Безумья темный страх - Алекс Елин

никогда больше не будут пить. Они осознали все и поняли! Они починят все вертолеты, только не убивайте! Спасите!!!

Когда одна из жаб распахнула полную острых зубов и клыков пасть, издавая победное шипение, и приготовилась прыгнуть на Бена, Дримс сам пристрелил ее. Уложил ее приятельницу и в клочья разнес змеюку с ногами, попутно пристрелив пару кружащих поблизости летучих тварей. После этого он разрешил Санталу приземлиться и забрать техников.

До Миранды летели в полном молчании.

Когда вертолеты опустились на поле, ошарашенные пилоты и техники выбрались из вертушек. Ривс рявкнул на них, заставляя встать в строй, и, поглядев всем по очереди в глаза, заявил:

- Или вы подохнете, или вы будете нести службу. Третьего не дано. Убью сам, - смотря в его ледяные черные глаза, сослуживцы холодели внутри – на них смотрел кто-то совершенно беспощадный и злобный. Словно бы сама Тьма взглянула на них глазами капитана. – Кто будет бухать, тот отправится на корм тварям. Я здесь для того, чтобы выжили люди этого проклятого всеми богами Света городишки, и вы здесь для того же самого. Если нет – вы главное блюдо на обед монстров. За стену выброшу собственноручно, - от чего-то в тот момент в его словах никто не сомневался. - Бен, Рыжик – чинить вертушки, немедленно. Остальных техников в помощь. Прочие, кто не на дежурстве, спать. Утром будет очередной облет и пробежка. Кто не доволен – твари ждут.

С этими словами Ривс направился в комнату отдыха.

Уже в коридоре его догнал Ленс. Младший лейтенант недолго шел рядом с командиром, а потом все же спросил:

- Ты бы выстрелил в нас?

- Я стрелял в вас, - ответил тот.

- Ты стрелял рядом. Ты не в нас стрелял.

- Если бы Сантал не одумался, я шмальнул бы в вас, - Ривс резко остановился около комнаты отдыха.

- От чего-то я именно так и подумал, пришлось взять управление на себя, - скривился Ленс.

- Сантал хотел снизиться? Несмотря на предупреждение?

- Да, у него свой кодекс чести.

- А у тебя?

- А я хочу жить, у меня есть мама, - пожал плечами рыжий пилот. – Я не хочу лезть под твои пули.

- Правильно думаешь.

- Твою мать, Ривс! Но я же твой друг! – с обидой выпалил парень. В его еще детских глазах плескалась дикая обида на Дримса, на этот проклятый мир, на тварей, на всех!

- Ты мой друг, Ленс, - Ривс похлопал парня по плечу, - именно поэтому я бы выстрелил.

- Ривс, тут нет логики! Я – твой друг, но ты бы в меня выстрелил! – взвился Ленс, взмахивая шлемом, чуть не заехал по лицу капитану, но тот с кошачьей грацией и быстротой увернулся от удара.

- Я хочу, чтобы ты жил. Я не хочу, чтобы ты умер. Поэтому эти алкаши должны починить все эти гребанные вертушки! ВСЕ! Они их починят лишь, когда будут трезвые, - повысил голос Дримс. - Мы не выдержим этого штурма, особенно с тремя вертолетами. Неужели ты этого еще не понял?! А для того, чтобы они не пили, чтобы не пили наши гребанные сослуживцы, они должны бояться и нести службу как полагается. Они не боятся за своих родных, так пусть боятся за себя! Понимаешь?

- Но ты бы выстрелил в мой вертолет… - прошептал Ленс. – Датчик оповещения визжал как резанный…

- Ленс, я довольно меткий, я бы выстрелил туда, где не смог бы повредить вашему вертолету, - хмыкнул Ривс. – От пробитого потолка еще ни один вертолет не падал. Но никто этого не должен знать, понял?

- Сукин сын! Я, знаешь, как испугался?! – заржал Ленс. - Удивляюсь, что у меня штаны сухие!

- Только Санталу не говори об этом, пусть боится дальше и думает, что я целился в двигатель.

- Ты – сволочь, - изрек Ленс.

- А что поделаешь? Жить мне хочется, и тебе хочется, - усмехнулся капитан, хлопая друга по плечу.

- Только не особенно получится, - появился Лавджой. – А я как раз за тобой пошел, Дримс, - капитан выглядел особенно мрачным. То ли тусклые лампы в коридоре, горевшие через одну, делали его воплощением ужаса и мировой скорби, то ли действительно случилось что-то неприятное. – Полковник тебя зовет. Немедленно.

- Ленс, этих тварей в бочку окуни, надавай им п…лей и пусть чинят вертушки. Я приду – проверю. Понял? – распорядился Ривс.

- Так точно, господин капитан, - вытянулся в струнку Ленс и потрусил к сослуживцам.

- Хороший паренек, - одобрил Лавджой, когда оба капитана направились в сторону холла по скрипучему старому коридору пристройки, украшенному трещинами в штукатурке и черной плесенью, разраставшейся у плинтусов.

- Хороший, - согласился Дримс. – Но тут ему не место.

- Кто его знает, где чье место? – философски заметил Лавджой, вообще-то не склонный к размышлениям на высокие материи.

- Лавджой, а с чего это ты пошел меня искать? Ватцлава сожрали что ли? Или Лэндхоуп меня до звания генерала повысил?

- Не дождешься, - Лавджой пнул дверь, отделявшую общее здание от пристройки и свернул к лестнице, чуть не споткнулся о груду досок (что они тут делали, не знал никто, но судя по паутине и хлопьям пыли, лежали они на этом месте не один год), матюгнулся, потом продолжил прерванный диалог. – Ватцлав нажрался. В усмерть.

- Ватцлав?! – поразился Ривс. – Да его при виде водки перекашивает, а ты говоришь, нажрался.

- Тут, похоже, все мы сейчас нажремся. Старик так просто звать меня через пару часов после совещания не будет, да еще и искать тебя отправлять. Чует мой нос: дело не чисто.

- Подожди пророчествовать. Сейчас дату эвакуации узнаем, легче станет, - капитан толкнул дверь в приемную, потом вошел в кабинет и остолбенел.

5

В доме на Абрикосовой улице во Фритауне опять было неспокойно. Атмосфера накалилась до предела. Нил едва себя сдерживал, меря кабинет широкими шагами, он хотел крушить и уничтожать все вокруг. С каким-то особым наслаждением он рвал на мелкие куски какую-то бумажку, бормотал неясные проклятия себе под нос и иногда пинал письменный стол или книжный шкаф, оказывавшиеся у него на пути. Нил никогда не страдал излишним спокойствием, но сейчас казалось, что он способен убить кого-нибудь.

Наконец в бессильной ярости