Оборотный случай - Иван Кононенко

Разумеется, если копнуть глубже, то виновата она. Надо ж было додуматься: заражать кого-то своей болезнью! Ладно-ладно, это спасло меня от вампиров. Но Ктори была в сговоре с нелюдями еще до этого! Вывод логичен: она злая. А если так, результат еще более логичен: для меня в данный момент важней честность.

Я поднял взгляд и посмотрел на ту, кого хотел назвать виновницей. Она тоже смотрела прямо мне в глаза своими синющими озерами, а ее личико, до сих пор испачканное в крови, было настолько мило, что описать это могло лишь междометие «А-а-а-э-э-э-э», самопроизвольно выпавшее изо рта. Может, это игра теней, может, шутка памяти, но Ктори сейчас походила не на злодейку, как несколько часов назад, а на невезучую жертву. Обвинить ее в чем-то? Этого бы я себе не простил всю оставшуюся жизнь, какой бы она длины не была! И ведь Разум упорно твердил, что это лишь обман зрения, но склонить мужскую голову к трезвости рассуждений ему не удалось. Покинутый старыми друзьями и знакомыми, Разум горько выкрикнул: «И все-таки она — убийца!» — и заглох настолько, что его не стало слышно среди треска молниеносных, но частых и подробных мыслей о красоте и жалости к жертвам.

Поймите, ничего другого сделать я не смог и поэтому, стараясь не шевелиться (вдруг потревожу ее позу, она повернется и больше не будет выглядеть так потрясающе), сказал:

— Ктори, ни в чем ты не виновата. Будь уверена.

Девушка мягко улыбнулась левым краешком рта и, как назло, возразила:

— Но я же вместе с вампирами в группе, и я тебя поцарапала.

Теперь я должен был отрицать, меня вынуждала форма ответа:

— Нет-нет, все нормально.

Отличный аргумент.

— Вообще это был самый лучший выход из ситуации. Я могла бы отбиться от них силой, но смогла сделать это головой.

И в результате я оказался заражен. Как мило.

— Вот видишь, оказывается, ты не могла поступить по-другому!

— Ой, я даже… не верится, что ты так хорошо все воспринял, я думала, ты будешь злиться… Такое облегчение!

«Да, ты отлично все воспринял, тюхтя», — пробормотала Совесть.

Больше я не знал, что говорить и поэтому замолчал. Ктори спокойно сидела и, не ожидая от меня каких-нибудь слов, терла свое личико здоровой рукой, очищая его от грязи. Мысли о гигиене проникли и в мою голову, и скоро рукав мантии тоже пошел в дело, правда, скорей еще более пачкая.

Нужно спросить ее про заразившего. Если этого не сделаю, Канор меня убьет. Я поклялся. Но самое важное сейчас все-таки не это, и не причина, по которой я стал оборотнем. Самая важная цель, которая у меня сейчас есть — это друзья и брат. Сразу после ответа на этот вопрос спрошу про заражение.

— Мы ведь спасем моих друзей? — несколько невинно спросил у девушки я.

Ктори опять перед ответом довольно долго (или мне так показалось) молчала. Я успел изволноваться чуть ли не до истерики и уже начал придумывать план действий и примерную карту бега между деревьями с криками от досады, и тут все-таки последовал ответ. И он был полон спокойствия и убедительности.

— Конечно! Сверюсь с направлением — и мы найдем лагерь. Два оборотня — это немало, против слабых вампиров продержимся. Главное на Нигиза не попасться. И то — это в худшем случае. Они же могли и убежать в ту ночь, вампиры их могли не догнать. Ты не думал над таким вариантом, Ред?

— Признаюсь, хороший исход событий мне и в голову не приходил.

Какой же я идиот и каким же идиотом и плаксой я сейчас перед ней выгляжу! Я в наказание несколько раз ударил себя по животу.

— Болит? — Улыбнулась Ктори, как будто поняла мотив моего самобичевания.

— Ага.

— Ред, а как ты меня нашел?

Только хотел спросить про то, кто ее заразил! Ладно, не перебивать же тему… Подождет. И Канор, и я. Спрошу после того как отвечу, ничего не изменится.

— Я просто бродил по лесу, встретил Жога. Он мне дал твою перчатку и рассказал свою идею о Ракотлуше.

Про попавшегося тогда вампира лучше упоминать не стану.

— Вот как. А где же тогда Жог? Им в Ракотлуше даже не пахло.

— Ушел, — пожал плечами я. Кто же поймет этого лесоруба? Он исчез вместе с вампиром и никак не дал о себе знать. Может, заблудился. — Ктори, скажи, а Дица убила ты? Помнишь…

— Одного из лесорубов. Помню. Его убила не я. Плохо помню.

— Значит, Нигиз? Да, он же ломился прямо в двери.

— Да. Как ломился, так и ушел, увидев, что заразить тебя не удастся. Потом мы с Жогом потащили тебя в Веору.

— Долго шли?

— Нет, справились до полудня.

— Так близко?

Девушка кивнула, собственно, замолчав.

Наконец я могу спросить!

— А кто тебя…

— Ты все это время был с этим Велудом?

Меня бессовестно перебили. Не знаю даже, кого винить: свою нерешительность или отсутствие этого качества у собеседницы!

— Да, мы познакомились сразу после того, как ты убежала дальше в лес.

— Я возвращалась, но так и не нашла тебя, — кивнула Ктори. — И после этого решила продолжать выжидать в Ракотлуше. Везде были маги, пришлось залечь на дно.

Я в знак понимания несколько раз рассеянно кивнул, а после вдохнул воздуха для исполнения, наконец, просьбы (скорей приказа) старого адрейда.

— А кто…

— Я рада, что ты за мной пришел. Очень рада, Ред!

Опять перебили. Нет, надо вообще с этим заканчивать!

— Ктори, кто…

Почти без опоздания родилось ощущение неловкости. Напрямую это спрашивать слишком бестактно! Лучше сделать как я люблю: подойти к этому хитро и постепенно.

— Что ты хотел? — Заинтересовалась девушка.

— Ничего… э-э-э, я просто… Хотел спросить… Ты такая интересная! Велуд говорил, что Текес расспрашивал его именно про тебя. Как ты думаешь, почему?

— Текес спрашивал его про меня? Странно. Я не знаю, — вроде бы не наигранно удивилась Ктори. Она нахмурилась, и ее глаза слепо смотрели вперед, так делает человек, у которого сознание запуталось в воображении.

— Может, это связано с тем, кто тебя заразил? — чуть ли не съежившись от этого вопроса, спросил я.

Она сильно сжала губы и метнула в меня одновременно печальный и яростный взгляд. Видимо, снова сменила личность. На всякий случай лучше отойти шага на два…

Отойти не вышло. Ктори схватила меня за рукав и подтянула к своему красивому, но обезображенному злобой лицу. Мои веки автоматически скользнули вниз, защищая глаза от горячего сильного дыхания, но все равно эффект был весьма ощутим. Крепкие хищнические зубы скрипели при каждом сжатии, выказывая страшную силу челюстей, от страха даже зачесался нос. Я не хотел даже открыть рот для извинения, почему-то боясь соприкоснуться с ней дыханием.