Иллюзии «Скорпионов» - Роберт Ладлэм

— Ну конечно, нет! Ван Ностранд — один из наиболее уважаемых и даже почитаемых людей, которых я когда-либо знал. Он был советником при многих агентствах, департаментах и даже президентах!

— Если я была подобная женитьба, то исключительно в фиктивных целях, а если был и ребенок, то ему пришлось для этого чертовски потрудиться. Ван Ностранд был не из тех, кто имел дело с женщинами. Он обманул вас, господин секретарь, и прямо сейчас мне хотелось бы выяснить, кого еще он провел подобным образом.

— Объясните! Вы ведь еще ничего не объяснили!

— Я все объясню позже, но сейчас вы заслужили ответ на ваш вопрос... Ван Ностранд мертв, господин секретарь, застрелен в тот момент, когда отдавал приказ убить меня.

— Я не верю вам!

— Придется поверить, потому что это правда... а Кровавая девочка в это время пряталась в двух шагах от его дома в одном из коттеджей для гостей.

— Что случилось, синьора? Почему убили этого человека на стоянке? — Николо замолчал, оторвал взгляд от дороги и внимательно посмотрел на Бажарат. — О Боже, это сделала ты?

— Ты с ума сошел? Я писала письма, пока ты смотрел телевизор в спальне, звук был таков сильный, что я с трудом могла сосредоточиться... Я слышала, как полиция говорила, что это был ревнивый муж. У убитого были любовные дела с его женой.

— У тебя так много слов, так много объяснений, графиня Кабрини. Каким из них я должен верить?

— Ты должен верить моим словам или возвращайся в Портичи, где будешь убит в порту вместе с матерью, братом и сестрами! Понял?

Николо молчал, по его застывшему лицу проносились тени.

— Что мы теперь будем делать? — спросил он наконец.

— Сворачивай куда-нибудь в лес, где потемнее и где нас не смогут увидеть. Отдохнем несколько часов, а рано утром ты заберешь оставшийся багаж из отеля. Затем мы снова превратимся в Данте Паоло и его тетушку графиню... Посмотри! Вон поляна с высокой травой, как в предгорьях Пиренеев. Езжай туда.

Николо резко вывернул руль, и Бажарат отбросило к дверце. Она нахмурилась и внимательно посмотрела на него.

Госсекретарь Брюс Палиссер резко вскочил и отшвырнул стул.

— Нильс не может быть мертв!

— Капитан Стивенс все еще находится в своем кабинете в управлений военно-морской разведки. Позвоните своему ночному секретарю, попросите связать вас со Стивенсом, я он вам все подтвердит.

— Вы не могли бы сделать такое ужасное, невероятное заявление... если бы кто-то не стоял у вас за спиной... если бы не чувствовали поддержки.

— Это будет, напрасной тратой времени, господин секретарь, а я считаю, что нам нельзя терять его.

— Я... я не знаю, что сказать. — Палиссер с трудом нагнулся и поднял с пола стул. Сейчас он выглядел гораздо старше своих лет. — Все это настолько невероятно...

— Поэтому и является правдой, — сказал Хоторн. — Они все невероятны. Здесь и в Лондоне, Париже и Иерусалиме. Они не собираются подкладывать громадную бомбу, ядерный заряд или что-то в этом роде, им это не нужно, потому что не принесет желаемого эффекта. Они выплеснут свою ярость, организовав панику и хаос. И хотим ли мы верить в это или нет, но они могут сделать это.

— Они не смогут, она не сможет!

— Время играет ей на руку, господин секретарь. Президент не может жить в полнейшей изоляции. Когда-нибудь, где-нибудь он покажется на людях. Вот тогда-то она сможет подобраться к нему и убить, а пока длится это ожидание, будут проведены все приготовления в Лондоне, Париже и Иерусалиме. Они не дураки, твердо запомните это!

— Но и я не дурак, коммандер. Что дальше? Что у вас есть еще?

— Ван Ностранд не смог бы в одиночку сделать то, что намеревался сделать с вашей помощью. Должны быть еще другие люди.

— Что вы имеете в виду?

— Вы говорите, что он собирался покинуть страну и больше не возвращаться.

— Совершенно верно. Во всяком случае, он так сказал.

— И вы подразумеваете, что все это случилось очень быстро, буквально в считанные дни.

— Он так заявил, и разговор шел буквально о часах. Он должен был немедленно вылететь в Европу, пока этот сукин сын муж не узнал, что он там. Вот такую он мне рассказал историю. Ему любой ценой надо было застать в живых ребенка и забрать ее мать, чтобы прожить остаток жизни с любимой женщиной.

— Вот это-то меня и беспокоит, — произнес Хоторн. — Любая цена. Давайте начнем с его поместья, оно ведь стоит миллионы.

— По-моему, он говорил, что продал его...

— За несколько дней? Не будем уж говорить о часах.

— Он как-то не совсем ясно рассказал об этом, да я и не от него подробностей.

— А остальное его имущество? Это ведь многие миллионы. Человек, подобный ван Ностранду, не может бросить все это, не сделав предварительных распоряжений. А подобные распоряжения требуют времени и уж никак не могут быть сделаны в течение нескольких часов.

— У вас поверхностный взгляд на вещи, коммандер. — Мы живем в век компьютеров, в деловые документы сегодня моментально долетают в любую точку земного шара. Адвокаты и финансовые органы каждый день сталкиваются с подобными делами, каждую минуту миллионные суммы пересекают океан туда и обратно.

— Но их путь можно проследить?

— Безусловно, в подавляющем большинстве случаев, коммандер. Правительства не любят, когда уплывают принадлежащие им налоги.

— Но вы сказали, что ван Ностранд собирался исчезнуть, вынужден был исчезнуть. И возможность проследить его денежные переводы ему совеем не к чему, не так ли?

— Черт побери, похоже, что так. Значит?..

— Значит, ему нужна была чья-то помощь, чтобы скрыть переводы денежных средств, которые могли привести к нему и месту его нахождения... В своей прошлой жизни я уяснил для себя, господин секретарь, что умные люди, как правило, не прибегают к помощи уголовных элементов, которые с легкостью могут оказать ее. И совсем не по моральным соображениям, а чтобы в дальнейшем избежать шантажа. Напротив, умные люди находят уважаемых, высокопоставленных людей и подкупают их, чтобы они оказали необходимую помощь.

— Да вы просто отъявленный мерзавец? — воскликнул Палиссер, отодвигая стул. Его глаза горели. — Может быть, теперь вы предположите, что меня подкупили...

— Да нет, вас просто надули, — перебил его Тайрел. — Вы не лжете, купились на эту сказочку, вот и все. Я говорю о том, что существует кто-то еще, занимающий, как и вы, важный пост, кто обеспечил ему исчезновение. Настоящее исчезновение, при котором нельзя сыскать концов.

— Черт побери, да кто же мог это сделать?

— Возможно, еще один такой госсекретарь Палиссер, убежденный, что поступает правильно... Кстати, вы не давали ему фальшивый паспорт?

— Боже упаси! Почему я должен был это делать? Он никогда не просил меня об этом.

— В своей прошлой жизни мне десятки раз приходилось пользоваться фальшивыми паспортами. Фальшивые имена, фальшивые профессии, фальшивые биографии, фальшивые фотографии. Мне приходилось пользоваться ими, потому что я настоящий должен был исчезнуть.

— Да, капитан Стивенс говорил, что вы были исключительно талантливым офицером разведки.

— Его, наверное, тошнило, когда он это говорил. Но знаете ли вы, зачем мне были нужны все эти фальшивые документы?

— Вы только что сами ответила на этот вопрос. Коммандер Хоторн должен был исчезнуть, вместо него появлялся совсем другой человек. Ван Ностранду определенно нужен был фальшивым паспорт, потому что, исчезнув, он должен был жить под другим именем.

— И в обоих случаях ему мог помочь госсекретарь.

— Вы просто наглый молодой человек.

— Я и должен быть таким. Мне очень хорошо платят, а раз так, я обязан как можно лучше справиться со своей работой.

— Я не буду пытаться опровергать ваши гнусные обвинения, мистер Хоторн, но в одном соглашусь с вами. Настоящий паспорт на другое имя ему мог выдать только госдепартамент, а так как вы отрицаете, что ван Ностранд мог связаться с уголовниками, то где же он мог взять паспорт?

— В каком-нибудь правительственном учреждении, которое могло оформить ему паспорт без вашего ведома.

— Вы думаете, подкуп?

— Или снова обман, сэр. Вас-то ведь он не подкупал. — Тайрел сделал паузу. — И, последний вопрос, господин секретарь. Возможно, мне и не следовало его задавать, но я задам, потому что обязан. Вы не знаете, почему я прилетел из Пуэрто-Рико на частном самолете ван Ностранда и приземлился в его поместье и, как я уже сообщил вам, оказался на волосок от смерти?

— Понятия не имею. Могу предположить, что тут не обошлось без капитана Стивенса. Вполне очевидно, что здесь, в Штатах, он ваш связной, если не начальник.

— Генри Стивенс был в шоке, когда я все рассказал ему, потому что не мог понять, как это произошло. За каждым моим шагом, если я этого хотел, наблюдали люди из специальной группы, работающей по Кровавой девочке. Но вы должны знать, что недавно один высокопоставленный человек в обход вас и всей разведки помог ван Ностранду передать мне письмо, прочитав которое я был вынужден отправиться к нему. Я заглотил эту наживку, и, если бы не двое замечательных людей, мой труп сейчас бы валялся в Фэрфаксе, а ваш святой ван Ностранд приземлился бы в Брюсселе, укрыв Бажарат в своем поместье.