С/С том 29. Никто ничего не заподозрит. Спокойной ночи. Игра в гольф - Джеймс Чейз

Я подошел к окну и увидел, как они втолкнули Гленду в старый «шевроле», и машина, отъехала. Я сел. Мне казалось, что меня опять преследуют кошмары. Я ожидал с нетерпением пробуждения, чтобы обнаружить, что ничего не произошло и все это жуткий сон. Часы пробили одиннадцать. Телевизор Лебсона внезапно смолк. Кроме отдаленного шума машин, ничего не было слышно. Сидя неподвижно, я должен был признать, что это не кошмар. Я слышал в ушах вибрирующий голос Гленды: «Какое тебе дело до того, что банк будет ограблен?»

Я думал о Фаррелле Браннигане и обо всем, что он сделал для меня, вспоминал слова Диксона: «Бранниган ведет себя безжалостно с теми, кто совершил проступки. Это принципиальный человек». Если я расскажу ему свою историю о шантаже, он не будет испытывать ко мне никакой жалости.

Моей первой реакцией было пойти к нему, но, поразмышляв, я понял, что он обойдется со мной также, как и с Клаусом сорок лет назад. Я с трудом верил в то, что Клаус может приказать убить Гленду, но я думал, что ведь убил же он ее мужа. Его угрозы могут стать реальностью и это было невыносимо.

«Тебе достаточно сказать, как это сделать, и мы свободны».

Я мог уступить шантажу Клауса и дать ему возможность проникнуть в банк. Я думал об этом. Бранниган, Алек Мансон и я — единственные, кто знал систему безопасности. Если Клаусу удастся ограбление, полиция займется только нами тремя. Бранниган будет вне подозрения, останется лишь проверить меня и Мансона. Бранниган никогда бы не доверил управление банка Мансону, если бы не был в нем совершенно уверен. Полиция проведет расследование в отношении его и обнаружит, что он ничем не интересуется, кроме своей работы. Тогда они займутся мной. Именно я спроектировал и установил систему безопасности. Я знал лучше чем Мансон действие всей электроники. Эта установка была настолько эффективной, что ни один грабитель не мог проникнуть в банк, если он не обладал специальной информацией, а эту информацию он мог получить только от нас троих. Бранниган и Мансон вне подозрений, следовательно, я подозреваемый номер один.

Клаус угрожал мне приговором на пожизненное заключение за убийство Марша. По словам Гленды, он обещал убить и ее, повесив это убийство на меня, если я откажусь сотрудничать с ним. Но если я соглашусь, я рискую расколоться, когда полиция будет меня допрашивать, и буду все равно приговорен к длительному заключению. Должно же быть средство выкрутиться из этой ловушки. У меня шесть дней. Шесть дней, чтобы найти выход.

Наступил понедельник.

Груда бумаг громоздилась на моем столе. Телефон не переставая звонил. Билл Диксон сообщил из Сан-Франциско последние детали нашей сделки.

— Это дело нашей жизни, Ларри, — возбужденно говорил он. — Они согласились на все. Мы действительно выходим на широкую дорогу.

Я слушал, делал пометки, соглашался взять на себя часть работы, потом повесил трубку. Перегруженный работой, я даже не думал о Клаусе, но мысли об этом шевелились в подсознании, готовые вновь всплыть на поверхность, как только у меня появится свободная минута.

Мэри Олдам, моя секретарша, личность неопределенного возраста, просунула голову в приоткрытую дверь.

— Шериф Томсон желает с вами поговорить, мистер Лукас.

Я с тревогой смотрел на входящего в кабинет Томсона.

— Привет, гражданин, — сказал он. — Служебное дело. У вас своя работа, у меня своя, но наши дела прежде всего.

— Хорошо, Джо, не будем терять времени. В чем дело?

Телефон снова зазвонил, и я взял трубку. Это был наш заказчик. Поговорив несколько минут, я посоветовал ему обратиться к Биллу Диксону и повесил трубку.

— В чем дело, дело? — спросил я нетерпеливо.

— В Гленде Марш, — ответил Томсон. — Она уехала и она лгунья.

— Что это означает и в какой степени это касается меня?

Мне удалось выдержать его изучающий взгляд.

— Эта женщина приехала делать репортаж для «Инвестера», не так ли?

— Да, она мне так и сказала.

— Мне она сказала то же самое. Она копалась здесь, делала снимки, а потом назначила встречу со мной, чтобы сфотографировать тюрьму, но не пришла и уехала из Шарнвилля. — Вытащив из кармана рубашки пачку смятых сигарет, он достал одну и закурил. — «Инвестер» солидный журнал, поэтому я подумал, почему эта женщина уехала так внезапно. Я позвонил туда и мне ответили, что не знают ее и что они никогда не пользуются услугами свободных фотографов. Что вы об этом думаете.

— Послушайте, Джо, у меня по горло работы. По-моему, но мне откровенно наплевать на это, дело связано вот с чем. Многие свободные журналисты работают подобным образом. Они говорят, что работают на известный журнал или газету и берут интервью. Затем они пытаются это куда-то поместить. Это обычное явление.

Томсон наклонился вперед, чтобы стряхнуть пепел сигареты в мою пепельницу.

— Да, возможно. — Он погасил сигарету и добавил: — Я шериф в Шарнвилле. Моя работа заключается в том, чтобы защищать город. В Шарнвилле находится самый надежный банк в мире и в нем очень много богатых людей держат деньги. Я должен заботиться о их безопасности и банка. За это мне и платят деньги. В данном случае приезжает какая-то женщина, делает снимки, разговаривает с богатыми людьми. Все ее принимают за корреспондента журнала и, потому что это солидный журнал, ей рассказывает о том, что она хочет. Я же, когда заметил, что она врет, я вошел в контакт с некоторыми нашими богатыми людьми и узнал, что они хвастались этой женщине, что положили много денег в Национальный Калифорнийский банк. — Он скривился. — Возьмите человека, у которого много денег, выпейте с ним по стаканчику… Прекрасная девочка, и он начинает все ей рассказывать. — Его маленькие глазки были как гранит. — Когда вы с ней встречались, она спрашивала вас о системе безопасности в банке?

Я ответил непроницаемо:

— Кет, но она меня попросила замолвить словечко Мансону и я это сделал.

— Я знаю. Я уже видел Мансона. — Он не сводил с меня глаз. — Значит, она не спрашивала вас о системе безопасности? Вы же знаете об этом намного больше Мансона.

— Несомненно.

Телефон снова зазвонил и позволил мне перевести дух. Это был Диксон, которому были нужны сведения об одной машине, которую я заказал. Чтобы выиграть время, я дал ему все точные размеры и рассказал о принципе действия этой машины.

Томсон, не шевелясь, следил за мной. Закончив разговор с Биллом, я сказал:

— Послушайте, Джо, вы видите, что у меня работы по горло. Миссис Марш не задавала мне никаких вопросов о системе безопасности банка. Это все, что вы хотели знать?

— В какой степени система безопасности надежна? — Шериф не показывал ни малейшего намерения уходить. — Настолько надежна, насколько вообще это может быть? Представьте, что банда грабителей надумала забраться в него. Как вы думаете, удастся им это сделать?

Тема разговора становилась опасной. Нельзя себя компрометировать. У Клауса есть возможность заставить меня дать ему необходимые сведения, чтобы проникнуть в банк.

— Не более одного шанса из ста.

— Да? — Томсон снова стряхнул пепел. — По словам Мансона, нет ни малейшего шанса. Он считает, что банк надежен на сто процентов.

— Вы меня ставите в неловкое положение, Джо. Вам Мансон говорил, что я сам устанавливал эту систему?

— Он заявил, что убежден, что никто не сможет забраться в банк. Это все, что он сказал.

— Он прав до некоторой степени, но всегда существует возможность, которую никто не сможет предвидеть.

— Послушайте меня, гражданин. Я уже три года, как выбран здесь шерифом. Я предвижу все, что может случиться. Я прогоню нежелательных лиц и у меня прекрасные подчиненные. Именно поэтому уровень преступности в городе самый низкий в штате. Я хочу, чтобы так продолжалось и дальше. Эта девица Марш меня беспокоит. Она может быть из банды, которая нацелилась на ваш банк. Я этого не буду утверждать, но это не невозможно. И имено я должен приглядывать за такими людьми. Она изо всех сил хотела получить от Мансона сведения о системе безопасности, но это ей не удалось. Однако это не означает, что банда, если она существует, откажется от своих планов. Предположите, что банк будет атакован, и я не буду избран на следующий срок. Я потеряю свой кусок хлеба. Понятно?

— На мой взгляд, вам просто нечего делать, Джо, — сказал я. — Я полностью понимаю ответственность и ситуацию, в которой вы находитесь, но байк нельзя было сделать более надежным.

— Это же самое говорил и Мансон. Но, по вашим словам, он надежен на девяносто девять процентов. Что же это за единственная возможность?

— Я не знаю. У гения может появиться гениальная идея. Нужно всегда иметь в виду что-то непредвиденное.

Он погасил окурок и зажег другую сигарету.

— Да, это так. Систему безопасности знают только Мансон и вы… Да?