Нет дыма без огня - Сандра Браун

— И пригласила Джоди Такетт? Так, что ли? — Он провел рукой по своему яйцеобразному черепу. — Сколько лет мы с тобой женаты, а ты обо мне ничего не знаешь. Я не хочу иметь никаких дел с Джоди. Тем более я не желаю, чтобы она меня спасала. Она последний человек, которому я хотел бы быть обязан.

— Я знаю, Фергус. Все знаю. — В ее голосе зазвучали плачущие нотки. — Но особая ситуация требует и особых мер.

— В любой самой безнадежной ситуации я не обращусь за помощью к Джоди Такетт. Один-единственный раз я ей поверил, так она меня колесовала, четвертовала и вырвала язык. Годы спустя люди смеялись над тем, как она меня обвела вокруг пальца.

— Но ведь все уже забыто.

— Это потому, что я трудился до седьмого пота и мое дело шло успешно. Мое имя что-то значит в нашем городе, несмотря на Джоди Такетт.

— Тогда успокойся. Ты ей показал, на что способен.

— Этого мало. И всегда будет мало.

Дарси безнадежно вздохнула.

— Распря закончилась, Фергус, и ты победил. Джоди уже безнадежная старуха.

— Она всего на несколько лет старше меня.

— Разве можно сравнивать, она вообще уже выжила из ума. Кроме того, у нее сто болезней. Короче говоря, во всем случившемся виновата доктор Маллори.

— Но она говорила очень здраво.

Дарси с трудом удержалась от проклятий. Как можно спокойней она продолжила:

— Не сомневаюсь в этом. Она умненькая. У нее дома все стены увешаны дипломами. — Дарси вытерла нос платком. — А я всего-навсего необразованная домашняя хозяйка. Невежа.

— Что ты, дорогая. Я не хотел этого сказать.

Фергус сел рядом с ней на край их супружеской постели и взял Дарси за руку. За годы совместной жизни она сумела его убедить, как она переживает, что не получила высшего образования. В случае необходимости она всегда прибегала к этому спасительному средству.

— Я совсем не имел в виду, что доктор Маллори умнее тебя.

Одна-единственная слезинка скатилась по ее щеке.

— Что там скрывать, она умнее меня. И к тому же она интриганка. Наверное, оттого, что вращалась среди политических деятелей. Она сумела вдолбить Хэвер, что той все позволено. А теперь еще и ты принимаешь ее сторону.

— Да нет же, детка. Это не так. Просто я рассердился, что ты позвала на помощь Джоди.

— Клянусь, я и не думала, что тебе нужна помощь. — Она протянула руку и погладила его по щеке. — У меня имелась другая причина.

— Какая же?

— Я хотела поставить Лауру Маллори на место. А кто мог сделать это лучше, чем ее заклятый враг? Неужели ты не понимаешь, Фергус? Джоди сделала за тебя всю грязную работу, а ты, как председатель школьного совета, пожнешь все лавры за то, что избавился от докторши вместе с ее так называемыми прогрессивными идеями.

Глубокие морщины появились на лбу у Фергуса, пока он обдумывал слова Дарси.

— Мне это как-то не приходило в голову.

Дарси кокетливо взглянула на него из-под ресниц.

— Как ты считаешь, доктор Маллори хорошенькая?

— Хорошенькая? Пожалуй. Да, она недурна.

— Она красивей меня?

— Да нет же, сокровище. — Он погладил ее по волосам. — Никто на земле не может сравниться с тобой.

— И я твоя, Фергус. — Прижавшись к нему, она прошептала: — А ты самый лучший муж на свете. — Она обвила его шею рукой. — Ты не подумаешь обо мне плохо, если я скажу, что мне хочется заняться любовью?

— Днем?

— Это неприлично, я понимаю, но, Фергус, я так тебя люблю. Можно же иной раз позволить себе что-нибудь эдакое…

— Хэвер может…

— Она еще целый час пробудет на тренировке группы поддержки. Ну, пожалуйста, дорогой, когда ты проявляешь свой характер и кричишь на меня, я прямо вся таю внутри. Ты настоящий мужчина, я не могу терпеть… У меня там все… Ты понимаешь. Вот тут.

Фергус проглотил слюну, его большой кадык поднялся вверх, потом опустился вниз.

— Я… я не думал…

— А ты потрогай. — Она взяла его руку и сунула себе под юбку, а когда он коснулся ее между ног, она изобразила, что теряет сознание. — О господи! — задохнулась она.

Не прошло и пяти минут, как Фергус совершенно позабыл об их ссоре и ее причине. Дарси целовала, ласкала и вскрикивала, изображая страсть и зарабатывая себе прощение.

Если Фергус и догадывался, что попался на удочку, он с удовольствием закрыл на это глаза.

Через две недели Лаура признала, что Дарси Уинстон и Джоди Такетт не бросают слов на ветер. Через три недели она была готова кричать «караул». После того случая в супермаркете, когда у Джоди случился приступ, ни один пациент не посетил доктора Лауру Маллори.

Нэнси каждый день аккуратно приходила на работу и занимала себя выдуманными делами, чтобы заставить быстрее бежать часы до окончания рабочего дня. Лаура проводила дни за чтением новых номеров медицинских журналов. Она говорила себе, что должна воспользоваться вынужденным отдыхом, что ей повезло и она может на свободе познакомиться с новыми идеями и исследованиями. Но она не могла постоянно обманывать себя. Врачи, у которых много пациентов, редко имеют время для чтения.

Лаура не получила никаких сообщений и от молодого адвоката, нанятого Джеком и Марион Леонард. Если они и возбудили против нее судебное дело, то она об этом ничего не знала. Но тут она не сомневалась: после знакомства с фактами обвинение с нее снимут. Правда, судебный процесс и связанная с ним шумиха в прессе нанесут непоправимый ущерб ее профессиональной деятельности, последнему, что у нее еще осталось. Лаура цеплялась за надежду, что Леонарды отказались от этого шага.

Члены школьного совета так и не связались с ней. Дарси мобилизовала своих знакомых и членов Ассоциации родителей и учителей, и те забрасывали школьный совет письмами, требуя не допускать женщин с запятнанной репутацией в школьную систему. Редактор местной газеты опубликовал несколько писем видных граждан, гневно клеймивших предложение доктора Маллори. Идея писем была одна и та же: Иден-Пасс не готов к включению в школьную программу аморальных проектов. И никогда не будет готов. Неодобрение становилось бурным и всеобщим.

Где бы ни появлялась Лаура, ее либо игнорировали, либо встречали насмешливыми улыбками, а случалось, и откровенно наглыми взглядами, потому что обсуждение столь скользкой темы с членами школьного совета подразумевало, что она женщина весьма свободных нравов.

Она стала отверженной. Она — Гестер Прин[2] городка Иден-Пасс. Лаура никогда бы не поверила, что подобное всеобщее гонение возможно в современной Америке, если бы сама не стала его жертвой. Она начала соглашаться, что в конце концов осуществится пророчество Джоди Такетт: старуха доживет до того дня, когда Лаура Маллори покинет Иден-Пасс.