Мое тело – тюрьма - Кицунэ Миято

— Пока.

— И что это с Катей? — пробормотала Кира, шагая по лестницам на свой девятый этаж. — Может, она из-за Серёжи расстроилась? Мне же не показалось?

Глава 28

Конец практики

Кира ела мороженку, которую захотела прямо с утра, потому что завтрак не лез. В комнате уже было жарко, так как утром в окна светило солнце. Так что она не поленилась спуститься и сходить в киоск на остановке. Тем более, что мороженое там завозили рано утром, битком набивая ларь, и уже к обеду всё заканчивалось.

Установилась какая-то совсем аномальная жара. Она даже включила радио, чтобы послушать прогноз. Ди-джей обещал расплавленный асфальт и плюс сорока два.

Грим жару не любил, сообщил, что в такую погоду у него тратится слишком много энергии, и сказал, что будет заниматься своим «побегом из Шоушенка». Кира однажды упомянула в таком контексте свой любимый фильм, и Гриму это понравилось.

В пятницу Коля Любимых разрекламировал им ранние утренние сеансы в кино, сказав, что билеты до девяти тридцати всего за двадцать рублей — почти что даром. А сейчас идёт очень крутой фильм «Мумия возвращается» и надо обязательно его посмотреть в кино со «звук вокруг». И что если поехать на сеанс к восьми двадцати, то можно вернутся в общагу уже в одиннадцать. Переждать полдень, пообедать и начать работать как обычно, в два часа. И все они, кроме Васи Пушкина, соблазнились и поехали в кино утром в субботу. Даже Серёжа, который Колю поддержал. Парни купили им с Ириной и Ташей билеты. Фильм оказался страшным. А «звук вокруг» заставлял Киру подпрыгивать на кресле и сползать вниз, страшные моменты она в итоге смотрела через пальцы, парни ржали и радовались её реакции, но в целом и фильм, и кинотеатр, в который они так и не сходили с Митей, Кире очень понравились. Потом они действительно отлично поработали, как будто набравшись сил от того, что позволили себе отвлечься и отдохнуть в компании. Только Вася ныл, вздыхал и сожалел, что не поехал с ними.

В ту же субботу вечером Кира увидела записку на вахте общежития и связалась с Максом из «семьи». Тот сказал, что они толпой едут на речку на электричке примерно за сорок километров от города. За все заводы, на небольшой безлюдный пляж у дачных посёлков. В итоге на всё воскресенье Кира уехала с ними: там было шесть парней и десяток девчонок: часть из её «семьи», часть из другой. Они очень хорошо провели время, покупались и пофоткались — Кира как раз почти добила плёнку — счётчик показал, что уже тридцать шестой кадр и обычно в бобинке ещё было не больше двух кадров, а чаще вообще — полтора. Вернулись в город они всей компанией около десяти вечера. И Макс даже проводил Киру до общаг.

Кира пыталась позвать с ними Катю, но та отказалась, сказала, что они продолжают съёмку. Их разговор вообще произошёл через порог: Катя даже к себе не пригласила зайти, так что… всё это было ещё более странным и напряжённым. Но Кира решила, что всё дело в их ненормальном рабочем ритме и Катя просто очень физически и эмоционально устала.

Начался новый понедельник и третья неделя практики.

Так что Кира ждала, пока приедут Таша с Ириной и они двинутся на свой объект. По предварительным прикидкам им осталось один-два дня съёмки: они вернулись к остановке, с которой начали. Обратный ход давался немного легче. Возможно, они просто приноровились, привыкли и начали работать более слаженно. Ну и Вася перестал препираться, потому что все точки были уже размечены.

— И как можно жить в такой жаре? — внезапно спросил Грим, которого похоже выманила мороженка. — Это ужасно…

— Да, это тебе не ледышка-Сиус, — хмыкнула Кира, доедая вафельный стаканчик. — Но я с тобой согласна: утро, а уже пекло. Кстати, я тут подумала. У меня до знакомства с тобой никогда не случалось тепловых или солнечных ударов, хотя я раньше в походах весь день на солнце была или на том же огороде, причём без головного убора. А тут через день практически.

— Твоё тело постепенно меняется, — пояснил Грим. — Мы же теперь вместе, поэтому оно подстраивается и под меня тоже. Терморегуляция чуть по-другому начала работать.

— Мне кажется, что у меня температура тела стала ниже, чем положенные тридцать шесть и шесть. Но если так, то и жара должна тяжелее переноситься. Хм.

Кира достала градусник и зажала его в подмышке. Ртутный столбик замер на делении «тридцать пять и восемь» и даже спустя пять минут не сдвинулся выше.

— Ого… Почти на градус ниже нормальной. Раньше всегда чётко тридцать шесть и шесть было.

Ключ в двери повернулся, и вошла Таша.

— Привет! Фу-у… Ну и жарища! — выдохнула соседка. Таша разулась, шагнула до «кухни», налила себе из специального кувшинчика для кипячёной воды и шумно выпила. — В автобусе просто ад… О, Кира, всё спросить у тебя хотела, каким ты дезодорантом пользуешься? Я вот чем только не мажусь, а потею, как свинья…

— Свиньи не потеют, — машинально ответила Кира.

— А?

— Эм… Просто свиньи не потеют, их терморегуляция происходит только за счёт дыхания и валяния в грязи, а вот лошади — да, потеют, как и люди, всем телом, — пояснила она соседке. — У нас как-то вопрос такой был на играх, и почти все его провалили.

Кира смолчала, что Андрей знал и их команда ответила, а ей запомнился этот странный факт.

— Тогда я как потнючая загнанная лошадь с самого утра, — со смешком фыркнула Таша. — Да уж…

— Да уж… — повторила Кира. — А дезодорант… У меня есть какой-то, но я, если честно, им не пользуюсь.

— Да? — удивилась Таша.

— Да, — кивнула Кира, отмечая про себя и эту особенность своего организма, про которую она не могла вспомнить, было ли так раньше, до вселения Грима, или нет. Но если поразмыслить, пот выделяется, чтобы охладить тело. А если её тело и так холоднее, чем норма?

— Блин, везёт тебе тогда, — вздохнула Таша, — пойду быстро сбегаю, душ приму внизу. А то просто фу.

— Грим, я же действительно не потею… — когда соседка ушла, сказала Кира. — Тоже твоя работа?

— Не моя. Просто тело всегда подстраивается под