда сказали, что никогда ничего не слышали о человеке по имени Мак-Ларен.

— А вы практически тоже солгали мне, когда утаили, о какого рода синдикате идет речь. Мы оба осторожные люди, мистер Бошар.

— Вот теперь вы честны по отношению ко мне. И это, видимо, означает, что вы собираетесь вытянуть из меня еще кое-что.

— Скажите, это правда? То, что касается Калифорнии и Фишера?

— Фишер действительно руководит синдикатом, а о Калифорнии я ничего не слышал.

Он открыл дверь и вышел в коридор. Там он помедлил немного и погладил свою бородку — ласково, как гладят любимую кошечку.

— У нас у всех есть враги, — наконец сказал он. — Просто Фишер приобрел себе врагов намного больше, чем другие. Я не спрашиваю вас, мистер Донован, собираетесь ли вы что-либо предпринимать против него, вы понимаете? Но если собираетесь, учтите, что такие замыслы уже зрели кое у кого в голове, но все они закончились неудачей. Есть люди, которые и поныне вынашивают их, и вряд ли им понравится ваше вмешательство. Тем более что вы не профессионал, а любитель, если позволите мне сделать такое признание.

— Вы можете назвать какие-либо имена?

— Например, существует женщина по имени Коллет, фамилии ее я не знаю, которая поклялась, что собственноручно отомстит Фишеру, после того как во время одной из его операций погиб ее брат.

— А кто был ее брат?

— Насколько я знаю, просто обычный человек. — Бошар пожал плечами. — Несчастный, ни в чем не повинный прохожий, который погиб при взрыве бомбы. А женщина богатая, красивая и опасная. Лично ее я не имел чести знать, но я знаю человека, который наводил справки о Фишере.

— Вы ему что-нибудь рассказывали?