Аспект силы - Сергей Извольский

но у охлоса нет двух вещей — субъектности и кванта души, так что безграничная свобода мнимая и прерывается в один миг по щелчку пальца любого патриция, — я сейчас даже пальцами показательно щелкнул.

— И где же твоя субъектность и квант души? — дернул губой Бенджамен, глядя сощуренными от злости глазами.

— Моя личная субъектность пала жертвой передела сфер влияния в двенадцати фамилиях, подробностей не знаю. Но намереваюсь узнать обстоятельства своего падения и для этого мне нужно вернуться туда, откуда меня сбросили. Шанс небольшой, но он есть — и вы все если останетесь рядом мне в этом поможете, поднимаясь вместе со мной.

— Просто так возьмешь и поднимешься? — фыркнул Бенджамен.

— Технически да, именно так и планирую.

— Для того чтобы оказаться наверху, тебе нужно будет набрать авторитета среди всех двенадцати фамилий Собрания, а сейчас, когда…

— Бенджамен, я тебе даже больше скажу. Для того, чтобы мне вернуться и занять прежнее место, нужно будет стать сильнее и влиятельнее, чем главы всех двенадцати фамилий вместе взятые.

— Это как?

— Вот так. Для того, чтобы вернуться на место наследника фамилии, прежде мне нужно стать тем, с кем считаются на самой Земле в Сенате или даже в Совете богов, других вариантов обратного возвышения у меня просто нет.

— Скажи уж сразу — в Капитолийской триаде!

— Или в Капитолийской триаде, — покладисто кивнул я.

— Ты понимаешь, что предлагаешь нам подпрыгнуть так высоко, чтобы коснуться самого солнца?

— Не коснуться и не подпрыгнуть, а медленно забраться на самую вершину социальной пирамиды Республики, растолкав по пути всех там сидящих. Бенджамен, это не блажь и не мечта, у меня просто нет другого выбора. У каждого из вас есть сейчас вариант отступить в сторону и остаться частью охлоса, у меня такого варианта просто нет — если не двигаться вперед и вверх меня совсем скоро сожрут, убьют или сотрут в порошок. И каждому из вас нужно сейчас сделать выбор, пойдет ли он со мной.

— У тебя нет никаких шансов! Это же смешно! — крикнул Бенджамен.

Ну да, я его понимал, звучали мои претензии достаточно смело. Вплоть до того, что действительно смешны масштабностью притязаний, но вслух я этого подтверждать конечно же не стал, ожидал дальнейшей реакции. Бенджамен посидел немного, посопел звучно демонстративно глядя в сторону от меня.

— Я согласен, — буркнул он. — Могу идти?

— Да. Завтра в шесть тридцать в спортивном зале.

Не прощаясь, Бенджамен порывисто встал и покинул комнату. Я еще раз оглядел остальных — Паула, Летиция, Дебора и даже Рита смущенно отводили взгляды. Стефа смотрела прямо, в ее зеленых глазах читались удивление и вопрос.

— Как-то мастер элит привел меня на болото и велел его перейти, — заговорил я, объясняя свое спокойствие. — Было непросто, но я справился, а после мастер отдельно обратил мое внимание, что болото я перешел не только благодаря длинной палке, на которую опирался, но и благодаря кочкам — которые не тонули, а оставаясь на поверхности сопротивлялись моему весу. В начале долгого пути инкубатор — это именно то самое болото, где Бенджамен — тот, чье сопротивление мне помогает, а вы те, на кого я собираюсь опираться. Если вы, конечно, согласны. Паула?

— Я согласна.

— Летиция?

— Согласна.

— Мы все согласны, — не дожидаясь вопроса, произнесла Дебора.

— Антонио? — посмотрел я на заместителя старосты группы.

— Я согласен.

Голос Санчеса заметно дрогнул от страха перед предстоящем путем. В отношении любого другого меня бы это насторожило, но Антонио показал, что через свой страх умеет перешагнуть.

— Отлично. Завтра встречаемся в спортивном зале в шесть тридцать утра.

Похоже, что Стефа отдала команду через управляющее меню, потому что все пятеро поднялись почти одновременно. Рита выходила последней и перед тем как перешагнуть порог обернулась, многозначительно посмотрела сначала на меня, а потом перевела взгляд на Стефу, закрывая за собой дверь.

Снова я вспомнил о неуловимых изменениях, которые произошли с моей бывшей няней. И сейчас, когда мы остались наедине, точно наконец узнаю, что происходит.

— Стефа, что случилось?

— Что-то случилось, — голос очень уж странный.

Не дожидаясь новых вопросов, она сняла маску. Рыжие локоны водопадом рассыпались по плечам, и я посмотрел в блестящие зеленые глаза — Стефа улыбалась сквозь слезы.

— Лорд Рамиро сказал, что ты его впечатлил. Пока ты был под арестом — еще он сказал, что это временная мера для твоей безопасности, мне вернули внешность, улучшили оболочку по самым лучшим стандартам патрициев, а также создали квант души. Так что благодаря тебе, Деймос, у меня теперь идеальное тело и шанс на техническое бессмертие.

Поднявшись с места, Стефа скинула китель и показала мне правую руку — ни следа грубого биомеханического протеза, идеальная рука, идеальное тело действительно экстра-класса. Бывшая няня, расчувствовавшись — слезы текли по щекам потоком, явно собралась меня обнять, как вдруг остановилась словно в стеклянную стену врезалась.

— Тебя срочно вызывает командор-маршал, — негромко сказала Стефа. — Очень срочно, Данте, красная категория.

Глава 34

Кальдерон

Диего Кальдерон стоял у прозрачной стены купола — в приемной перед своим же собственным кабинетом в своем собственном инкубаторе. С другой стороны толстого стекла медленно проплыла огромная туша мегалодона, но дон Диего на суперхищника даже внимания не обращал. Перед взором как раз появилось оповещение вызова, и он быстрым шагом зашел в свой кабинет, где за его личным столом, активировав его личную рабочую область, расположился лорд Рамиро, протектор Арагона и наместник Капитолийской триады.

— Вызови сюда срочно маленького говнюка, — попросил-приказал Рамиро.

Когда дон Диего сделал — отправив вызов через мастера отряда, Рамиро поманил его к активному окну рабочей области. Изображение на экране показывало небольшое собрание — несколько инфантов во главе с мастером Эрнандес слушали освобожденного из-под ареста Деймоса Рамиро. Дон Диего внутренне поежился, как всегда бывало, когда он видел этого маленького красноглазого демона. Большой красноглазый демон — лорд Рамиро, между тем включил воспроизведение и раздался звонкий детский голос, говорящий абсолютно взрослые вещи.

— … Для того, чтобы вернуться на место наследника фамилии, прежде мне нужно стать тем, с кем считаются на самой Земле в Сенате или даже в Совете богов, других вариантов обратного возвышения у меня просто нет.

— Скажи уж сразу — в Капитолийской триаде! — не