Оборотный случай - Иван Кононенко

А это большая толпа, человек десять. Маловероятно, что все стражники или маги, но среди них вполне может заваляться (застояться?) парочка. Одна стрела на меня и другая на моего спутника, если не оплошают. Оплошайте, пожалуйста! Хотя почему это я разнылся? Может, они вообще пройдут мимо?

Я отвязал палки от ног и швырнул их вниз, откуда послышалось шуршание, сопровождаемое гордым и довольным заявлением:

— Умный лесник никогда не попадется дважды в один и тот же капкан. Он отойдет и подождет, пока этот капкан скинет кое-кто, кто очень меткий, где не надо.

— Быстрей поднимайся, приближаются крестьяне, — громким шепотом сообщил я. Велуд услышал это, подав знак протяжным ругательством.

Через минуту стена чуть сильней шатнулась, приняв на себя вес дополнительного тела, и принялась мелко покачиваться. Велуд продвигался вверх, и в это же время к нам все ближе и ближе приближался поисковый отряд. Сворачивать он и не думал, даже ускорился. Меня кольнула мысль, что пришедшие могут искать пропавших тут товарищей.

Лесник поднимался торопливо, но не так быстро, как я или Ктори. Такими темпами он мог попасться на глаза врагам, которые сразу бы его расстреляли. Возможно, маги объявили какую-то награду за нас, иначе бы те трое, которых загипнотизировал лесник, позвали бы подмогу. Это, конечно, радует, лучше тягаться с ними поодиночке.

Сердце безжалостно щемило от страха потерять Ктори, и даже эта новая опасность не избавила меня от волнующих мыслей. То ли после смены положения тела, то ли от возможной потери, глаза выпустили несколько пекучих слезинок.

— Эй, побыстрей давай, они уже скоро… — начал я, да так и не закончил, с открытым ртом наблюдая за тем, как авангард в виде одного стражника осторожно выглянул из-за дома и увидел лежащих в траве бесчувственных коллег.

— Я лучше замру, — шепнул Велуд и притаился. Я распластался по сетке, благо она меня выдерживала и угол наклона был довольно удобен для лежания. Слезы пошли еще сильней.

— Тут что-то не так, — сказал первый подошедшим подчиненным, их было около десяти, и все вооружены как минимум вилами, не считая дающих свет предметов, которыми тоже можно знатно стукнуть. При грамотном использовании фонаря один удар получится эффективней десятка ударов дубиной, а вот с вилами они примерно на равных. Что сгоришь, что продырявишься — исход один, вилы даже хуже — вода не спасет.

Лучшим выходом сейчас для Велуда и меня было не дышать и по возможности или не быть видимыми, или не существовать. Но трудно провести пару минут без вдоха, чего уж говорить о видимости!

Первый знаком показал остальным проверить, живы ли жертвы мороки Велуда, и подошел к серебряной стене почти вплотную, став прямо под нами. Прошло довольно много времени, причем каждая секунда растягивалась благодаря осознанию того, что Велуд долго не сможет продержаться. Не знаю, что стражник внизу делал так долго, не совершая никаких серьезных движений и действий. Он же не видел нас! Может, подумал, что мы все-таки перебрались здесь через стену, и всматривался в темень леса в надежде увидеть светящиеся следы убежавших?

Я слышал, как ускоряет ритм сердце Велуда и как он ровно дышит, из последних сил стараясь не делать этого шумно. Слышал, как поскрипывает о металл его кожа, силясь не соскользнуть с крючка (забавная ирония жизни: обычно с крючка так и норовят сорваться).

Не уверен, что точно скажу, сколько прошло времени, но это так надоело Велуду, что он попытался наслать мороку еще и на этого человека. Что было дальше, сторонний наблюдатель понять не мог, мне был виден только результат. То ли стражник оказался слишком невосприимчивым к магии, то ли лесник просто не вовремя вздрогнул или переместил вес на одну ногу, то ли сама магия дала сбой, но Велуд под хруст палки на ноге упал на землю позади врага. Тот быстро среагировал и нацелил на него лук, криком подозвав подкрепление. Это было уже не нужно — звук упавшего тела слышали все.

Все было настолько быстро, что у меня не осталось времени даже на удивленный ах.

— Иэ-эх! — Велуд скорчился на земле, из его рук выпала пара-тройка оранжевых искр магии. Он ее использовал в нещадном для себя количестве, обычно смертельном для людей. Его руки и ноги сильно дрожали. — Я их остановил ненадолго, всех. А вы бегите, про меня не вспоминайте. Я тебе обязан жизнью за то, что ты пришел в домик ко мне и паладину спасти меня. Хотя мог убежать один, или с этой… Ктори. Да, насчет нее… Когда я сидел у Текеса один, этот козел меня о ней расспрашивал… Просил рассказать все, что знаю, но я не выдал ему ничего толкового. Ладно. Иди же!

Каждое слово давалось ему со все большим трудом.

Значит, я потерял Ктори, а теперь потеряю и Велуда?! Ну, когда-то девушка мне уже говорила про изгоя, но не до такой же степени! Я согласен быть изгоем, если рядом будет пара-тройка-пятерка хороших друзей и кто-нибудь, кто будет стирать носки! Можно даже без последнего…

— Не переигрывай! Я не спасал тебе жизнь, а просто пришел на выручку! Тебе не грозила смерть, — попробовал убедить его я. Но разве не легче в одиночку построить город на необитаемой планете, чем убедить упрямца в противоположных взглядах?

— Не порть мне эффект прощания. Я всегда мечтал быть обязанным кому-то жизнью и хватаюсь за первый и, вероятно, последний попавшийся шанс.

Голос его, как и руки, начал дрожать от натуги.

Ах ты… Какой человек! Странный, ненормальный, и ведь это не мешает ему быть добрым и хорошим другом… Чуть не забыл, я же хотел спросить…

— Иди уже! — Глухо зарычал лесник.

— Последний вопрос. Как считаешь, что такое дружба? Что она для тебя значит?

Велуд усмехнулся, как будто считал этот вопрос настолько общепонятным, что даже неуместным. Он посмотрел мне в глаза, хоть и вряд ли видел сквозь темноту, где я вообще нахожусь. После этого прозвучали слова, которые потом эхом отзывались у меня в голове долгое, долгое время, стоило мне вспомнить хоть на миг его неординарную личность:

— Спросишь еще! Конечно… дружба — это магия!

Грустные мысли прочь не шли, сколько бы я их ни гнал. Я не чувствовал смерти и не слышал криков, значит, Велуд был еще жив, но чья-то жизнь определенно угасала. Разумней всего было пользоваться шансом и сбежать, но упрямо хотелось проверить тело Ктори, вдруг она еще жива. Смерти ведь после того, как в нее попали стрелы, не почувствовалось. Можно ли выжить после пронизывания парой деревянных стержней? Судя по логике, нет, разве что обладая феноменальным везением.

Жизнь обладает большим недостатком, если ты одинок: не попробуешь узнать — не узнаешь. Вот я девушку и искал.