Вежливые Люди - Анастасия Игнашева

не одобряют его занятий. И потому каждый приезд в родной дом заканчивался тем, что после неприятного разговора Дарий собирал вещи и уезжал либо к друзьям, либо просто куда-нибудь.

— Журналист! — бросал отец, словно выплёвывал, — Строкулист! Писака!

— Но я пишу для серьёзных изданий! — поначалу робко пытался оправдываться Дарий, — Меня в «Русской Мысли»…

— Побасёнки для бабья! — обрывал его отец.

Этот приезд не стал исключением. Семейный обед проходил в мрачной недружественной обстановке. Дарий, конечно, понимал, что отец переживал не столько из-за выбранной сыном профессии, сколько из-за трагедии, постигшей семью много лет назад, когда отец остался почти что инвалидом, а ещё они с матерью потеряли старшую дочь, сестру Дария. Он знал, что у него была когда-то сестра, давно, до его рождения, но про это в семье как-то мало говорили. Родители собрали немногие оставшиеся от дочки вещи и спрятали где-то в чулане.

Как всегда, отец завёлся из-за ерунды. И, как всегда, выместил свою досаду на жене и сыне. Дарий поначалу просто молча вышел из-за стола, но уезжать не стал. И причиной тому был разговор с фон Кутченбахом, состоявшийся после возвращения Дария с Шаблин’Гвас. История со «Стерегущим» и Дагвардами очень полковника заинтересовала.

— Ну что ж! — проговорил фон Кутченбах, — Правду говорит мой русский друг, что везёт дуракам и новеньким. Эти Дагварды давно попали в поле зрение нашей организации. Причём сначала младший, а потом и старший. Да, они близнецы, но Даниэль родился первым. Потому и считается старшим. У нас есть подозрения, что на Стамтоне он был завербован. Так что он вполне может быть двойным агентом. Как и его брат. Оба они, кстати, участвовали в операции «Квартет». Их привлёк Динко. А вот ещё одной участницей операции с нашей стороны была Ксения Громова. Поэтому Ваш интерес к этому материалу и привлёк наше внимание. Она Ваша сестра.

— Я знал, что у меня была сестра, но я не знал, что она работала на вас и что она участвовала в этой операции. — оторопело сказал Дарий, — Родители были убеждены, да и я тоже, что она погибла в десять лет в результате взрыва на их исследовательской станции.

— Нет. Она не погибла. — возразил фон Кутченбах, — Хотите кофе? Разговор наш, чувствую, будет долгим.

— Тогда лучше чаю.

Фон Кутченбах слегка улыбнулся уголками губ.

— Понимаю. Русские пьют чай. Тогда пусть будет чай.

И за чаем фон Кутченбах поведал Громову, что Ксюша Громова оказалась почти единственной из тех, кому удалось выжить. Кроме неё спаслись ещё её родители, но они не знали, что дочь жива и ещё двое — некто Карапет Карапетян и Ставрос Мавромати. До Земли они все добирались порознь. Сначала вернулась мать, она почти не пострадала, но добиралась на перекладных почти два года, а отца собирали буквально по кусочкам, он год был в коме, потерял память и после этого о полевой работе ему пришлось забыть.

Всё это Дарий знал.

— А как вы поняли, что это моя сестра и что она жива?

— Была жива. До той операции. Да и сейчас её считают пропавшей без вести. Она сумела бежать и после этого её следы теряются. Дело в том, что она — самостоятельная тактическая единица. Почти неуправляема. Кому пришла в голову идея включить её в группу, да ещё и с этим Динко — ума не приложу. Куратор их группы, кстати, вскоре после этого умер при очень странных обстоятельствах. И то, что она — Ксения Громова, как раз знали очень немногие. Оперативный псевдоним у неё был — Сержант Пеппер.

В ответ на недоумённое молчание Дария фон Кутченбах ответил:

— Была когда-то, давно, такая песенка. Про «Клуб одиноких сердец сержанта Пеппера». Собственно, что нам известно про неё после того, как она покинула станцию за несколько секунд до взрыва, это то, что спасательная капсула, она же мини-корабль, довольно долго дрейфовала в космосе. Дело в том, что конструкция там такая, что находящийся в ней человек впадает в состояние анабиоза. И может находиться в этом состоянии довольно долго. В конце концов твоя сестра оказалась на Патане — это одна из планет Земного Содружества. Там есть несколько довольно крупных островных архипелагов и два материка. На одном из островов и оказалась твоя сестра. Сначала её поместили в приют для сирот, где дали другое имя — назвать себя она не смогла, на какое-то время она потеряла память, а потом отправили в одну из закрытых школ. Школу она закончила, к тому времени память к ней вернулась и она изъявила желание вернуться на Землю, где и поступила в одно из военных училищ. А там на неё уже обратили внимание люди из нашей организации. Спустя год после её появления на Островах, там была революция и гражданская война и архивы где были сведения о её появлении и переименовании были утрачены. Так что нам пришлось верить ей на слово. Поэтому её семью нам и не удавалось долгое время разыскать. Да мы и не искали.

И вот теперь, после этого разговора, Дарий и решился поговорить с родителями. До этого его обиды на них были глупым мальчишеством. Если его сестра жива, всё ещё жива — он обязан её найти. Да в любом случае! Живую, или мёртвую! — он её найдёт!

Глава 11

Переведи меня через майдан…

Гвидо Паверс любил роскошь и комфорт и предпочитал жить на широкую ногу. А удачная женитьба на рмаркритской аристократке позволяла ему осуществлять свои желания, ни в чём себе не отказывая. Жена его, по достижении 130-летнего возраста, что соответствовало примерно нашим пятидесяти пяти, или шестидесяти годам, ушла в Тихий Приют, как того требовал обычай, оставив дом и всё остальное движимое и недвижимое имущество в полное распоряжение Гвидо. Единственное, чего он не мог — это жениться во второй раз, или завести любовницу. За это могли убить обоих — и мужа, и его новую пассию. А ведь когда-то начало рмаркритской традиции для стареющих женщин удаляться в уединённую обитель в горах, положили именно мужчины. Мужья, которым седина вступала в бороду, а бес, соответственно, в ребро, просто изгоняли туда стареющих