Упасть в небо - Надежда Кузьмина

«Вспомни, как сама в обморок шлёпалась, килька-недомерок! Ага, понял! Где б попробовать? На Луну — далеко…»

В первый раз, сколько его знаю, ему кажется трудным открыть портал… ох.

«О! Давай сгоняем Мраком в трактир за пирогами?»

«Ага», — обрадовалась я.

«Держаться будешь руками, морок делать сама».

Ладно, я могу, мне не сложно. Сейчас Асу скажу, что ненадолго улетаю, и готова.

Шон умял пирогов на целых три серебрушки. И выпил полбочонка вересковой медовухи. А попутно выяснил, что я права и яркость сигнала зависит от того, как повернуть руку. Это было и хорошо, и не очень. Потому что первой возникла интересная мысль: «А мимо чего драконы уже просвистели, не заметив?»

Выходило, что есть смысл сделать большой-пребольшой, возможно, ажурный, шар и летать сначала с ним. Чтобы посмотреть, есть тут что искать в принципе или можно не париться?

Шон остался на ночь у нас с Бритой. Добрая подружка не протестовала. Больше того, заострившийся нос учителя пробудил в ней то ли материнский, то ли сестринский инстинкт — Брита извлекла из шкафа нашу заначку — ореховый пирог с мёдом, заставила меня заварить свежую тайру с шиповником и малиной, и стала кормить Шона чуть не с ложечки. Тот всё предложенное покладисто поглотил. Потом зевнул, брыкнулся, сбрасывая сапоги, и пополз по моей кровати к стенке, на обычное место. Натянул на уши одеяло и отрубился. Я пожала плечами, взяла зубную щётку с расчёской и пошла умываться на ночь.

Ага, герцоги живут так — работают до изнеможения, а потом падают где попало.

Ночью мне опять снились шахматы. Я героически сражалась, разменяв пару пешек и одного из рыцарей. Брезжила смутная надежда провести одну из выживших пешек в королевы. А если нет — то мой противник, кем бы он ни был, — дорого за это «нет» заплатит.

Утром Шона уже не было. Я погладила пальцами амулет на шее и, взяв полотенце, побежала умываться.

Вообще, меня вполне устраивало настоящее. Удивительно, но несмотря на то, что с декабрьских событий прошло уже четыре месяца, и на эскападу Кая, в школе никто так и не просёк, что я — герцогиня Сайгирн. Хотя, может, всем это просто было по барабану. Я уже поняла, что маги не склонны заморачиваться с титулами и званиями.

Вот только выходить за стены «Нарвала» нам с Асом по-прежнему было нельзя. Я попыталась спросить разрешения у Шона, но тот покачал головой. Сказал, что следить за нами ему сейчас некогда, а наша собственная магия пока недостаточно сильна. Подрастём — наберёмся сил — ещё нагуляемся.

А гулять хотелось… Кир, Зак, Бри, Лив каждое воскресенье убегали на ярмарку, а потом Бри рассказывала мне, как у неё замирало сердце, когда она крутилась с Заком на каруселях. Быстро-быстро, и кажется, что ещё чуть-чуть — и улетишь в небеса! Мне тоже так хотелось. И карусели, и кукольный театр, и самой выбрать себе пряник или новую ленту для волос… Ас, похоже, тоже искал путь вырваться на свободу… Например, намедни он рассказал, что они с Бредли экспериментировали — Ас поставил на чучело свой щит, а Борин бил. Так оказалось, что мечом щит уже не разрубить и не пропороть! Даже с размаха. Хотя — и тут до успеха было ещё далеко — выстрел из арбалета защита Аса не держала.

Но я-то сильнее, и заметно! И мы научились складывать наши щиты. А если накрутить что-нибудь из того, что показывал Шон — вроде пчелиных сот — так ещё прочнее выйдет!

Да и, в конце концов, мы же умеем творить не только щиты! Почему нельзя выйти наружу, прикрывшись мороками? На себя не похожими? Ну, ясно, преподаватели нас засекли сразу бы. Другие сильные маги тоже. Но вряд ли сильные маги служат Хашургу? Выходит, личина со щитом должна обеспечить безопасность.

Ас, с которым я всё это обсуждала, пока мы ездили бок о бок верхом, обещал найти выход.

Я его поцеловала — насколько же он умнее и увереннее меня!

Я не думала, не знала, предположить не могла, что так выйдет.

В пятницу я, как замыслила заранее, — чуть отстав от Аса и не сказав тому ни слова — прыгнула в Ларран. И в прекрасном настроении отправилась в лабораторию — сначала Шон, который сегодня занимался накопившимися делами в Ларране, обещал нам с Ри устроить тест по распознаванию разных веществ, а потом нас ждала жутко интересная глава о ядовитых грибах эльфийских лесов.

Время пролетело как один миг. Магическое зрение наконец-то перешло на следующий уровень. Я была потрясена, когда воочию — пусть пока с некоторой помощью Шона — убедилась в том, о чём раньше лишь слышала, — что в основе всего мироздания лежат всего несколько видов мелкоскопических частиц-кирпичиков. И что железо отличается от меди или, скажем, от кислорода только их количеством. Докопавшись и рассмотрев, я тут же полезла в разглядываемый мной свинец с драконьими нитями — и получила от Шона по рукам:

— И думать не смей! Пообещай, что без меня ты в это дело соваться не станешь! Это реакции, связанные с такими выбросами энергии, что взрыв алтаря над горами рядом с ними — детская хлопушка. Теорию я тебе объясню, но делиться ты ею не будешь даже с женихом, поняла? Это — запретное знание. И у тебя контролировать такое пока не хватит силёнок.

А зачем же он мне тогда это рассказал?

— Затем, что, зная тебя, уверен: года не прошло бы, как ты докопалась бы сама. И взлетела бы на воздух вместе со всей школой. Когда накачаешь резерв побольше — сгоняем на Луну, покажу, как и что нужно делать для безопасной ядерной трансмутации и как скидывать избыток энергии в магическое поле.

Стоящая рядом Ри серьёзно кивнула, подтверждая слова Шона.

Вообще, я поняла, что как у нас с Тин была семейная книга с уникальным арсеналом заклинаний, так и у семьи тер Калариан имелись свои фамильные тайны. И много… Сейчас меня допустили к одной из них, и я собиралась оправдать доверие, чего бы это ни стоило.

— Так, мне нужно отойти. Занимайтесь ядами, но, — погрозил пальцем Ринон, — не пытайтесь синтезировать! А то нахимичите!

Мы с Ри переглянулись и хихикнули.

Закончив работу, я побежала в секретариат. По дороге, сглатывая смешки и представляя реакцию Аса, когда неожиданно появлюсь перед ним из воздуха, прикрылась невидимостью и спрятала ауру. Взлетела по винтовой лестнице, ведущей из подвала на второй этаж… и, споткнувшись, застыла в арке прохода.

У окна, там, где коридор поворачивал под прямым углом, на широком подоконнике сидели друг напротив друга двое. Аскани был повёрнут ко мне лицом, а его спутницу, пристроившуюся боком, как в дамском седле, я узнала не сразу. Первым, что бросилось в глаза, был плащ густых блестящих волос цвета гречишного мёда, падавший почти до колен. Локоны, перевитые жемчужными нитями, текли золотистыми реками и словно сияли собственным светом. До чего же красиво… Как и подол длинного зелёного платья, расшитый шёлком…