Ферзи - Татьяна Чернявская

— Ух, даже полегчало как-то, — хрипло выдохнул мужчина, когда щель потайного лаза со скрипом стянулась за его спиной, отрубая невыносимый гвалт битвы и вместе с ним поток отменной брани. — Это же надо было додуматься мёртвую гвардию вытащить на крови…

— Ух, ты! — наконец Танка смогла разобрать что-то из слов пыхтящей Алеандр, поскольку предыдущая тирада, очевидно, была не самой цензурной и относилась к вопросу собственных волос и кастрирования козлов щелево-заборным методом и произносилась с такой скоростью и тональностью, что слегка приглохнувшая духовник не смогла разобраться. — А где это нас сгрузануло? Сокровищница?

— Ага, — недовольно и почему-то шёпотом подтвердила её опасения Яританна, уже второй раз принимаясь спускаться по горке монет, — самого Крива денежки.

— Правда? — искренне и очень воодушевлённо вскрикнула травница, только что на месте не запрыгала и не принялась хлопать в ладоши, аки продолжала руками массировать едва чудом сохранившийся на прежнем месте скальп.

На это полное энтузиазма замечание вор промолчал, лишь рассеянно хлюпнул носом, и в этом хлюпе было полно разочарования и укора. По всей видимости, от дам ожидали горячей и бурной благодарности за спасение. Яританна, проведя рукой по шее и обнаружив открывшуюся от чрезмерного натяжения рану на глотке, хотела его поблагодарить даже очень, особенно ногами и незабвенным канделябром. Но руки тряслись слишком сильно и промазать мимо поскудных воровских глазёнок не хотелось.

— Эл, солнце моё, у тебя в запасах успокоительное не сохранилось? — умирающим голосом, что был не столь уж и наигранным, поинтересовалась Чаронит. — Может, от сердца что-нибудь посильнее?

— Микстур с собой не захватила, только пару корней. Пойдёт? — по памяти нашарив в своей незаменимой сумке нужный (а может и не очень, кто там в темноте разбираться станет) корешок, Валент ткнула им в источник звука. — А тебе зачем, всё же обошлось?

— А вот, когда адреналин спадёт, тогда и посмотрим, — нравоучительно заявила блондинка, запихивая за щёку столь необходимую траву. — Может, ещё из этого кошелька и выбраться не сможем, пока сам хозяин не заявится.

Хмыкать, фыркать или каким-либо другим образом выражать свой скепсис Валент не стала. После недавней и воистину эпической битвы с неведомой тварью, которая, по словам мёртвого дядьки, оказалась ещё и низшим демоном, девушка пребывала в таком приподнятом настроении, что не хотела омрачать упоительную бегущую по венам эйфорию даже капелькой благоразумия. Она уже представляла, как при встрече в красках будет рассказывать Арну о том, как один на один вышла против настоящего демона, а он будет багроветь от зависти и восхищаться первым в истории Боевым Лекарем. А если ещё и кровный трофей продемонстрировать. Девушка расплылась в довольной улыбке, позволяя себе забыть о ряде почти несущественных мелочей, в виде продолжающейся за спиной бойни, собственных повреждений, совершенно незнакомого мужика подозрительных намерений, и предаться сладостным мечтаниям о славе и почёте.

— Ах да, — Алеандр сложила пальцы в нужную позицию, только сейчас вспоминая, что она, собственно, чародейка и не обязана страдать от нехватки света.

Блёкло-голубой с буроватыми разводами светляк весьма скромных габаритов завис над головами, открывая картину одновременно впечатляющую и безрадостную. Небольшой в диаметре, круто уходящий вверх колодец, был выложен отполированными до блеска кирпичами и служил своим прежним хозяевам далеко не лестницей. В пустой, гулкой темноте терялись очертания потолка, навивая совершенно унылые мысли о земляных ямах, в которых из спокон веков держали приговорённых к смерти и особо гнусных пленников. Гора презренного злата, тщательно смешанная с выполненной в лучших традициях прошлых веков утварью, храмовой атрибутикой и оружием уходила куда-то в землю, создавая полнейшее ощущение бесконечности, замкнутой на этой полоске реальности. В рамках этой полоски горьковатый застоявшийся воздух слегка разгонялся образовавшимся сквозняком, вызывая настоящие плесневые поветрия. Возле его источника в виде узкой щели меж кирпичей, в которой, не зная наверняка, опознать потайной ход было просто невозможно, обессилено привалившись спиною к стене, полулежал измождённый общением с элитой княжества вор.

— Ну и страши-и-илище, — невольно протянула Алеандр, подходя ближе к своему случайному спасителю.

— На себя посмотри, — вяло огрызнулся вор, грязной виртуозно изорванной тряпкой зажимая кровоточащий нос и болезненно морщась.

Выглядел молодой мужчина действительно страшно. Высокий, по детски астеничный торс прикрывала какая-то драная безрукавка самого завалящего толка, изобилующая подозрительными пятнами и разводами. Штаны выглядели чуть лучше, но из-за общей помятости этого было почти незаметно. Грязные, покрытые ссадинами ноги утопали в золотой горке, как речном песке, что, хвала Триликому, спасало тонкие женские души от жестокой реальности мужской гигиены. Впрочем, созерцания не более чистых рук, замотанных едва не окаменелыми от грязи лохмотьями, компенсировало незаметность ног с лихвой. Их застарелый, потрёпанный вид наталкивал на неприятные мысли о том, что ругательство призрака было далеко не так безосновательно. Худые лишённые приятной зрелой бугристости руки покрывали неестественно проступившие иссиня-чёрные вены, переползая на длинную шею. Грязные, виснущие сосульками патлы надёжно закрывали лицо, поразительно оголяя затылок и часть виска. Надеяться, что под этой завесой находится что-то более приятное глазу, не приходилось: и без того было видно, что этому субъекту, как и многим другим жителям Селецы не посчастливилось сегодня утром повстречаться с разгневанным полосатым взводом. И, хотя Алеандр и сама понимала, что без приличной ванны, после сражения с монстром, да лазанья по старым захоронениям выглядит не нежной дебютанткой на весеннем княжеском балу, отчего-то сильно обиделась на его замечание.

— Да ты сам лишь в претенденты на угробьца гож, — запальчиво дёрнула подбородком травница, вспоминая, что ругаться не хорошо, но очень приятно, особенно, когда побить в ответ тебя не могут. — Танк, скажи! Та-а-ан, а что ты делаешь?

Девушка только сейчас заинтересовалась состоянием малахольной подруги, что доверчиво жевала не опознанный даже самой травницей корень и особых признаков для беспокойства не подавала. Меж тем Яританна успела относительно прийти в себя (дёргающийся глаз и глуповатая ухмылка не в счёт), поправить разорванный ворот рубашки, перевязать шейным платком кровоточащее горло и теперь упоённо перекладывала свои скудные скарбы. Валент подошла ближе, просто не веря собственным глазам и серьёзно подозревая, что корешок оказался изгваздан в «звёздной пыли», иначе пробуждение неуместной хозяйственности одной отдельно взятой блондинки объясняться не могло. Вор тоже заинтересовался происходящим и любопытно подполз к чародейкам, заглядывая через плечо, за что едва снова не схлопотал по носу, на этот раз от Алеандр. Яританна очень старательно утрамбовала на дно крепкую тряпку, скрепила стенки и швы заклятьем прочности, на что ей пришлось значительно расщедриться на энергию, а это уже говорило о многом. Валент лишь недоумённо пожала плечами.