Боевой устав Гоблина - Вадим Косинцев

Кстати, откуда у армии таха появилась еще одна черепаха? Не иначе, угнали давно и прятали где-нибудь здесь.

– А кто поведет черепаху? – спросил я. – Я до дворца-то смогу, конечно. Но ведь потом, когда мы войдем внутрь, надо будет отогнать ее в сторону.

– Много вопросов задаешь, солдат! – рявкнул тысячник Боксугр. – Хватит болтать. Закрой рот и за мной шагом марш. И ты, Зак, тоже.

Процессия, возглавляемая Черным Шаманом и начальником штаба, двинулась наружу. Рядовые гоблины в это время только начинали прием скудного завтрака. Им досталось по банке тушенки на четверых и по кучке черных бананов. Да вода из грязной посуды. Одна калебаса была подозрительно знакомой.

Взгляды, которыми личный состав провожал командиров и разведчиков, были тусклыми, а положенные по Уставу приветствия – холодноватыми.

«Хорошая же кормежка для войска, которое завтра двинется штурмовать дворец верховного правителя, – с сарказмом подумал я. – После таких харчей боевой дух поднимается на недосягаемую высоту. Победа, считай, в кармане у Шамана».

За рычагами ярко-зеленой черепахи с открытым панцирем устроился довольный, как молодожен, Квакваса. Одна щека у него распухла, будто от флюса, на разбитой губе белел свеженький пластырь. И все-таки это не помешало ему смерить меняя высокомерным взглядом. Гоблин сплюнул на землю и побарабанил пальцами по рычагам, как бы говоря: смотри, человечек, это я, а не ты получил черепаху.

Однако появление Зака здорово ухудшило настроение наглеца. Маггут оценил трансформацию, случившуюся с физиономией Кваквасы, и улыбнулся. Впервые за это утро.

– Загружайтесь, – махнул жезлом Черный Шаман.

Проявив несолидную в его возрасте юношескую прыть, тысячник Боксугр тут же взгромоздился на переднее сиденье. Положил на срез панциря локоть, поверх локтя – «глаз дракона» и выпятил нижнюю челюсть. Наверное, считал, что все начальники штабов разъезжают именно в таком виде.

– Тысячник, впереди должен сидеть Федор, – огорчил его Шаман. – А ты перебирайся назад, садись рядом с Заком. Да спрячь жезл. По плану ты сейчас изображаешь простого жителя Ксакбурра. Нам ни к чему преждевременные неприятности с патрулями.

Худшей новости для тысячника трудно было выдумать. Брюзжа, как маразматик, которому наступили на ногу, он уселся сзади, широко растопырив ляжки. Пришлось Заку забраться в угол, где он и сжался, как мышь. Настроения это тысячнику не улучшило, но самолюбие чуть-чуть согрело.

Наконец все худо-бедно устроились. Даже Боксугр успокоился после изгнания с престижного места. Черный Шаман окинул удовлетворенным взглядом экипаж и вручил мне какие-то засаленные бумажки.

– Это документы. Удостоверения личности «небесных повязок». Настоящие.

– Правда, что ли? – спросил я. – Выглядят хуже любой фальшивки.

– Как разговариваешь с командармом, солдат! – подал голос тысячник Боксугр. – Придержи язык, пока его тебе не вырвали с корнем.

Я не обратил на него внимания. Ведь тот сейчас был простым жителем Ксакбурра. Шаман поощрительно потрепал меня по плечу.

– Уже вошел в роль, человечек? Хорошо держишься, мне нравится. За это я оставлю тебе язык целым. По крайней мере, до вечера. – Он жутковато ухмыльнулся. – Ты прав, документы слегка потрепались. Как-никак, им лет по десять. Поэтому без крайней необходимости лучше их не доставать.

Я и сам был того же мнения. Вообще, чем дальше, тем больше у меня появлялось сомнений в успехе вылазки. Где там добраться до дворца! Дай бог, чтоб нас не расстреляли уже где-нибудь в паре кварталов отсюда. Конечно, разведка и контрразведка в войсках Волосебугу никуда не годятся. Но есть ведь еще и «небесные повязки». Наверняка умники из штаба сообразили, куда могли подеваться остатки ОАТ. Я был почти уверен, что в городе введено особое положение. Может быть, даже отдан приказ без предупреждения стрелять по любым подозрительным субъектам. А что может быть подозрительней, чем наша идиотская компания в идиотской черепахе, с погонщиком, будто минуту назад сбежавшим из гоблинского дурдома?

Разве только сам Хуру-Гезонс – вот он шагает по главной улице в боевой раскраске, палит из жезла в воздух и выкрикивает призывы убивать киафу.

«И все-таки это наш единственный шанс вернуться к своим», – сказал я себе. После чего с огромным удовольствием отвесил подзатыльник медлительному Кваквасе и послал воздушный поцелуй Зийле, которая махала нам из дверей «казармы».

– Все, хватит тянуть время, – приказал Шаман. – И знайте, я лично переговорил этой ночью с первопредками таха. Амма Серу и его родичи помогут вам избежать нежелательных встреч. А бледный лис Йуругу – обмануть врагов, если такая встреча все-таки состоится. А теперь вперед!

Черепаха скакнула, как укушенная оводом антилопа, – это придурок Квакваса врубил не ту скорость – и потопала к выходу из двора.

Наверное, Шаман и впрямь удачно переговорил со своими божками. За все время поездки нас ни разу не остановили военные патрули киафу и разъезды «небесных повязок». Даже не обратили внимания на ярко-зеленую черепаху.

Мы с Заком, видя, как скрючился и поник за пределами казармы «простой житель Ксакбурра», как глубоко под плетеное сиденье засунул он смертоносный жезл, мало-помалу приободрились. Сначала робко, а потом все более уверенно мы начали перебрасываться фразами на английском – и даже пошучивать.

– Ох, мужик, знал бы ты, как меня достал слащавый язык эльфов! – признался Маггут. – Больше, чем вонючие бананы.

– Но ведь не больше, чем хари этих сукиных сынов? – Я мотнул головой сначала в сторону Кваквасы, потом на Боксугра.

– Нет, конечно! Как ты мог подумать!

– Эй, вы о чем говорите? – спросил тысячник. – Я плохо понимаю.

Судя по тому, что «сукиного сына» Боксугр проглотил без возражений, по-английски он понимал в самом деле скверно. А вернее всего, вообще ни хрена не смыслил.

– Да так, тренируемся, языки разминаем, – развязно ответил орк и потеснил ногу тысячника, усевшись удобнее. – Мы же «небесные повязки» с Земли, помнишь? А там все говорят на английском.

– Эй, брат, ты ври, да не завирайся, – возмутился я. – А на русском где тогда говорят?

– Москва, Сибирь и Урал, – как будто по-русски, но с жутким акцентом отозвался тот. – Kosaks and medveds.

– Ага, с балалайками, – покивал я. – Знаем! Я ведь и сам kosak.

Зак захохотал, показывая мне сразу два больших пальца. Я вздохнул и поднял глаза к небу. Ну что за народ эти орки, вечно их смешат всякие глупости.

Дворец верховного правителя в Ксакбурре был возведен еще в первые годы заселения Нового Шагорана. Разнообразие архитектуры требовало дополнительных вложений, а эльфы и без того изрядно потратились, пособляя гоблинам обрести новую родину. Поэтому обиталище главы государства сооружали по типовому проекту. Точно по такому же, который был разработан для школ и больниц. В середине – трехэтажный параллелепипед из кирпича под черепичной крышей. Слева и справа два длинных крыла, похожих на вытянутые руки. Внутри «рук» – просторный двор. Сзади, если строение было школой или больницей, помещался стадион или сквер. У верховного правителя нет времени на футбол и прочую чепуху вроде прогулок под деревьями, поэтому позади дворца располагались стойла для черепах и казармы охраны. Обнести дворец сплошным забором строители не сообразили или не захотели. А вернее всего, пожалели денег.