Нет дыма без огня - Сандра Браун

— Мама, он заключил контракт с одной лесопромышленной компанией. Он опрыскивает сосновые леса против вредителей. Спасение лесов — полезное занятие.

Джоди не слышала слов дочери. Все свое внимание она сосредоточила на Кее.

— Жизнь не состоит из одних приключений. Жизнь — это каждодневный труд, в любые времена, хорошие или плохие, вне зависимости от твоего настроения.

— Да разве это жизнь, — отозвался Кей. — Просто дикая скучища.

— Жизнь не всегда веселье и развлечения.

— Согласен. Вот почему их следует искать. Или устраивать самому.

— Как твой отец?

— Верно. Потому что он не мог найти их дома. — Кей, одурманив себя виски, шел по краю пропасти. — Он искал их в других местах, с другими женщинами и в чужих кроватях.

Джоди вскочила со стула, как подброшенная пружиной.

— Я не позволю, чтобы ты разводил подобную грязь за моим обеденным столом.

Кей тоже вскочил на ноги и набросился на Джоди:

— А я не позволю, чтобы ты обливала грязью моего отца.

— Отца? — повторила она с издевкой. — Хорош отец. Его месяцами не бывало дома.

Болезненное воспоминание. Сколько раз в детстве он следил, как машина отца исчезала за поворотом, и с горечью думал о том, что снова его увидит только через многие дни и месяцы.

Нет, он ей отплатит.

— Это он от тебя давал деру, а не от нас, детей.

— Кей! — предостерегла Джейн Элен.

Но Кей уже закусил удила. Прорвалась плотина, сдерживающая обиду, и он уже не контролировал потока злых слов.

— Ты за всю жизнь не сказала мне доброго слова и ни разу не приласкала меня в детстве. Ты и с отцом так обращалась! Разве ты когда-нибудь говорила с ним нормально, а не отчитывала за проступки? Разве ты с ним когда-нибудь шутила или смеялась? Одно занимало тебя — проклятая сырая нефть. Ты когда-нибудь его успокоила или утешила, когда ему становилось грустно? Обнимала и прижимала к своей груди? Правда, на такой жесткой подушке не найдешь успокоения. Все равно что обнимать бесчувственную куклу.

— Кей! — теперь уже кричала Джейн Элен. — Мама, прошу тебя, сядь. Ты выглядишь…

— Твой отец не нуждался в моей любви. Он искал ее у шлюх по всему свету, нисколько этого не скрывая. С одной такой шлюхой он был в тот день, когда ты родился. — Она несколько раз с трудом вздохнула. — В моей жизни с Кларком Такеттом была одна радость. Твой брат.

— Святой Кларк, — с кривой усмешкой подхватил Кей. — Может, он и не был таким уж святым, как ты думаешь. Сегодня я беседовал о нем с его бывшей любовницей. Похоже, доктор Маллори винит Кларка в том, что он сослал всю их семью в Центральную Америку. Она попросила меня переправить ее туда и помочь вернуть на родную землю тело ее дочери. Правда, хороша штучка?

— Надеюсь, ты не согласился? — Джейн Элен с ужасом смотрела на брата.

— Почему бы и нет? Деньги есть деньги.

— У них там все еще неспокойно. Там каждый день убивают людей.

Отвечая Джейн Элен, Кей не спускал глаз с Джоди.

— Доктор Маллори считает, что мы, Такетты, обязаны для нее это сделать. В обмен на мою помощь она обещала покинуть Иден-Пасс и никогда больше сюда не возвращаться.

— Я тебе запрещаю это делать, ты меня слышишь?! — Голос Джоди дрожал от гнева.

— Даже если таким способом я избавлю вас от Лауры Маллори?

— Разве можно верить хотя бы одному ее слову? Не смей даже думать о том, чтобы лететь с ней в Центральную Америку!

Кей прижал руку к сердцу.

— Я очень тронут, мама, твоей заботой о моей безопасности.

— Мне наплевать на твою безопасность! Я забочусь о том, чтобы спасти остатки репутации Кларка. Если ты согласишься лететь туда с этой шлюхой, то заслуживаешь того, чтобы тебе там оторвали твою глупую голову.

Джейн Элен вскрикнула и зажала рот рукой, откинувшись на спинку стула.

— Говори, Джоди, не стесняйся! — воскликнул Кей. — Раз у тебя нет Кларка, то и мне не стоит жить на свете!

Джоди схватила зажигалку и пачку сигарет, повернулась и вышла из комнаты.

Очень-очень долго Кей стоял, держась онемевшими руками за полированную спинку стула. Костяшки пальцев побелели от напряжения, словно в любую секунду он готов был поднять тяжелый дубовый стул и швырнуть его о землю.

Он вспомнил, что рядом Джейн Элен, только когда она заговорила.

— Ты сказал… ужасную вещь. Мама даже растерялась. Иначе она объяснила бы тебе, как ты ошибаешься.

Он печально посмотрел на нее. Руки отпустили спинку стула и безвольно упали по бокам. Он повернулся и пошел к двери, потом остановился.

— Нет, Джейн Элен, это ты ошибаешься. Она ничего мне не сказала, потому что я прав.

Лампа на ночном столике у кровати внезапно зажглась. Лаура мгновенно пробудилась, повернулась к свету, потом села; сердце выскакивало у нее из груди.

— Что вы здесь делаете? Как вы сюда попали?

— Я сломал замок на задней двери, — ответил Кей. — Вы забыли переменить код сигнализации.

Он смотрел на ее обнаженную грудь. Лаура еще не пришла в себя после сна и не успела прикрыться одеялом. Некоторое время он молчал. Потом, чертыхнувшись, схватил халат, лежавший в ногах кровати, и бросил его Лауре.

— Оденьтесь. Нам надо кое-что обсудить. — Он отвернулся.

Не говоря ни слова, совершенно потрясенная его появлением в спальне, Лаура выполнила его приказание. Она села на краю постели.

Кей ходил взад и вперед по комнате, кусая нижнюю губу.

— Мы никогда не получим разрешения на посадку. Вы об этом думали?

— Нет. Я хочу сказать, да. — Лаура все еще была как в тумане. Она отбросила волосы со лба и постаралась сосредоточиться. — Нет, мы никогда не получим такого разрешения. Это несомненно.

— И что же?

— У меня есть карта с отмеченной частной посадочной площадкой.

— АКМ?

— Как вы сказали?

— Аэронавигационная карта мира. Ну, специальная карта для пилотов.

— Думаю, что нет. Она выглядит как самая обычная карта.

— Все же лучше, чем ничего. Где вы ее достали?

— Мне ее прислали.

— Кто? Вы доверяете этому человеку?

— Это католический священник, отец Жеральдо. Мы подружились с ним, когда жили в Монтесангре.

— Я думал, что повстанцы казнили всех священнослужителей.

— Да, очень многих. Но ему удалось выжить.

Кей раздумывал, усевшись в кресло-качалку рядом с кроватью так близко от Лауры, что их колени почти соприкасались.

— Видимо, священник служит и вашим, и нашим.

— Очень возможно, — согласилась Лаура. — Он утверждает, что сохраняет нейтралитет.

— Одним словом, держит нос по ветру.

— Но только так он может продолжить служение всевышнему.