Ферзи - Татьяна Чернявская

Яританна инстинктивно принялась шарить в ближайшем саркофаге, оказавшемся, на её удачу, также расколотым. На меч или супер-крутой артефакт девушка не рассчитывала, но богатый жизненный опыт подсказывал, что при нужной сноровке и берцовой костью можно хорошо уработать. Об отвращении, антисанитарии и крови текущей по пальцам из разбитых костяшек духовник старалась не думать.

— Боэлис в помощь, хозяюшка! — голос, скрипучий, наполненный гулом мрачных переходов и завыванием морозных ветров, с ненормальной радостью, даже энтузиазмом раздался над левым плечом начинающей мородёрки, оторвав от поиска оружия.

Верещун и Алеандр сразу же разорвали зрительный контакт и одновременно повернулись на шум. Девушке даже пришлось грубовато потеснить канделябром своего противника, чтобы не загораживал обзор, и тот почему-то позволил ей это. Подсвеченная со спины бледно-голубым светом явно инфернального происхождения, Чаронит готова была провалиться на месте от такого пристального внимания. Однако вместо этого она повернулась на негнущихся ногах и, с трудом растянув в приветливой улыбке губы, как её и учили на практикуме, собралась поприветствовать гостя. Но толи учили её плохо, толи внешний вид собеседника был слегка нестандартным, только улыбка походила на перекошенный оскал.

— Тёмной Средницы, — почти дружелюбно, хоть и слегка заторможено поприветствовала призрака духовник. — Кровавой охоты Вам.

Невысокий, ростом с Танку, старик, облачённый в дорогие парадные доспехи и слегка помятый бархатный берет, что уже порядком истлел и местами отошёл от личины вместе с плотью и волосами, тяжело опирался на двуручный меч, изукрашенный драгоценными камнями и потому не годный ни на что, кроме службы в качестве подпорки своему престарелому владельцу. Сияющий, серовато-стальной с благородным голубым отливом призрак при жизни был весьма атлетичен и не слишком дурён собой, хотя прожитые годы и оголённая смертью челюсть в купе с маленьким сифилитическим носом изрядно портили картину. Алые, подобные догорающим углям глаза не особенно впечатлили тенегляда, хоть и сделали лицо вольно гуляющего призрака просто отвратительным.

— Да какая тут охота, душенька? — иронично ухмыльнулся старик, быстро раскусив непрофессионализм стоящего перед ним духовника и опустив почтительный тон. — Уже лет двести, как никто не заходит, на праздник не зовёт, кровью не кормит. А ведь молодцы мои застоялись.

— Э-э-э, ну тык э-э-э, — очень многомудро и, главное, связно выдавила из себя деморализованная Яританна, тыкая пальцем куда-то в сторону, но так и не имея возможности попасть в нечисть.

Состояние её было понятно. Девушка появления и одного призрака не ожидала, чего уж тут говорить о том, как позади старика из темноты из струек инфернального газа начали один за другим оформляться другие мужчины, вооружённые на манер различных эпох и званий, но отличающиеся таким же тлеющим взглядом и особо «нежным» выражением разлагающихся лиц. Танка, конечно, понимала, что мало кто будет рад, когда из-за неправильно раскупоренной усыпальницы тлеть начинает не только физическое, но посмертное тело, но от этого понимания легче не становилось. Видя её замешательство от нахлынувшего страха и сочувствия, призрачный старик только хмыкнул:

— Демонюка, значит, низшего предлагаешь на эту ночку погонять? Молодой ещё, не обученный, тут охоты на час другой. А что сама не хочешь? Ну да Род с тобой, нам веселее будет. Гей-це-э-э-э!!!

— Гей-це-э-э-э!!! — дружно взревело призрачное братство, потрясая над разваливающимися головами церемониальным оружием.

Слегка оглушённая их рёвом девушка едва успела пригнуться, когда над ней с гиканьем и улюлюканьем заядлых загонщиков пронеслись, роняя ошмётки своих белёсых последов, все покойники этого печально заброшенного склепа. Трубно взревела неведомая тварь, бросаясь навстречу новым жертвам. От поднятого гвалта, давно перешедшего на ультразвук, закладывало уши и лед поднимался по венам, сковывая члены. Танка испуганно закрыла руками голову и, сжавшись в комок, отчаянно тряслась на холодном промёрзшем от тёмной силы полу. Рядом островком такого дорогого тепла прижимался бок переползшей в поисках защиты Валент. Она ещё пробовала что-то кричать, растормошить, позвать единственного духовника на всю округу, но блондинка сжимала голову так крепко, что слышала лишь шумкрови в собственных ушах. Тьма вокруг нарастала, сыпались камни, пол дрожал, тёмная пряная сила, разлитая в воздухе, клубилась и искрилась, готовая, подобно грозовой туче разразиться гроздями молний.

— Дурищи, портняжные!!! — зарычало над самым ухом, так знакомо, мило и надёжно, как раз как любил рычать Важич в приступах гнева.

Вот только Важич не имел привычки при этом хвататься за что ни попади и волочь в неизвестном направлении. Травницу ухватили за волосы, плотно намотав косу на кулак, Яританну, за неимением обильной растительности, прихватили за шкирку, больно зажав и без того настрадавшуюся кожу.

— Курицы! Шлёнды дурные! — почти орал, не скрывая досады и злости вор, которому пришлось, уклоняясь от носящихся над головой радостно гикающих призраков и значительно более материального щёлкающего раздвоившемся на радостях хвостом змея, чтобы отволочь обратно попавших в поле боевых действий девчонок.

Волок быстро и уклонялся профессионально, что показывало либо недюжинную силу вкупе с завидным опытом, либо плещущийся через все края адреналин. Второе было более вероятным, потому что опытный боец в процессе волочения материть демонов, призраков, людей и строителей гробниц не станет, и уж тем более пинать попадающийся по пути змеиный бок или плевать в призрака. Последний, кстати, серьёзно обиделся, обозвав спасителя подмастерьев «подлым лепром». На это заявление вор только многозначительно взрыкнул не хуже той самой нечисти и продолжил своё освободительное шествие.

— Ух, даже полегчало как-то, — хрипло выдохнул мужчина, когда щель потайного лаза со скрипом стянулась за его спиной, отрубая невыносимый гвалт битвы и вместе с ним поток отменной брани. — Это же надо было додуматься мёртвую гвардию вытащить на крови…

— Ух, ты! — наконец Танка смогла разобрать что-то из слов пыхтящей Алеандр, поскольку предыдущая тирада, очевидно, была не самой цензурной и относилась к вопросу собственных волос и кастрирования козлов щелево-заборным методом и произносилась с такой скоростью и тональностью, что слегка приглохнувшая духовник не смогла разобраться. — А где это нас сгрузануло? Сокровищница?

— Ага, — недовольно и почему-то шёпотом подтвердила её опасения Яританна, уже второй раз принимаясь спускаться по горке монет, — самого Крива денежки.