Запрещённая реальность. Книги 1-10 - Василий Головачёв

– Отбой… – очнулся Тарас, стремительно направляясь к выходу, но остановился и вернулся к ошеломленному компьютерщику. – Можешь уточнить по адресу, кому принадлежит здание недалеко от Нескучного сада?

– Да нет ничего проще!

Тарас продиктовал адрес лаборатории, и толстые, как сосики, пальцы Витюши проворно запорхали по клавиатуре с легкостью бабочки. Через минуту он крякнул, вцепился в шевелюру, дернул и сказал:

– Ни хрена себе!..

– Что там?

– Информация закрыта, а защита настроена на поиск запрашивающего… Ладно, попробуем по-другому.

Пальцы Виктора снова забегали по клавиатуре компьютера, причем он на нее не глянул ни разу, словно клавиатура была продолжением его тела.

– Ну вот, это совсем другое дело. – Комьютерщик удовлетворенно откинулся назад, ткнул пальцем в экран. – Улица Сенная, четыре, дробь три, принадлежит Институту энергетики.

– Спасибо, Витя, ты мне очень помог! – Тарас стиснул плечо приятеля, направился к двери.

– И это все, что ты искал? – разочарованно бросил ему вслед Витюша.

– Пока все. Возможно, я еще приду к тебе за помощью. Только никому не говори о моем визите.

Растерянный Витюша еще что-то говорил, но Тарас его не слышал. Отсчет времени пошел. В голове крутились слова неизвестного информатора: «Если откажешься от затеи вызволить старика, закончившего свой путь». Что он имел в виду? «Закончившего свой путь…» Неужели учитель мертв?!

Выжимая все силы из рыдающего мотора, он гнал машину по улицам Москвы к Нескучному саду, и вдруг затормозил, услышав тихий ментальный голос:

– Та-а-а-ра-а-а-ас-с-с…

Это звала его Тоня, освободив от наваждения.

Гипнотическая фраза «если откажешься…» перестала давить на психику, сквозь волну возбуждения в мозг пробился тоненький всхлип сработавшей защитной системы неверия: остановись, отсоединись, не спеши… остановись, отсоединись, не спеши…

Тарас выдохнул воздух через стиснутые зубы, заставил себя расслабиться, успокоил бешено работающее сердце. Тебя только что едва не закодировали! – пришла трезвая мысль. Тот, кто звонил, великолепно знает Ключи метаязка. Ты едва не попался…

– Спасибо, Тошка, – с трудом сказал Тарас вслух, уронив руки и голову на руль.

Глава 24

ВИЗИТ В ЛАБОРАТОРИЮ

До вечера он провел время в изучении местности вокруг Нескучного сада – по картам и через компьютерный поиск, – затем стал собираться к походу в электротехническую лабораторию. В том, что ему сказали правду – о содержании учителя в бункерах лаборатории, сомнений не было, несмотря на отсутствие пси-ответа: Елисей Юрьевич на все мысленные вызовы не ответил ни разу. Сомнений не было и в том, что Горшину бросили вызов, не принять который он не мог, попытавшись воздействовать на него с помощью удачно наведенной зонг-линии. Он был подготовлен к восприятию нужной информации, и ему ее дали! После чего он ринулся «спасать учителя», не считаясь ни с чем. Если бы не зов Тони, почуявшей, очевидно, его состояние, он бы так и не понял, что подчинился оператору, работавшему на «Купол», – то ли проводнику темных сил, то ли магу. А в лаборатории его наверняка ждали.

Впрочем, в любом случае ему надо было туда идти.

Я приду, пообещал Тарас мысленно. Но только после определенной подготовки.

Брошенный вызов требовал ответа. Кто его бросил – было уже не важно. Тарас надеялся, что это были Ельшин, Гольдин и Дима Щербань, ставшие олицетворением зла. Они не должны были жить, и не столько из-за того, что работали на «Купол», а через него на Монарха Тьмы, но больше по причине того, что ни в грош не ставили жизнь других людей. Президент России был прав, когда высказывался, что террористов и мерзавцев надо мочить везде, даже в сортире.

Стемнело, когда Тарас погрузил сумку с необходимой для решения задачи экипировкой в багажник «Вольво», еще раз мысленно пробежался по узлам плана проникновения в лабораторию – он собирался использовать канализацию, причем старую, заброшенную еще с послевоенных времен, – и обошел комнаты дома, не зажигая света, испытывая странное ощущение забытой вещи. Спохватился, позвонил Тоне.

– Извини, я не смогу сегодня забежать.

– Я поняла, – ответила девушка с преувеличенной бодростью. – Ничего, у меня все хорошо, читаю книжки, рисую. Нина мне все уши прожужжала, какой ты хороший человек, добрый, суровый, решительный и справедливый. – Она тихо рассмеялась.

– Ты одна? – встревожился Тарас.

– Да, Нина ушла по делам, обещала быть через час. Я попросила ее закрыть дверь на ключ.

– Никому не открывай! И на звонки не отвечай.

– Даже на твои?

– Я буду звонить трижды, коротко, чтобы ты догадалась.

– Не стоит, и я так знаю, когда ты звонишь.

– Ну и отлично, – с облегчением сказал Тарас и добавил с удивительной для себя нежностью: – Экстрасенс мой любимый.

– Правда? – прошептала Тоня. – Что любимый?

– Тебя нельзя обманывать, – сказал он серьезно. – Все равно сразу почувствуешь. Скажи и мне что-нибудь приятное.

– Я… люблю тебя.

У него оборвалось сердце, заработало с бешеной частотой, язык онемел. Но говорить ничего не потребовалось. Канал понимания, ожидания, обещания и любви соединял их, и слова только повторяли чувства обоих, хотя и организовывали окружающее пространство не хуже слов метаязыка.

– Здра-а-а-во-о-о-о… – пропел он и услышал в ответ:

– Жи-и-и-во-о-о-о…

Засмеялся, положил трубку, походил по гостиной, все еще улыбаясь, видя перед собой лицо Тони и чувствуя тепло ее тела, затем вдруг почувствовал укол холода и мгновенно перевел сознание в состояние боевого видения. Выскользнул во двор, обошел сарай, метнулся через сад и одним прыжком перемахнул забор, отделявший его участок от усадьбы соседа. Выглянул в щель соседского забора, поблагодарив судьбу за отсутствие у соседа собаки.