Больное сердце - Андрей Русланович Буторин

которого точняк бы убили, но теперь погляди, что там творится!.. И вообще, какого шакса ты тут расселся и командуешь? Чего это ты вдруг решил драпануть от своих? Почуял, что запахло жареным? Звездец, какая у тебя жопа чувствительная!

– Я ни от кого не драпаю! – раздраженно выкрикнул Серш. – Моя задача – спасти тебя. Все остальное меня не касается.

– Чего это ты вдруг так меня полюбил?

– Я расскажу. Я собирался и раньше, но не получалось… И сейчас не стоит терять на это время. Знай только, что я на твоей стороне и готов пожертвовать жизнью, чтобы тебя спасти. Пожалуйста, стартуй, и я все расскажу!

– Нахрен мне твоя жизнь, – буркнул Тим, следя за ситуацией по ту сторону экрана.

Нападавших было все-таки меньше, чем надзирателей. Правда, поначалу на их стороне была неожиданность, но пираты стали приходить в себя. Очухался и Котиков, который более менее грамотно распределил силы. Пришедшие с Надеждой лесорубы стали все чаще падать под вражескими лучами. Тима это привело в отчаянье.

– Вот чьи жизни мне жалко! – ткнул он в экран пальцем. – Вот кому надо помочь, а не драпать, как крысы!

– Как ты им поможешь? Как?! – вскочил Серш. – Ну, да, у меня есть лучемет. И что? Если я сейчас выйду, то все равно не изменю расклад сил, а вот погибну почти наверняка. Я не трясусь за свою жизнь, но я обязан сохранить твою. Так что прости, но я настаиваю на том, чтобы как можно скорее отсюда улететь.

Тим ничего на это не ответил. Он не отрываясь смотрел на схватку. И увидел, как несколько безоружных местных рабох побежали к нападавшим лесорубам, надеясь, видимо, найти там спасение. Но Тим хорошо понимал, что найдут они только смерть – пираты вот-вот заметят и подстрелят бедолаг.

Но этот отчаянный порыв нескольких пленных навел вдруг Тима на мысль… Она была на первый взгляд совершенно дикой, даже безумной. Но только на первый. Единственное, он замешкался на пару мгновений, выуживая из памяти Тимура знания о действии антигравов. По идее эти устройства нейтрализовали полностью или частично, в зависимости от задачи, действие гравитации в области между поверхностью планеты и объектом, на котором они были установлены. То есть вес терял не только сам целевой объект, но и все предметы – в том числе и живые существа, – расположенные в этой области. Это как раз и было главным в идее Тима.

Он врубил внешнюю акустику громкой связи космолета и крикнул, обращаясь к предводителю пиратов:

– Кот! Куда ты смотришь?! Гляди, твои рабохи убегают к противнику! Только не вздумай по ним стрелять, так ты совсем останешься без людей! Пусть твои надзиратели окружат пленников! Так они и их сохранят, и им самим это не помешает стрелять по врагу!

– Зачем ты это делаешь? – обалдело уставился на него Серш. – С чего ты решил помогать Котяре?

– Сейчас увидишь, кому я помогаю, – криво усмехнулся Тим.

Тигр Котиков услышал Тима. Не только физически, буквально – не услышать внешнюю акустику «Мадемы» мог бы только глухой, – но он, похоже, понял, что совет ему дан правильный. Наверняка предводитель пиратов, как и Серш до этого, был весьма удивлен, что явный противник вдруг решил ему помочь, но посчитал, видимо, что таким образом Тим пожалел пленных, которые могли пострадать. В любом случае, на его взгляд поступить так, как советовал Тим, было в данной ситуации весьма разумным. Поэтому, с прищуром оглянувшись на звездолет, он едва заметно кивнул, а потом развернулся к своим и зычно рявкнул:

– Слушай мою команду! Окружить всех пленников живым кольцом! Никого не выпускать! И продолжать отстреливаться!

Немного подумав, сам он тоже встал в созданное подчиненными кольцо, наверняка подумав и о том, что таким образом как минимум будет защищен с боков и сзади. Скорее всего, подобные мысли пришли и большинству пиратов, многие из которых, вероятно, мысленно благодарили Тима за удачную подсказку.

А вот наступавшие, включая Надежду, были, скорее всего, его поступком обескуражены. И ладно те, кто не знал его лично, а вот Надино мнение было для Тима далеко не безразлично. У него от стыда даже побежали по коже мурашки, стоило ему представить, что и в каких выражениях думает сейчас о нем эта сильная, храбрая женщина. Но Тим очень надеялся, что думать так о нем будут недолго. Сейчас все зависело только от него самого – точнее, от летного мастерства Тимура.

Тим обернулся к Сершу:

– Сядь и пристегнись. И этого, – кивнул он на лежавшего без чувств Робела, – тоже усади в кресло и хорошенько пристегни.

– Ну наконец-то! – воздел руки Серш. И тут же дурашливо козырнул: – Слушаюсь, мой командир! Экипаж к полету готов!

– Не выкручивайся, – буркнул Тим. – Во-первых, еще не готов, а во-вторых, мы никуда не летим. То есть летим, но очень низко и очень недалеко.

– Но… – заморгал выкрутала.

– Сядь, я тебе сказал! – рявкнул Тим. – А то на самом деле полетаешь – тупой башкой по стенам!

Серш, похоже, наконец-то проникся настроем Тима и больше не стал спорить. Он поднял, усадил в кресло Кина Робела, пристегнул того ремнями, а затем и сам расположился в соседнем с Тимом кресле.

Тим же, шумно выдохнув, размял пальцы рук и принялся колдовать над панелью управления. Сначала он включил антигравы и стал постепенно уменьшать действующую на космолет гравитацию Эстера. «Мадема» стала медленно подниматься над землей. Подняв ее на три метра, Тим на самую малую тягу запустил маневровые двигатели и стал двигать звездолет в сторону окруживших пленников пиратов. Те, увидев надвигающуюся на них громадину, засуетились, задергались, кто-то пытался побежать, но Тим рявкнул:

– Всем стоять на месте, иначе включу стартовый двигатель!

Что это значило, догадались даже те из охранников, кто разбирался в звездолетах на уровне приключенческих визелей: запущенный на стартовую мощность двигатель оставил бы выжженный круг земли радиусом в полсотни метров. Не уцелел бы никто – ни в спецкостюмах, ни без. Возможно некоторые, уж Котиков точно, сомневались, что Тим выполнит свою угрозу, пожалев пленников и нападавших лесорубов. Но проверять это на практике не решился никто.

Тим медленно подвел звездолет к замершей группе людей и остановил его висящим в