Жизнь в авиации - Степан Красовский

Немецкое командование бросало свои танковые дивизии то на один, то на другой участок фронта, пытаясь закрыть в системе обороны образовавшиеся бреши. В свою очередь и нам приходилось маневрировать, чтобы постоянно противопоставлять ударным группировкам врага главные силы воздушной армии. Маневр давался нелегко. В тех полках, где не было четкой организации перебазирования, самолеты иногда базировались на трех и даже на четырех площадках, что сильно усложняло управление.

В начале января почти все авиационные соединения были передислоцированы на левое крыло фронта. На севере остались только два полка - штурмовой и истребительный, которые поддерживали войска, наступавшие в направлении Ровно, Луцк, Кременец.

Эскадры 4-го воздушного флота, насчитывавшего тысячу пятьсот самолетов, располагались на аэроузлах Умань, Винница, Одесса, Первомайск, Николаев. Противник имел возможность в зависимости от обстановки использовать свою авиацию то в полосе наступления нашего фронта, то в полосе наступления соседних Украинских фронтов. Временами воздушная обстановка южнее Киева резко обострялась, и соединения 2-й воздушной должны были действовать с максимальным напряжением, чтобы постоянно удерживать инициативу.

Каждый день приносит новые успехи нашим летчикам. Широкую известность среди личного состава получил эффективный удар по Шепетовскому железнодорожному узлу семерки штурмовиков во главе с заместителем командира эскадрильи 525-го штурмового авиаполка лейтенантом И. М. Долговым. Утром 7 января он вылетел на разведку железнодорожного узла, через который шли неприятельские эшелоны с войсками и военной техникой и боеприпасами. Установив, что в Шепетовке все пути забиты составами, летчик возвратился на свой аэродром и сообщил данные разведки. Было принято решение немедленно нанести удар по железнодорожному узлу. Вместе с Долговым в воздух поднялись экипажи майора Н. В. Шаронова, лейтенанта И. В. Ухабова, младших лейтенантов Л. А. Брескаленко, А. С. Косолапова, Г. Ф. Пастухова, Н. И. Родина.

На малой высоте, маскируясь облачностью, штурмовики внезапно вышли к цели с запада. От зажигательных снарядов загорелись вражеские эшелоны, а затем сильный взрыв потряс воздух. Это взорвались вагоны, груженные аммоналом. В результате успешного налета на станцию было уничтожено четырнадцать железнодорожных эшелонов.

Для проверки результатов удара в воздушную армию прибыла комиссия во главе с начальником воздушно-стрелковой службы ВВС генералом А. М. Рафалови-чем. Как только Шепетовка была освобождена, комиссия незамедлительно выехала туда. Жители подтвердили, что железнодорожный узел вывели из строя наши летчики и что фашисты понесли громадные потери. Экипажи, участвовавшие в налете, были награждены орденами.

В конце января главные силы 2-й воздушной армии сосредоточились южнее Киева - готовилась Корсунь-Шевченковская операция. 26 января 40-я и 27-я армии, которыми командовали генералы Ф. Ф. Жмаченко и С. Г. Трофименко, вместе с 6-й танковой армией генерала А. Г. Кравченко при поддержке авиации прорвали вражескую оборону и устремились на юго-восток. Через два дня соединения 6-й танковой армии в районе Звенигородки встретились с войсками 5-й гвардейской танковой армии 2-го Украинского фронта, которой командовал генерал П. А. Ротмистров. Десять немецких дивизий оказались зажатыми в кольцо.

Немецко-фашистское командование попыталось спасти свою окруженную группировку. На внешнем фронте окружения появились свежие танковые дивизии, к окруженным войскам направились транспортные самолеты.

Блокирование противника стало самой главной задачей авиации. Одновременно нужно было помочь сухопутным войскам отражать атаки немецких танков. В Корсунь-Шевченковской операции кроме нашей участвовала воздушная армия, которой командовал генерал С. К. Горюнов. Для координации действий авиации прибыл представитель Ставки генерал С. А. Худяков. По его рекомендации заместителем Верховного Главнокомандующего было принято решение разграничить зоны действий и задачи наших объединений, 5-я воздушная армия должна была уничтожать окруженную группировку и вести борьбу с транспортной авиацией противника в районе окружения. 2-й воздушной армии предстояло действовать на внешнем фронте окружения, уничтожать немецко-фашистскую авиацию на аэродромах и в воздухе, не допуская пролета транспортных самолетов к Корсунь-Шевченковскому.

Вечером 2 февраля меня вызвал к телефону командующий фронтом Н. Ф. Ватутин.

- Положение на внешнем фронте окружения у нас ненадежное, - сказал он. Поблизости никаких резервов нет. Завтра авиация должна содействовать войскам в отражении контрудара и не допустить подхода танков к окруженной группировке. Одновременно необходимо прочно блокировать с воздуха окруженные войска. Прошу вас действовать с максимальным напряжением.

Было ясно, что обстановка обостряется.

От начальника разведки армии полковника Ф. С. Ларина мне стало известно, что севернее Умани обнаружена крупная группировка танков. Лишь в одной балке разведчики насчитали до сорока машин.

Я доложил командующему войсками фронта, что будут приняты все необходимые меры, чтобы разгромить врага ударами с воздуха.

На рассвете 3 февраля группа штурмовиков из 291, 264 и 227-й дивизий полковников А. Н. Витрука, Е. В. Клобукова и А. А. Ложечникова нанесла удары по вражеским танкам, сосредоточившимся для атаки. Застигнутые врасплох, они так и застыли чадящими факелами в оврагах под Гайсином и Христиновкой.

Пытаясь помочь своим окруженным войскам, немецко-фашистское командование продолжало посылать к Корсунь-Шевченковскому транспортные самолеты. Без истребительного прикрытия они становились легкой добычей наших летчиков. Только командир 10-го истребительного корпуса генерал-майор авиации М. М. Головня 3 февраля лично сбил два самолета Ю-52. Существенно пополнили свой боевой счет и другие летчики. Мастерски вели воздушные бои истребители 8-й гвардейской истребительной дивизии.

Наша авиация уничтожала вражеские самолеты не только в воздухе, но и на земле. В тот день нанесены были удары по аэродромам и посадочным площадкам в Умани, Корсунь-Шевченковском, Завадовке, Деренковце. К концу дня враг не досчитался восьмидесяти самолетов. Задача, поставленная командованием, была успешно решена. Вечером от Военного совета 1-го Украинского фронта поступила телеграмма:

"Командирам 10 иак Головня, 264 шад Клобукову, Ложечникову:

Военный совет 1-го Украинского фронта удовлетворен работой летчиков ваших частей по уничтожению транспортной авиации противника 3.2.44 г. Поздравляем с победой. Объявляем благодарность всему личному составу, участвовавшему в разгроме врага.