Хьюстон, 2015: Мисс Неопределённость (ЛП) - Майк Мак-Кай

— Нет. В наше время уже не популярно.

— А что – популярно? «Харри Поттер и Всякая Волшебная Хрень»? Короче, в «Робинзоне» сюжет такой: мужик попал в кораблекрушение. Один на острове, но припасов – завались: оружие, плотницкие инструменты, зерно, и так далее. Прожил двадцать восемь лет – спасли. Хэппи-энд.

— Ну, помню. Кино есть, правда старое. Такое только в три часа утра показывают, чтобы канал не пустовал.

— У Крузо был прообраз. Боцман Александр Селькирк. Только он прожил на острове всего четыре года и четыре месяца. Под конец, совсем одичал. Я к тому, одиночка-выживатель, хорошо спрятавшись в горах, сойдёт с ума очень даже быстро. И неважно, сколько у него припасов.

— Но Робинзон Крузо прожил как-то двадцать восемь лет?

— Только в книге. Причём, у него был друг – Пятница. А вот ещё было, в самоизоляцию уходили семьями. В Австралии обнаружили культ – сорок человек, сидевших в горах четыре поколения. В России нашли семью Лыковых[141]. Отец, мать, два сына и две дочери. Они прожили в тайге сорок лет, причём бoльшую часть – в условиях каменного века.

— Но они всё-таки выжили.

— Я сказала не «выжили», а «прожили». Выжить – это оставить жизнеспособное и приспособленное к среде обитания потомство. Любой идиот может уйти в лес, дожить там до относительной старости и сдохнуть. Уйти в лес, нарожать дебилов и опять-таки сдохнуть – несколько сложнее, но тоже не высшая математика. Добиться, чтобы в лесу выросло хотя бы три жизнеспособных поколения – вот где высший пилотаж. Внуки того австралийского культа в горах – все получились уроды, некоторые даже говорить не умели. А детишки из четвёртого поколения – бегали голые, как дикие звери. Про имбренную депрессию – слыхала?

— Близкородственные браки? От которых получаются идиоты?

— Они самые. Тебе вот тринадцать. Сколько в Воскресной Школе тринадцатилетних?

— Двое. Франклин и я.

— Значит, ты замуж пойдёшь – за Франклина?

— За Франклина? Я что – с крыши грохнулась?

— А за кого тогда? У тебя – разве есть выбор?

— У меня вопрос выйти замуж остро не стоИт.

— А я думаю: стоИт. Вот моя Триш. Сейчас она весёлая двухлетняя девчонка. Что у неё будет через пятнадцать лет? Начальное образование – четыре класса. Это только если миссис Дженкинс от нас не сбежит. Воскресная Школа не поможет. К семнадцати годам, Триш разучится писáть. Читать вероятно будет, но только Библию.

— Это ещё не каменный век.

— Ну ладно, Триш можно считать средневековой пейзанкой. Не испорченной лишним образованием, но приспособленной к условиям средне-раннего средневековья и жизни на ферме. А дочь Триш? А внучка – от близкородственного брака? Через пятьдесят лет – тут не будет никакой молочной фермы. Запущенный огород, руины коровника, – и дебилы. Гы-ы-ы.

— А я вот смотрела по телевизору про Амишей[142]. Они живут в полной изоляции – и нормально?

— С чего ты взяла, Амиши живут в полной изоляции?

— По телевизору так сказали.

— Больше слушай. Как пастора Сандерса! По телевизору показывали самокаты и тележки с лошадками, так?

— Так.

— Резиновые шины – откуда? Или ты считаешь, у Амишей есть секретный, подземный – нефтехимический завод? Ничего они не живут в изоляции. По телевизору говорили, Амишей в Америке уже больше трёхсот тысяч?

— Ты сказала: триста тысяч? Я не знала, что так много. А сколько, по-твоему, надо людей, чтобы не наступила деградация?

— Чёрт его знает. Может сто тысяч, а может – миллион. Но точно не сто сорок человек, как у нас. Из этого следует: либо через год-другой пастор Сандерс и мой папашка поумнеют и примутся налаживать контакты с окружающим миром, либо…

— Либо – что?

Хейзел победоносно щёлкает последней оставшейся прищепкой, — Либо Кормак и я – сбежим отсюда ко всем чертям!

— Натали! Натали-и-и! Картошка где? — кричит миссис Паттон из летней кухни.

— Щас несу, мэм!

Негритёнок Джим мчится под навес. Соф уже выгрузила масло, и её охранник Арчи – слизывает порцию сливок со своего блюдечка. От распирающей вежливости, кот урчит почти как трактор.

Где-то вдалеке гремят колокольчики – коровки-энтузиастки спешат домой.[143]

Глава 24. Э. Смайлс, средний американец.

<Для служебного пользования>

По результатам дешифровки радиоперехвата «Объект S-TX-1601181» 17:32 CST 06/29/2016 докладываю[144]:

(1) Дешифровка завершена (текст см. вложение #1).

(2) Сообщение зашифровано алгоритмом средней криптостойкости, предположительно программным обеспечением OpenPGP. Текст представляет собой набор коротких сообщений электронной почты, в формате (предположительно): <адрес><заголовок><сообщение>.

(3) Сообщению предшествовала серия позывных и короткий радиообмен, переданные телеграфом, международным кодом Морзе, открытым текстом. Судя по почерку и позывным, ключом работал Ричард (Рик) «Искра» Шейбнер, радист-любитель (ориентировка см. вложение #2).

(4) Содержание сообщений в радиоперехвате классифицирует источник как частную радиостанцию без лицензии. Угрозы для национальной безопасности не представляет.

(5) Командование рекомендует оперативную разработку по «Объект S-TX-1601181» – прекратить. По факту работы нелицензированного приёмопередатчика направить запрос в офис Шерифа графства Джостер, Техас.

Лт-коммандер Гейтс Ф

NSA, 11:32 CST 09/02/2016

Больше всего на свете пастор Сандерс боялся беженцев. Набегут – и всё пропало. Произнося слово «беженцы», он всегда упирал огненный взгляд в дальний конец церкви, где сжавшись, чтобы не привлекать лишнего внимания, сидели каждое воскресенье Нэт, Соф и я. Предсказания пастора всё не сбывались: кроме нас пока никого не «набежало», только у соседа Трэвиса приехал сын, с женой и шумным выводком ребятишек. Кроме нарушавших послеобеденную сиесту подростковых забав, катастрофы не произошло. Ещё пастор почему-то ненавидел радиосвязь. Слово «радио» гремело эхом под потолком церкви, а пастор прожигал глазами сжавшихся в уголке Кормака Дулиттла и Бенджамина Кроули. Новоиспечённые радиолюбители старались казаться маленькими и незаметными, почти как Нэт и Соф на задних скамейках.

В середине августа, в одно прекрасное утро, заместо беженцев на фермы нагрянула Национальная Гвардия. Из армейских грузовиков высадились усталые солдатики, пропылённые и потные. Пастор и всё дееспособное взрослое население вышли навстречу с винтовками и ружьями. Здесь частная собственность, джентльмены; проваливайте. Демонстрация вызвала у нацгвардейцев лёгкую зевоту. Из полицейской машины выкатился депьюти в синей форме. Жертва пончиков с повидлом принялся гавкать в микрофон, мол имеется судебный ордер, а вооружённое сопротивление властям есть дело подсудное. Я на вашей стороне, сказал блюститель, и хочу уладить дельце без пальбы. У нацгвардейцев есть приказ открывать огонь на поражение. Фермеры плюнули и разошлись, а орущему в истерике пастору полицейские от греха подальше надели наручники.

При наличии храбрости (её у нас навалом) и умения (тут несколько хуже), вы можете устроить великолепную перестрелку с бандой мародёров. Бандитов, если повезёт, можно всех перестрелять и тихонько закопать на три ярда [2,7 метра] в землю. Но воевать с полицией и армией – бесполезно, даже если у вас – временно численное превосходство. Во-первых, всю Национальную Гвардию – не перестреляешь. Патронов не хватит. Во-вторых, не дадут они себя перестрелять. На крышах «Хамви»[145] – крупнокалиберные пулемёты. В бронированных внутренностях наверняка сидят радисты. Бравые солдатики откатятся назад и вызовут поддержку с воздуха. Если не вертолёты, пара шустрых парней с миномётом будут доставлены к месту разборок. За пару часов вашей «гражданской обороне» настанет капут, а вы сами окажетесь на три ярда в гостеприимной техасской почве.

Всё происходило деловито и в то же время как-то лениво. Сержант был вежлив до умопомрачения. Вставляя через каждые два слова «сэр», он попросил Сэма Паттона отпереть противоядерное убежище. Солдаты выстроились цепочкой и стали закидывать в огромную фуру содержимое. Ещё до нас, кузов гражданского на вид грузовика был наполовину полон. От запылённого тента воняло соляркой и застарелым человеческим пoтом. Юный капрал у машины, с пятнисто-зелёным военным планшетником в руках, – вёл учёт. Так же спокойно фура переехала к овощехранилищу. В машину отправились остатки прошлогодней картошки.

«Считайте, мы подготовили вам хранилище к приёму нового урожая, сэр», — пошутил сержант.

Солдаты отловили и посадили в клетки десяток кур, а полицейские слегка обыскали дом, забрав нарезное огнестрельное оружие и патроны к нему. «Есть распоряжение всё оружие изымать, — сказал толстый депьюти, — Но мы прекрасно понимаем ситуацию. Допустим, сэр, я вон те гладкостволки в углу – просто не заметил.»