Женщина в клетке - Юсси Адлер-Ольсен

— Это срочно надо?

— Очень боюсь, что да.

— Тогда звони на Хольмен.[28] У них там есть мобильная декомпрессионная камера — дрегеровский «Дуоком».

Курт Хансен продиктовал номер телефона, Карл поблагодарил и закончил разговор.

Чтобы объяснить положение дел людям из военно-морского ведомства, потребовались считаные секунды.

— Поспешите, — попросил Карл. — Это ужасно срочно. Вам нужно взять с собой специалиста с дрелью и что там еще есть в этом роде. Я не знаю, с какими препятствиями вам придется иметь дело. И поставьте в известность полицейскую префектуру. Мне требуется подкрепление.

— Думаю, я понял ситуацию, — сказал голос в трубке.

39

Очень осторожно они приблизились к последнему зданию. Пристально вглядывались, не видно ли на земле признаков недавней перекопки, всматривались в склизкие пластиковые бочонки, сваленные у стены, так напряженно, словно в них могла быть спрятана бомба.

И это здание тоже было заперто на висячий замок. Ассад взломал его тем же железным прутом — похоже, это становится частью его повседневных служебных обязанностей.

В первом помещении стоял сладковатый запах, напоминавший смесь одеколона в комнате Лассе и протухшего мяса. Или, скорее, это походило на запах, который чувствуется в зоопарке у клеток хищников в теплый весенний день.

На полу лежало множество емкостей различной длины, сделанных из блестящей нержавеющей стали. Одни были не до конца оснащены измерительными приборами, другие полностью собраны. Бесконечные ряды полок на одной из стен свидетельствовали о том, что здесь предполагалось устроить крупномасштабное производство.

Карл жестом пригласил Ассада пройти вместе с ним в следующую дверь и предостерегающе поднес палец к губам. Ассад кивнул и так крепко сжал железку, что костяшки на его руке побелели. Одновременно он немного пригнулся, словно старался помешать вероятному противнику целиться. Казалось, он делает это рефлекторно.

Карл открыл следующую дверь.

В помещении было светло. Лампочки за армированным стеклом освещали коридор, по одну сторону которого тянулись двери кабинетов без окон, а по другую располагалась еще одна дверь, ведущая в следующий коридор. Карл жестом приказал Ассаду осмотреть кабинеты, сам же вошел в узкий длинный проход.

Зрелище было жутковатое. Казалось, тут на протяжении долгого времени нарочно пачкали стены и замусоривали пол. Совсем не так представлял свои будущие владения Хенрик Йенсен: трудно было вообразить инженеров в белых халатах посреди той обстановки, какая царила здесь теперь. Очень трудно.

В конце коридора находилась дверь, открывая которую Карл из предосторожности сжал в кармане нож.

Включив свет, он увидел, что это помещение служит складом: здесь стояли столики-каталки, лежали гипсовые панели, кислородные и водородные баллоны. Инстинктивно он потянул носом воздух. Пахло порохом, словно в этой комнате сравнительно недавно стреляли из огнестрельного оружия.

— Никого нет ни в одном кабинете, — раздался позади голос Ассада.

Карл кивнул. Здесь, судя по всему, тоже было пусто. Ничего, кроме того же жутковатого ощущения, которое охватило его в коридоре.

Ассад вошел и огляделся.

— Так что здесь его нет, Карл.

— Сейчас мы ищем не его.

— А кого же? — Ассад нахмурился.

— Тсс! Ты слышал?

— Что?

— Прислушайся. Какое-то тоненькое посвистывание.

— Посвистывание?

Карл выставил руку, призывая его помолчал, и закрыл глаза. Похоже на доносящийся издалека звук вентилятора. Может быть, это шумела вода в трубах.

— Такой звук бывает от воздуха, Карл. Когда проколота дырка.

— Да, но откуда он идет?

Карл стал медленно поворачиваться. Нельзя было понять, где находится источник звука. Помещение было не более трех с половиной метров в ширину и пяти-шести метров в длину, а между тем казалось, что звук идет отовсюду и одновременно ниоткуда.

Слева от него стояло четыре ряда гипсовых панелей, в каждом ряду штук по пять. Еще одна замыкала этот ряд. Стена справа была пуста.

Он поднял взгляд к потолку и увидел наверху четыре квадратные панели с маленькими дырочками; между ними располагались связки проводов и медные трубки, которые тянулись из коридора к нагромождению гипсовых плит.

Ассад тоже это увидел:

— Там что-то должно быть за плитами.

Карл кивнул. Может быть, наружная стена, а может, и что-то другое.

С каждой плитой, которую они убирали и перетаскивали к противоположной стене, звук как будто становился ближе.

Закончив работу, они увидели перед собой стену, на которой под самым потолком висел большой черный ящик, а также обнаружился целый набор рубильников, измерительных приборов и кнопок. С одной стороны приборного щита находилась утопленная в стене двухсекционная дверь с закругленными краями, обшитая металлическим листом, с другой — два больших иллюминатора из бронированного стекла молочно-белого цвета, к которым изоляционной лентой были прикреплены провода, соединяющие два штыря. Возможно, как подумал Карл, детонаторы. Под каждым иллюминатором имелась установленная на штативе камера наблюдения. Для чего они служили и для чего предназначались детонаторы, догадаться было нетрудно.

Под камерами лежали маленькие черные шарики. Карл подобрал парочку и понял, что это дробь. Он пощупал стекло и отодвинулся на шаг. По стеклу несомненно стреляли. Возможно, за ним находилось что-то, чего хозяева усадьбы не могли полностью контролировать.

Он прижался ухом к стене. Писк исходил откуда-то оттуда. Не из двери, не из стеклянных иллюминаторов, но именно изнутри. Вероятно, это был звук очень высокой частоты, раз он мог проникнуть сквозь такую массивную преграду.

— Карл, он показывает больше четырех бар.

Карл посмотрел на манометр, по которому постучал Ассад. Так и есть! А четыре бара равны пяти атмосферам. Значит, давление в камере уже снизилось на одну атмосферу.

— Ассад, я думаю, что Мерета Люнггор там.

Его помощник замер, разглядывая округлую металлическую дверь:

— Ты думаешь?

Карл кивнул.

— Стрелка манометра идет вниз.

Ассад был прав. Даже видно было, как она движется.

Карл поднял голову и посмотрел на множество кабелей. Тонкие проводки между детонаторами заканчивались в пустоте, их изолированные концы лежали на полу. Значит, кто-то собирался подсоединить к ним батарею или иное взрывное устройство. Так вот что они, вероятно, собирались сделать пятнадцатого мая, когда давление должно было опуститься до одной атмосферы, как значилось на оборотной стороне фотографии Мереты Люнггор!

Карл огляделся, пытаясь понять, что тут к чему. Медные трубки шли прямо в камеру. Их было штук десять. Как тут разберешь, какие из них нагнетают давление, а какие его опускают? Если какие-то из них перерезать, есть большой риск еще сильнее ухудшить положение пленницы барокамеры. То же самое можно сказать и об электрических проводах.

Карл перешел к дверце шлюза и осмотрел установленный рядом с ней щиток с переключателями. Тут сомнений не возникало, все было написано черным по белому рядом с шестью кнопками: «передняя дверь открыта», «передняя дверь закрыта», «внешний затвор шлюза открыт», «внешний затвор шлюза закрыт», «внутренний затвор открыт», «внутренний затвор закрыт».

Обе створки двери были в положении «закрыто». Пускай так и остаются.

— Как ты думаешь, зачем тут вот это? — спросил Ассад, уже почти готовый повернуть ручку маленького потенциометра из положения «выкл.» в положение «вкл.».

Как хорошо, если бы тут сейчас был Харди! Уж в чем, в чем, а в кнопках он разбирался лучше всех.

— Этот переключатель поставлен после всех остальных, — сказал Ассад. — И почему все остальные сделаны из чего-то коричневого? — спросил он, указывая на коробку из бакелита. — И почему только этот, единственный из всех, сделан из пластика?

Это он верно заметил. Существует столько всяких выключателей разных типов и выпусков.

— Я думаю, эта ручка должна либо останавливать процесс, либо она вообще не имеет никакого значения, — сделал вывод Ассад.

Замечательно сформулировано!

Карл набрал в грудь побольше воздуха. Прошло уже десять минут после его разговора с Хольменом, и неизвестно, сколько еще придется ждать. Если Мерета Люнггор сидит там, в камере, то надо предпринимать какие-то решительные действия.

— Включи ее, — произнес Карл с недобрым предчувствием.

В ту же секунду они услышали, как свист усилился до предела. У Карла оборвалось сердце: он было решил, что они еще больше спустили давление.

Затем он посмотрел наверх и понял, что четыре квадрата с дырочками на потолке — это динамики переговорного устройства. Из них доносился свист, который звучал в камере, и эти звуки способны были свести с ума.