История татар Пензенского края. Том 3 - Ряшид Ханяфиевич Алюшев

индерцы» пишет в этой связи, что главным промыслом в Индерке издревле была гонка плотов по р. Суре в Пензу, и этим в 1886 г. занимались 220 чел. Плотовщики нанимались к пензенским купцам, которые здесь покупали лес у частных владельцев и в казенных дачах, преимущественно близ сс. Теряевки и Елюзани. Купцы обыкновенно приезжали сюда великим постом и покупали строевой лес прошлогодней рубки, т. е. высохший и приготовленный на берегу Суры для продажи. Крестьяне подряжались сплавлять лес со своею вязкою и веревками, получая от «косяка», т. е. 20 плотов до 300 крупных и 600 мелких деревьев, весной по 35–40 руб. и летом по 20 р., скрепляя плоты перед самим вскрытием реки веревками из лыка, которые покупались здесь же у односельчан… Гонка леса начиналась с весны и продолжалась до осени; в летнее время приходилось сплавлять «накопной водой», так что хозяева леса вынуждены были держателям мельниц за спуск воды. Весной плоты шли до Пензы около 2 недель, а летом – 6 недель. Прежде, когда лесов было много, сплавщики успевали обернуться до 5 раз. Позже лесов стало сильно меньше, и сплав сильно сократился. Крестьянам приходилось обращаться к другим занятиям, например, отходу за Волгу (в котором принимали участие и женщины)… 56 чел. жили в батраках, 26 чел. работали в Н-Липовской суконной фабрике, 12 чел. занимались вязкой леса к пристаням, 11 нанялись пастухами, 6 занимались сидкою дегтя и т. д.[124].

В России класс так называемых «крепких хозяйственников» (кулак, скупец, скряга, жидомор) стал складываться после крестьянской реформы 1861 г. Но уже к нач. XX в. этот класс представлял собой уже самый многочисленный слой эксплуататоров: кулацкими были до 1/5 крестьянских дворов. Кулаки с помощью аренды и покупок завладевали крестьянскими, помещичьими и казёнными землями – «живёт обманом, обчётом, обмером». В итоге в их руках оказалась значительная часть с.-х. машин и орудий, а также поголовья рабочего и продуктивного скота. Кроме того, они содержали трактиры, занимались ростовщичеством и спекуляциями, особенно в хлебной торговле, сдавали внаём бедноте рабочий скот, землю и инвентарь, нанимали батраков, которые трудились за нищенскую плату на их предприятиях и обрабатывали им наделы земли. Беспощадная и грабительская эксплуатация деревни, в особенности бедноты и батраков, позволила кулакам сделать большие накопления. Так, в конце XX в. два семейства Баишевых владели около 300 десятинами земли, в то время как средний надел в Индерке составлял, как мы видим, 1,4 десятин на семью.

«После голода 1891 г., охватывающего громадный район в 29 губерний, нижнее Поволжье постоянно страдает от голода: в течение XX в. Самарская губерния голодала 8 раз, Саратовская 9. За последние тридцать лет наиболее крупные голодовки относятся к 1880 г. (Нижнее Поволжье, часть приозерных и новороссийских губерний) и к 1885 г. (Новороссия и часть нечернозёмных губерний от Калуги до Пскова); затем вслед за голодом 1891 г. наступил голод 1892 г. в центральных и юго-восточных губерниях, голодовки 1897 и 1898 гг. приблизительно в том же районе; в XX в. голод 1901 г. в 17 губерниях центра, юга и востока, голодовка 1905 г. (22 губернии, в том числе четыре нечернозёмных, Псковская, Новгородская, Витебская, Костромская), открывающая собой целый ряд голодовок: 1906, 1907, 1908 и 1911 гг. (по преимуществу восточные, центральные губернии, Новороссия)». (Новый энциклопедический словарь / Под общ. ред. акад. ККАрсеньева. Т.14. СПб.: Ф. А. Брокгауз и И. А. Ефрон, 1913).

До нас дошло огромное количество архивных источников, повествующих о ситуации в татарской деревне до Октябрьской революции 1917 г. Жизнь среднего крестьянина на протяжении веков оставалась исключительно суровой и страшной. Сегодня недобросовестные историки и пропагандисты рисуют всем нам радужную картину дореволюционной России «под хруст французской булки», но настоящий историк и краевед никогда не напишет о «рае земном» в российской, царской деревне, а скорее оценит окружающую реальность крестьянина, как отчаянно жесткую и убогою. Голод раз в 5 лет в России, а особенно в Поволжье, был обыденным явлением, и эта постоянная проблема не решалась царским правительством на протяжении всего исторического времени.

Одной из причин бедственного положения была крайняя скудность крестьянских наделов, большинство хозяйств не имело достаточно земли, чтобы жить сыто и обеспечить свои физиологические потребности. А с отменой крепостного права подушевой надел крестьянина еще более снизился. Лев Толстой в 1892 г. причины голода в России видел в малоземелье «оттого, что половина земли у помещиков и купцов, которые торгуют и землями и хлебом», в законах в пользу капиталистов и в ущерб простому народу, в солдатчине, в чиновниках «угнетающих народ», в податях, в водке «которая составляет главный доход государства и к которой приучили народ веками» и невежества, в котором сознательно поддерживают правительственные и религиозные школы[125].

Кроме этого, в России была самая низкая продолжительность жизни – около 30 лет, при самой высокой детской смертности. Такая ситуация не могла продолжаться бесконечно, хотя период порабощения крестьянства эксплуататорами разных родов и ословий был очень продолжителен. Россия, начиная с конца XIX в., встала на грань мощного социального взрыва, не хватало лишь маленькой искры. Известно, что еще в 1912 г. за распространение социал-демократической пропаганды и за причастность в покушении и убийство пензенского губернатора И. Ф. Кошко Курбанали Баишев, учитель русского языка, обучавший индерских крестьян на дому, по приказу ищеек царской охранки был заключен в одиночную камеру. Он подвергался страшным пыткам и доведен до паралича, и лишь после Февральской революции Баишев был освобожден. А немногим ранее, в 1904 г., возмущенные индерские крестьяне вместе с рекрутами, мобилизованными в русско-японскую войну, во главе с Лялю Хасаном напали на имение небезизвестного Мубина Алимовича Баишева, требуя от него выдачи денег и хлеба семьям рекрутов, а спустя год крестьяне начали самовольную порубку баишевского помещичьего леса. Надо сказать, что рекрутские наборы происходили один за другим, и только полная инвалидность освобождали крестьян от службы. Матери оплакивали уходящих сыновей как покойников, поскольку они уже почти никогда домой не возвращались. Население пензенского края старалось всячески уклониться от рекрутских наборов, нередко уходили в бега.

Как мы знаем, в царской России с 1798 по 1865 гг. татары-мишари, как и башкиры, находились преимущественно в военно-казачьем сословии. В Отечественной войне 1812 г. они принимали самое активное участие, сформировав 2 конных полка. 1-й полк в 1812–1814 гг. нес гарнизонную службу в г. Москве. 2-й полк прошел большой боевой путь, закончив его в Париже. Все участники взятия Парижа 19 марта 1814 г. были награждены серебряными медалями. Известно также, что Аббясов Ибрагим Сулейманович из Индерки был награжден за службу Георгиевским крестом в 1916 г. Системный кризис в экономике, мировая война, бедственное и отчаянное положение трудовых масс в итоге привели всю к Февральской буржуазной революции. Временное Правительство