Очарованный красотой - Патриция Пелликейн

Джаред кивнул и покрепче прижал к себе жену, а она положила голову ему на грудь. Казалось, он согласился, но на самом деле и не думал отказываться от своего второго предположения. Если преступление совершалось против Фелисити, то похитители действительно рассчитывали на многое. Ведь ее отец – богатый человек, очень богатый.

Думая об этом, Джаред крепче и крепче сжимал в объятиях жену. При мысли о том, что могло произойти, его охватывал настоящий страх. Пройдет еще немало времени, прежде чем он избавится от этого чувства. А пока, как ему казалось, не повредит сделать все, чтобы ничего подобного не случилось с его любимой.

Правда, не так-то легко будет договориться с Фелисити, но он подумал, что найдет нескольких человек, которые сумеют незаметно вести наблюдение, и, даже находясь под их защитой, она не станет расстраиваться и тем более сопротивляться.

Но он ошибся.

– Должна признаться тебе, что он до смерти меня напугал, – громко выговорила Фелисити, стремительно шагая перед мужем то вправо, то влево. Джаред тем временем сидел на краешке маленького столика в своем тесном кабинете, находившемся при самой обширной палате госпиталя, и с улыбкой смотрел на пылающие щеки и очаровательно округлившуюся фигуру своей супруги. Она была на шестом месяце, живот уже окончательно обрисовался, а грудь постепенно приобретала изумительные формы. Джареду это очень нравилось. Он ощущал, как с каждым днем жизнь его наполняется каким-то новым необыкновенным смыслом. И если не считать того страха, с которым он ожидал приближающихся родов, страха, время от времени угрожавшего поглотить его целиком, то он не мог быть счастливее, чем сейчас.

На Фелисити был зеленый костюм для прогулок, отороченный мехом по горловине, рукавам и подолу, а в руках она держала такую же муфту. Джаред подумал, что она не могла бы выглядеть лучше, особенно теперь, когда щеки ее раскраснелись, а глаза так и сверкали гневными искрами.

Заметив преследовавшего ее человека, Фелисити помчалась к мужу, благо она находилась ближе к госпиталю, чем к дому. Но даже теперь, понимая, что бояться нечего, она никак не могла отдышаться.

– Он просто делал свое дело, дорогая.

Жена бросила на него пронзительный взгляд и наконец сказала:

– Я в такой ярости, что не нахожу слов. Как ты посмел нанять телохранителя, ничего не сказав мне об этом?

В ярости или нет, она всегда была прекрасна, даже когда говорила на повышенных тонах.

– Но я же знал, что ты будешь возражать и сопротивляться. Он просто не должен был попадаться тебе на глаза.

Казалось, Джаред решил не обращать внимания на пережитое ею потрясение. Но на самом деле он воспринял все это отнюдь не хладнокровно. Просто он знал, что ее испуг довольно быстро пройдет, тогда как его страхи не улягутся, прежде чем не выяснятся причины покушения на Мэри. А до тех пор, полагал он, его опасения куда значительнее и обоснованнее, чем эмоции Фелисити, так что ей придется попросту примириться с небольшими неудобствами.

– Ну да, можно подумать, я слепая или глупая, если не замечаю мужчину, который неотступно следует за нами в каждый магазин и усаживается за соседний столик в чайной! Бедная Альвина! Она, наверное, до сих пор недоумевает, что случилось. Ведь я выскочила из лавки как ошпаренная!

Джаред улыбнулся, представив себе всю эту сценку.

– Ничего, я переговорю с ним.

– Ты не переговоришь с ним, а уволишь его!

Джаред продолжал улыбаться.

– Послушай, он преследовал меня всю дорогу к госпиталю! – Фелисити погладила свой довольно объемный живот, гневно глядя в улыбающееся лицо мужа. – Должна тебе сказать, что дама в моем положении не очень-то быстро бегает.

Джаред решил, что пора немного развеять тучи.

– Ты и прежде не очень-то быстро бегала, – поддразнил он, – иначе не оказалась бы в таком положении.

Но Фелисити вовсе не хотелось шутить.

– Всю дорогу сюда я была вне себя от страха.

– Мне жаль, что ты испугалась, милая. Ты не должна была его рассекретить. Но уж раз ты заметила его присутствие, то ему, конечно, следовало объясниться с тобой.

– Конечно, – нехотя согласилась Фелисити, сочтя слова Джареда совершенной чепухой. – И как долго это продолжается?

– С тех пор как пытались украсть Мэри.

Она даже рот открыла от удивления.

– Уже три месяца?! И ты ни разу не обмолвился об этом?

– Я знал, что ты расстроишься.

– Немедленно отпусти его, Джаред! – потребовала она, точнее, приказала, но муж упрямо покачал головой:

– Ни в коем случае.

– Ты пожалеешь об этом.

Джаред прекрасно понял, что стоит за этой угрозой. Он знал, каким страшным оружием располагают женщины, и понимал, что Фелисити обязательно пустит его в ход. Он пожал плечами, зная, что сделал все, чтобы как-то избежать ее немилости, но раз уж не удалось, то он готов предпочесть самую жестокую опалу тому, что ей угрожает. Нет, ее гнев теперь не имеет значения. Главное, чтобы она была в безопасности.

– Об этом даже не мысли.

– О чем именно?

– О том, чтобы лишить меня твоих ласк. Я люблю тебя и потому не допущу ни малейшей неприятности, не важно, насколько жестоко ты станешь мстить мне за это.

– Но, Джаред, прошу тебя, – неожиданно жалобным, ласковым голосом проворковала Фелисити. Тут он едва не сдался, особенно после того, как она сама подошла и встала у него между бедер, погладив их внутреннюю поверхность ладонями от колен до самого верха.

– Колдунья, – молвил он, обнимая жену и утыкаясь лицом в ароматную шею. В голову ему вдруг пришла мысль: ведь в этой комнате есть стол… Стол, которому можно найти более удачное применение, чем все те цели, которым он служил прежде.

Фелисити повернула голову и запечатлела на шее Джареда цепочку влажных сладких поцелуев, после чего кончик ее языка поиграл с мочкой его уха.

– Ну пожалуйста. Я ведь могу сделать тебя самым счастливым, – прошептала она, и он затрепетал от ее горячего дыхания. Поняв это, Фелисити нежно замурлыкала самым соблазнительным голоском.

Как бы ни было тяжело Джареду, он все же сумел собрать свою волю. Между тем рука его проникла под платье Фелисити и теперь сквозь тонкие панталоны дотрагивалась до ее сокровенной сладости.

– Но ты уже сделала меня счастливым. Невероятно счастливым, – ответил Джаред. – Никто и никогда не сумеет отнять нас друг у друга.

Фелисити быстро высвободилась из объятий мужа и с возмущением посмотрела на него. С первого взгляда стало ясно, что Джаред был под таким же сильным впечатлением, как и она сама. Впрочем, несмотря на это, он хранил свое обычное упрямство. На сей раз соблазнение ничему не помогло. Очевидно, он решил сначала воспользоваться тем, что ему предложено, а в конце все-таки отказаться выполнить ее просьбу.