Тёмные дни (СИ) - Михайлова Екатерина

— Возможно, то, что вы ищете, находится вовсе не на самих створках Врат. Вспомните дверь в Водное Хранилище в Утегате. Она открывается секретным рычагом в стене. Здесь может быть нечто похожее. Надо осмотреть прилегающие горы.

Корт счёл это возможным. Так или иначе, к этому моменту они находились в таком положении, что Корт был рад любой идее. Вместе с Гвирном они принялись изучать часть горы, куда были врезаны Врата.

Но и там не нашли ничего похожего на замок. Корт слышал ропот атлургов и видел мрачные лица Кангов. Пока они сдерживали своих людей, но с каждой минутой толпа напирала всё сильнее. Люди, только сошедшие с тропы, продолжали заполнять долину. И каждый из них хотел знать, а лучше видеть, что происходит.

Корт отошёл от Врат, чтобы посмотреть на них с расстояния. Он силился понять логику детей Канора. Но таинственный, полулегендарный народ отстоял от современных людей настолько далеко в веках, что Корт просто не мог предположить ни каким способом, ни зачем они могли запирать Врата в свой Город.

Мог ли он что-то упустить? Может быть, какие-то свитки, ещё загадки или знамения? С расстояния гигантское сооружение подавляло, но не давало никаких ответов. За полчаса они досконально исследовали всю доступную поверхность створок и горы рядом, но ничего не обнаружили. Может, Дети Канора были великанами и «замочная скважина», которую они ищут, находится так высоко, что они не могут достать? Или же, наоборот…

Корт приблизился к Вратам и опустился на корточки. Пальцами он провёл по земле, точнее по отполированному десятками тысяч ног камню. И неожиданно нащупал неглубокую выемку как раз в том месте, где створки Врат смыкались.

— Кажется, я что-то нашёл! — повысил голос Корт, чтобы привлечь к себе внимание.

Юта, Джар и Гвирн опустились на корточки возле ругата. Корт указал на почти неразличимое взглядом углубление в камне. Юта ощупала его тонкими пальцами.

— По форме подходит! — выдохнула жрица, глядя взволнованными блестящими глазами на Корта.

Он незаметно перевёл дыхание: кто лучше Юты может знать форму её кулона и подойдёт ли он сюда?

— Думаю, мы нашли то, что искали, — объявил Гвирн громко, поднявшись на ноги. — Юта, попробуй открыть. Отойдите! — скомандовал он остальным.

Атлурги и Джар послушались. Юта осталась сидеть под Вратами одна. Повинуясь невидимой эмпатической связи, которую Корт подозревал у атлургов, толпа разом стихла. Девушка взглянула на Корта огромными испуганными глазами и сняла кулон с шеи. Её руки чуть подрагивали. Юта поднесла кулон к выемке и вложила внутрь.

Вокруг было абсолютно тихо. Корт буквально кожей ощущал нетерпение атлургов и дрожь девушки. Многотысячная толпа ждала, затаив дыхание. Секунды тянулись за секундами. Ничего не происходило.

В абсолютной тишине — можно было расслышать шум собственной крови в ушах — Корт сделал шаг, затем ещё и ещё. Каждый его шаг отдавался эхом в долине. Казалось, вся огромная толпа наблюдает за ним. Корт подошёл к Юте и опустился рядом. Его широкая ладонь накрыла руку девушки. Юта благодарно посмотрела на него и слегка перевела дыхание.

— Может, я должна что-то сказать? Ну знаешь, какие-нибудь ритуальные слова? Или сделать что-то? — прерывающимся от волнения голосом зашептала Юта.

— Этого мы не знаем и уже не узнаем, — ответил Корт. — Не нервничай, у тебя получится.

Юта вынула кулон из углубления. Ледяными пальцами она перевернула его другой стороной.

— Вместе, — так тихо, что могли услышать лишь они двое, сказал Корт.

Юта кивнула и снова вставила кулон в замок. Корт почувствовал, как напряглись пальцы девушки. Она с силой вдавливала подвеску в углубление, переводя взгляд с неё на створки Врат. Секунды тянулись. Ничего не происходило. Юта вынула кулон и снова вставила другой стороной. Ничего. Юта повторяла действие снова и снова, будто боялась остановиться и взглянуть правде в глаза.

Корт ничего не говорил. Он уже понял, что это бесполезно, но трусливо молчал, боясь сказать об этом Юте. Наконец девушка остановилась и лихорадочно втянула в себя воздух, словно захлёбывалась.

— Я… я не знаю. Я не могу… — Её губы дрожали. Юта подняла на Корта огромные от волнения и страха глаза.

— Что за чертовщина? Почему Врата не открываются?! — заговорил Улгерн. Атлурги снова начали переговариваться. Тревожный гул стоял за спиной, словно шум ветра перед штормом.

Корт скрипнул зубами и отнял их руки от углубления. Он слегка согнул пальцы, пряча руку Юты в своей ладони. И повысил голос:

— Жрице Амальрис нужен отдых. Она устала и истощена переходом. Мы попробуем ещё раз позже.

Несколько Кангов во главе с Улгерном начали возмущаться, но неожиданно Гвирн встал перед сидящими Ютой и Кортом, закрыв их собой.

— Вы слышали, — повторил он с нажимом, — жрица устала, ей нужен отдых. К тому же начинает темнеть. Разобьём лагерь, а позже подумаем, что делать. — И, понизив голос, добавил: — прошу, уведите людей. Юте нужно уединение.

Канги были недовольны результатом. Некоторые из них гневались и продолжали ругаться, но просьбу выполнили. Приказ был передан, и их люди понемногу оттеснили толпу.

Корт, Юта, Джар и Гвирн остались одни. Юта подняла на Корта взгляд, полный отчаяния.

— Корт, я не понимаю. Почему ничего не выходит?

И тут же повернулась к Джару:

— Разве я не должна открыть Город Богов? Может, из-за того, что я не прошла посвящение, я не считаюсь настоящей жрицей?

Джар мотнул головой:

— Посвящение — лишь формальность. Способ передать знания следующему поколению. Ты — жрица по крови. Ты была ею с самого рождения.

— Но тогда почему?! — воскликнула Юта, обращаясь ко всем сразу и ни к кому в отдельности.

— Кровь… — задумчиво протянул Гвирн. — Может быть, дело в крови. Могу я взглянуть на твой кулон?

Юта неуверенно протянула его Гвирну. Правитель Утегата повертел вещь тонкими пальцами. Видеть подвеску в чужих руках было неприятно, почти физически больно. Как будто Юта отдала чужому, безразличному человеку своего ребёнка.

— Здесь изображена капля, — констатировал Гвирн, отдавая подвеску владелице. — Ты сказал: то, что она жрица — в её крови, — обернулся Гвирн к Джару.

Тот кивнул.

— Может, в этом ответ? Почему твой кулон изображает каплю? — снова обратился он к Юте. — Может, ты должна капнуть на ключ кровью?

Глаза Юты моментально вспыхнули. В них зажёгся свет надежды.

— Я попробую, — тут же ответила она. — Корт, дай свой нож.

Ругат немного помедлил, но достал из-за пояса длинный прямой клинок. Не медля ни секунды, Юта порезала указательный палец. Кровь обильно закапала на землю. Корт нахмурился. Юта щедро смочила кровью подвеску и направилась к «замку». Она вложила кулон в углубление, как уже делала до этого. Мужчины за её спиной затаили дыхание. Они ждали достаточно долго, но ничего так и не произошло.

Юта закусила губу. Её пальцы непрерывно подрагивали.

— Дайте воды, — проговорила она сорвавшимся от волнения голосом.

Трое мужчин поняли её без слов. Нет, жрица не хотела напиться или промыть порез на пальце. Они подумали об этом одновременно. Если капля на кулоне не означает кровь, то, может, означает воду? Ведь капля в сложенных ладонях выглядит, словно живая капля воды — вот — вот дрогнет и прольётся.

Гвирн сходил за баклажкой. Юта окрапила кулон водой. Взглянув на Корта и глубоко вдохнув, она снова, уже, наверное, в двадцатый раз, вложила «ключ» в углубление.

Некоторое время все ждали. Сердце Юты колотилось неистово, будто она сорвалась с обрыва и не может остановить падения. Голова кружилась. Казалось, вот-вот она услышит, как дрогнул тысячелетний камень, и створки Врат поползут в стороны.

Но камень Врат оставался безмолвен. Город Богов не желал открывать своих тайн. Вход в Канор остался запечатан. Город был неприступен.

Юта вынула подвеску из углубления и осталась сидеть, не шевелясь и не поднимая головы. Мужчины хмурились и молчали. Все они понимали, что это означает.