Алая Завеса. Наследие Меркольта - Роман Александрович Покровский

нападении на Хелен только себя, но появление Гарета мгновенно переубедило его.

Возможно, он был не прав. В этой ситуации и вовсе не могло быть правых – каждый виновен перед Хелен по-своему. Тем более, никто не гарантировал того, что ничего не случилось бы, если б Хелен сидела дома или бы миловалась с Гаретом в гостиной.

Если у близнеца заранее были планы в её отношении, его никто не смог бы остановить. Он обладал серьёзной мощью – создать элементаля было под силу далеко не каждому, а значит, стены дома или объятия Гарета были для него сомнительной преградой.

Тейлор-младший вылетел из реанимации примерно через пять секунд. К счастью, Юлиану этого времени хватило, чтобы немного прийти в себя. В какой-то мере это даже удивляло – он ожидал, что будет ненавидеть Гарета ещё несколько дней.

– Прогнали, – пожаловался Гарет.

Юлиан отошёл от него и приблизился к большому стеклянному окну, открывающему вид на ночной город. Он обожал подобные панорамы – в них было нечто величественное и загадочное.

Ночной город помогал привести мысли в порядок.

В углу работал маленький телевизор. Он показывал очередное бессмысленое ток-шоу, популярность которых добралась и до спокойного некогда Свайзлаутерна.

– Что случилось, Юлиан? – осторожно спросил Гарет, встав плечом к плечу с соседом.

– Может, прежде ты расскажешь мне, как тебе пришло в голову изменить ей?

– Изменить? Не было никакой измены, Юлиан. Я просто…

– Целовался с первой встречной.

– Я не знал, что мы с Хелен встречаемся, – сказал Гарет, надеясь на понимание со стороны Юлиана. – Погуляли пару раз, поцеловались на дне рождения у Пенелопы. Это разве что-то значит? У нас не было ничего большего. Тем более, она сама говорила мне что-то вроде «Хелен Бергер скорее сменит имя, чем привяжется к какому-то парню».

Увы, понимания от Юлиана он не дождался.

– И ты воспринял это буквально? Ты, считающий себя великим знатоком мира женщин? Не ожидал такого от тебя. Если она для тебя ничего не значит, стоило сказать об этом сразу.

– Не думаю, что всё так однозначно. Мне нравилось с Хелен – в этом я не совру. Она довольно симпатична, интересна и совсем не глупая, как может показаться. Конечно, мне больше нравятся девушки в платьях, но… Я сам не думал, что это для неё что-то значит. Говоришь, она плакала?

– Плакала, Гарет, и звала меня напиться. Пожалуй, не буду рассказывать, как она тебя называла. И учти – я всё ещё очень зол на тебя.

– Понимаю тебя. Но, самое главное – мы все живы, а значит, всё образумится.

– Пока что живы, – поправил Гарета Юлиан.

– Думаю, не стоит спрашивать, кто напал на неё? Ледяной элементаль, не так ли?

Юлиан не отрываясь смотрел на город. С этой высоты он казался большим, кишащим жизнью муравейником – Юлиан едва видел раницу, разделяющую свет фонарей от леса, в котором царят злобные вервольфы. Но создавалось впечатление, что город огромный только свиду, а на самом деле он необычайно тесен – раз за разом Юлиан бывал в одной и той же больнице и одном-единственном полицейском участке.

Несомненно, их было куда больше. Но лживые ощущения создавали иллюзию неральности происходящего. Жизнь Юлиана протекала в одних и тех же локациях – академия, общежитие, больница, полиция и в редких случаях что-то новое. Что, если ничего другого в этом городе нет? Что, если это просто декорации, созданные для того, чтобы Юлиан поверил, что внешний мир существует?

– Да, – сказал Юлиан. – Я не сомневаюсь.

– И как ты справился с ним?

– Ты считаешь, что я справился? Да, я пытался, но в конечном итоге мне оставалось лишь лежать в снегу и наблюдать, как моё отражение проводит над телом Хелен какой-то ритуал.

– Выходит, то что ты видел в кабинете отца, не было галлюцинацией? Существует твой двойник, который проводит какие-то ритуалы над твоими друзьями?

– Или кто-то, кто в меня перевоплощается. Да, Гарет, мне кажется, что ты тоже в опасности. Если боишься, можешь перестать общаться со мной. Попроси мистера Тейлора выделить тебе отдельную комнату.

Гарет посмотрел на Юлиана как на сумасшедшего.

– Ещё чего, – сказал он. – В жизни не боялся, и бояться не собираюсь.

Юлиан молчал.

– Почему он не убивает их? – нарушил тишину Гарет.

– Ты бы хотел этого?

– Конечно, нет. Но мне кажется это странным. Такие красочные представления в виде элементалей, а в конечном счёте всё заканчивается нелепым ритуалом.

– Ты так хорошо разбираешься в ритуалах? Что, если в магической книге заклятий так и написано – не убивать, иначе не сработает? Мы не знаем наверняка.

– Но Густав Забитцер был убит.

– Тоже верно. Мы можем строить десятки предположений. К примеру, с Хелен и Йохан наш враг просто промахнулся и посчитал, что они мертвы. Или, убийство герра Забитцера было всего лишь совпадением. Может, на Йохане просто репетировали, а на мэре воплотили план в жизнь. Правда в том, что сколько бы мы версий не придумывали, ни одна не окажется правдивой. Потому что тот, кто это делает, куда умнее и сильнее нас. И это он манипулирует нами, а не мы им. Ведь мы даже не знаем, кто наш враг. Нам остаётся только молиться, чтобы мы пережили то, что ожидает нас впереди. У меня нет сомнений в том, что ничего ещё не закончено, и самое интересное впереди.

Меланхоличная речь не впечатлила Гарета.

– Ты намерен сдаться? – спросил он.

– Может быть. Я не знаю. Но всё, что я пытался сделать, заканчивалось провалом. Не смог доказать в суде, что Сорвенгер – сподвижник Молтембера, а не жадный до амбиций комиссар. Не смог выяснить, как убийство Густава Забитцера связано со мной. В конце концов, не смог найти проклятые «Откровения Меркольта». Я могу продолжать этот список бесконечно. У нас была хотя бы одна победа?

– Все наши друзья живы, а это – уже победа.

Гарет похлопал Юлиана по спине, но это не заставило его улыбнуться.

Ток-шоу в телевизоре внезапно оборвалось, и послышался серьёзный и размеренный голос диктора:

– Внимание! Срочный выпуск новостей! Повторяю – срочный выпуск новостей!

Прямо сейчас скажут, что ледяной элементаль убил ещё одного политика. Юлиан не удивился бы этому, потому что отследил бы закономерность.

– И кто такой этот…

– Потише, Гарет. Давай посмотрим.

Диктор ещё дважды повторил своё послание, после чего действие переместилось в телевизионную студию. Красивая девушка с убранными назад белыми волосами, одетая в строгий серый костюм, с каменным лицом вещала:

– Срочный выпуск новостей на телеканале «Берлин плюс», здравствуйте. Два часа назад, по сообщениям исландской полиции,