Джунгли - Клайв Касслер

– Служащие компании «Амтрак» еще не сообщили о количестве пострадавших пассажиров, – продолжал звучать голос ведущего сквозь шум вертолета, – но экспресс «Асела» способен перевозить больше трехсот человек, и, поскольку сейчас время час пик, ожидается, что поезд был загружен почти полностью. Анонимный источник утверждает, что компьютерная система перевода стрелок делает подобный несчастный случай почти невозможным и что машинист товарного поезда должен был вручную перевести стрелку, чтобы его поезд пошел по тому же пути, что пассажирский.

– Или кто-то воздействовал на компьютер, – голос президента дрожал.

– Может, это просто случайность, – пробормотал Джексон с надеждой.

– Оставь, Лестер. Это не случайность, и мы это понимаем. Я не сделал того, что хочет этот человек, и он столкнул два поезда. Чего ждать дальше? Столкновений самолетов в воздухе? Этот тип, очевидно, контролирует всю компьютерную систему в стране, и пока что мы ничего не можем с этим поделать. Черт возьми, армии придется вернуться к использованию сигнальных зеркал, а флоту – сигнальных флагов. – Президент с досадой вздохнул. – Курьер уже вылетел в Израиль?

– Возможно, он еще на базе ВВС Эндрюс.

– Отзови его. В уловках нет смысла. Я хочу приглушить все это насколько возможно. Никаких пресс-конференций или выступлений в прайм-тайм, только сообщим, что помощь Израилю приостановлена до дальнейшего уведомления. То же самое с военной помощью Пакистану.

– Как быть с заключенными в Гуантанамо? Это тоже немедленное требование.

– Хорошо, мы выпустим их, только не в родные страны. Давай отправим их в Международный суд в Гааге. Если Фиона права и этот тип разумен, я не думаю, что последуют репрессалии, и заставить европейцев судить этих заключенных – лучше, чем ничего.

– Дэн, – Джексон впервые назвал президента по имени после присяги при вступлении в должность, – извини. Я был одним из тех, кто предлагал занять выжидательную позицию.

– Но это все равно мое решение, – отозвался президент: крушение поездов лежало тяжелым грузом на его совести.

– Я знаю. Вот почему прошу прощения. – Он пошел к двери.

– Лес, – остановил его президент. – Прими меры, чтобы все продолжали выслеживать этого психа, и молись, чтобы у него нашлась слабость, о которой мы не подумали, а то сейчас у меня такое ощущение, будто мы противостоим самому Господу Богу.

Глава 21

Кабрильо и Линкольн нагнали «Орегон» в Порт-Саиде, после того как судно миновало Суэцкий канал. Как ни хотелось им добраться до Гунавана Бахара и его подручного Смита, сначала нужно провернуть операцию на роскошном курорте Монте-Карло.

Эмир из Объединенных Арабских Эмиратов всякий раз, когда путешествовал, хотел, чтобы Корпорация сопровождала его как дополнительная охрана. Не важно, что у него не было ни единого врага на свете. Он чувствовал себя спокойнее, зная, что Кабрильо и его люди присматривают за ним, когда он греется под солнцем на берегу моря, на борту тридцатиметровой яхты или ставит в казино сумасшедшие суммы.

Эта идея пришла ему в голову, когда он услышал от кувейтского эмира рассказ о том, как люди Корпорации предотвратили убийство, к которому были причастны несколько человек «Аль-Каиды» из Сомали.

Когда зафрахтованный вертолет высадил их на палубу «Орегона» и полетел на юг, в портовый египетский город, двигатели судна заработали, и вскоре за судном потянулся кильватерный след. Бросив вещмешок в свою каюту, Хуан сразу пошел в оперативно-командный центр, где распоряжалась Линда.

– С возвращением, – приветливо улыбнулась она. – У всех на душе полегчало при вести, что Макд вернул свою дочь.

Хали Касим сидел на своем обычном месте за пультом связи.

– К твоему сведению, я контролировал местные средства массовой информации в Новом Орлеане. Все называют случившееся пожаром, связанным с наркотиками. Тела не опознаны, подозреваемых нет.

– Там и опознавать уже почти нечего, – заметил Кабрильо. – Как наша пассажирка?

Солей Круассар все эти несколько недель на борту «Орегона» была, в сущности, заключенной, хоть и в обитой бархатом камере. Она оставалась в своей каюте и смотрела на море с верхнего переходного мостика. Даже ела в своем убежище. Оплакивала отца и обдумывала свое похищение. Доктор Хаксли, выполняющая обязанности судового психиатра, несколько раз беседовала с ней, но заметного успеха не добилась.

– Представляешь, она вышла из этого состояния, – сообщила ему Линда.

– Правда?

Хуан удивился, потому что Солей не выказывала ни малейшего улучшения, когда он прощался с ней несколько дней назад.

– И знаешь благодаря чему? Эрик и Мерф ухаживают за ней больше, чем за той девушкой, что мы спасли с тонущего круизного судна…

– Дженника Дал, – вспомнил Хуан. – Единственная спасшаяся с «Золотого рассвета».

– Да-да. В общем, у этих двоих появилась блестящая мысль приспособить одно из гибких крыльев, которые мы используем для выброски десанта, к кормовой лебедке, чтобы планировать на буксируемом парашюте. К их чести, это оказалось увлекательным, и мы почти все испробовали новое развлечение. Но Солей все было мало. Я говорила об этом с Хакс, и она напомнила, что Солей помешана на адреналине. А сейчас ей требуется постоянная встряска для подтверждения, что она жива.

Линда нажала несколько клавиш компьютера, встроенного в подлокотник командирского кресла, и обращенная к корме видеокамера высоко на надстройке передала изображение. Разумеется, там были Мерф и Стони с Солей Круассар. Она уже надела черные парашютные ремни, и мужчины пристегивали ее к тонкому, тянущемуся от лебедки тросу. Под их взглядами Солей влезла на транец, держа в руке тормозной парашют. Глядя прямо перед собой, сказала что-то с широкой улыбкой Марку и Эрику и бросила маленький парашют в кильватерную струю. Купол главного парашюта раскрылся и высоко поднял ее.

Линда видеокамерой следила за Солей на фоне голубого неба. Она, похоже, поднялась метров на пятьдесят над палубой. При нынешней скорости судна она унеслась бы еще выше, если бы не трос.

Кабрильо это не очень нравилось. Несколько лет назад им пришло в голову, что можно заниматься вейксерфингом на ходу судна, используя линь, протянутый от правой стороны шлюпочного гаража. Минут десять все шло хорошо, потом Мерф упал и выпустил рукоять. Пришлось останавливать «Орегон» и спускать шлюпку, чтобы спасти его.

Марк предложил протянуть от гаража спасательную сеть для очередной попытки. Хуан запретил все предприятие.