Покушения и инсценировки - От Ленина до Ельцина - Н Зенькович

- Ты обо мне еще услышишь! - бросил ей в ярости Ильин.

Неужели в отчаянии покончил с собой?

ЧЕГО НЕ УВИДЕЛИ ТЕЛЕЗРИТЕЛИ

Как только правительственный кортеж в сопровождении мотоциклистов приблизился к Боровицким воротам, раздались выстрелы. Чья-то фигура, пропустив первую сверкающую черным лаком "Чайку", метнулась ко второй, следовавшей в кавалькаде, и открыла огонь из двух пистолетов одновременно в упор по лобовому стеклу. Оно моментально покрылось паутиной трещин.

Это был классический террористический акт. Подобного на территории Кремля не случалось более четверти века, с шестого ноября сорок второго года, когда военнослужащий Красной Армии, дезертир, спрятавшись в Лобном месте, обстрелял машину наркома Микояна, полагая, очевидно, что в ней едет Сталин.

И вот новое, почти такое же происшествие.

Залитый кровью, бессильно обмяк на рулевом управлении водитель. Стрелявший не прекращал огня. Сидевшие в машине люди бросились под сиденье. Выстрелы продолжались. Позже установили, что он выпустил шестнадцать пуль.

Одна из них срикошетила и задела плечо сопровождавшего кортеж мотоциклиста. Превозмогая боль, он направил мотоцикл прямо на террориста и сбил его с ног. К упавшему бросились офицеры из "девятки" Ягодкин, Редкобородый. Преодолевая шоковое оцепенение, на террориста навалились милиционеры, заломили руки.

Стрелявший не сопротивлялся. У него внезапно закатились глаза, изо рта хлестнула белая пена. Сотрудники кремлевской охраны, к своему изумлению, узнали в бившемся в нервном припадке того самого сержанта милиции, который только что стоял на своем посту у Алмазного фонда.

Смертельно раненный водитель скончался в больнице на следующий день. Это был старший сержант Илья Жарков. В тот день он не должен был сидеть за рулем, так как ему уже была назначена пенсия. Ветеран пришел в гараж в последний раз, чтобы попрощаться с товарищами. Но, как на беду, не вышел на работу по болезни один из основных водителей, и начальник попросил Жаркова подменить его. Жарков с радостью согласился. Поездка стала для него роковой. Посмертно его наградили орденом Красного Знамени.

Узнав о страшной ошибке, стрелявший долго бился в истерике. Он полагал, что во второй "Чайке" находился Леонид Ильич Брежнев, которому и предназначались выпущенные пули.

Но в машине, по которой он открыл бешеный огонь сразу из двух пистолетов, сидели другие люди. Это были космонавты Береговой, внешне немного похожий на Брежнева, Николаев, Терешкова, а также сотрудник госбезопасности Романенко. Первые двое слегка пострадали: Береговому осколки стекла поранили лицо, Николаеву пуля по касательной задела спину. Его супруга Терешкова отделалась легким испугом.

Космонавт Андриан Николаев не потерял самообладания в экстремальной ситуации. Перехватив руль у раненого водителя, он припарковал машину к обочине.

ПОИСКИ БЕГЛЕЦА

Когда командир части Машков и замполит Мельник вернулись в военный городок, им доложили следующее.

Исчезновение помощника дежурного обнаружили еще утром, но до одиннадцати никому не докладывали. Предполагали, что Ильин находится на территории, спит гденибудь в укромном месте. И только когда дежурный по части старший лейтенант Козырев обнаружил пропажу ключей от оружейной комнаты и секретной части, возникло подозрение, что дело гораздо хуже, чем думали сначала.

Так и оказалось: открыв дубликатом ключа сейф, в котором хранилось табельное оружие офицеров штаба части, обнаружили отсутствие двух пистолетов Макарова. Один из них принадлежал Ильину, второй - другому офицеру, который из части не уходил. Не хватало и четырех полных обойм. И тогда дежурный сообщил о происшествии оставшемуся за старшего заместителю командира части Маргаритову.

- Каким образом ключи оказались у Ильина? - сердито спросил Машков у старшего лейтенанта Козырева.

- Наверное, в тот момент, когда я отлучился позавтракать, - произнес упавшим голосом побледневший дежурный. - Это было в 7.20 утра. Ильин оставался на дежурстве.

Мысль о самоубийстве секретчика - первое, что пришло в голову одновременно всем офицерам. Зная его неуравновешенный, капризный характер, странности и чудачества, учитывая осложнение отношений с любимой девушкой Наташей, они вполне допускали такой исход. Иначе зачем оружие?

Еще до приезда командира стало ясно, что если Ильин и в самом деле задумал свести счеты с жизнью, то не на территории части. Опрошенный наряд на проходной доложил: помощник дежурного младший лейтенант Ильин проследовал через ворота в направлении кухни. Во сколько? Примерно без четверти восемь. Он остановился возле старшего наряда, сержанта, и сказал, что идет на кухню снимать пробу с завтрака. Это входит в обязанности дежурного офицера, и потому ни у кого не вызвало вопросов. Однако на кухне утверждали, что Ильин у них не появлялся. На проходной тоже не могли припомнить, возвращался ли он обратно. Помощник дежурного словно в воздухе растаял.

Вернувшись в военный городок, командир части предпринял энергичные действия по розыску пропавшего офицера. Машков немедленно сформировал две поисковые группы. Одной поставил задачу действовать в Ломоносове и окрестностях, второй, которую возглавил сам, - ехать на задержание беглеца к нему домой.

Ильин проживал с матерью и бабушкой в Ленинграде, в трехкомнатной квартире на Васильевском острове, на Наличной улице. Оттуда он каждый день ездил на службу в Ломоносов.

Командирский "газик" с несколькими офицерами тормознул у дома беглеца. Подошли к нужной квартире. Прежде чем нажать кнопку дверного звонка, Машков шепотом скомандовал:

- Приготовить оружие!

Эта мера предосторожности была не лишней. Кто знает, что ждало бы группу захвата, окажись беглец дома с двумя пистолетами и четырьмя обоймами.

Офицеры послушно сняли оружие с предохранителей. Машков позвонил. Дверь открыла мать Ильина. Готовые к любым неожиданностям, о которых они говорили по дороге, офицеры ворвались в квартиру, действуя по согласованному плану.

Однако группу захвата ждало разочарование: Ильина дома не оказалось. Как ушел на дежурство вечером двадцатого, так с тех пор не появлялся. Нет, не звонил.

Беглый осмотр комнат неожиданно оказался удачным. Младший лейтенант Баранов случайно взял в руки тетрадку, лежавшую на столе. Она открылась как раз на нужном месте - посередине. Там была такая вот запись: "Узнать, когда рейс на Москву. Если летят, брать. Идти на дежурство. Все уничтожить".

Оставив в квартире нескольких офицеров, Машков с остальной частью группы помчался в аэропорт.

Узнать, брал ли Ильин билет на Москву, особого труда не составляло. В аэропорту подтвердили: брал. Но это вовсе не означало, что улетел. Решили дождаться возвращения самолета, на который беглец взял билет. Самолет прибыл обратно вечером двадцать первого. Стюардесса вспоминала: на борту было много спортсменов из ГДР, человек пятьдесят. Военные? Да, были. У одного две большие звезды на погонах, он постарше. А второй совсем мальчишка, и звездочка у него одна - малюсенькая, сиротливая. "Чернявенький такой, на цыгана похож?" - "Точно, он", - подтвердила стюардесса.

Офицеры из группы захвата доложили командиру о результатах беседы с симпатичной стюардессой. Сомнений быть не могло - Виктор Ильин улетел на Москву. Кто-то из его сослуживцев, вспомнив запись в дневнике "если летят... брать", высказал предположение: не о космонавтах ли идет речь? Накануне по радио было сообщено о предстоявшей их торжественной встрече.

О возникших подозрениях в связи с исчезновением из части младшего лейтенанта Ильина было доложено в областное управление КГБ. Информацией о вооруженном беглеце занялись те, кто занимались подобными делами профессионально.

СУМАСШЕДШЕЕ ВЕЗЕНИЕ

Бившегося в истерике террориста в милицейской форме, расстрелявшего две обоймы по правительственной "Чайке" с космонавтами, скрутили, сунули под нос нашатырь, быстро затолкали в подоспевшую "Волгу" и увезли с места происшествия. Прямиком в Лефортово.

Начались допросы. Задержанный не темнил, подробно рассказывал о себе.

Фамилия - Ильин, имя и отчество - Виктор Иванович. 1948 года рождения. Русский. Окончил Ленинградский топографический техникум. Служил в Ломоносове под Ленинградом. Воинское звание - младший лейтенант. Утром двадцать первого января самовольно оставил воинскую часть, похитив два пистолета с четырьмя полными обоймами, и прилетел в Москву, чтобы осуществить задуманный террористический акт в отношении Генерального секретаря ЦК КПСС Леонида Ильича Брежнева.

Следователи были потрясены. Нет, не тем, что после устранения Брежнева Ильин собирался, по его словам, занять кресло генсека и создать свою партию - некоммунистическую. Изумление вызывала технология покушения, то, что ни на одном этапе, кроме, разумеется, завершающего, исполнитель теракта не был задержан. Какое-то фантастическое, сумасшедшее везение!