Гамбит - Татьяна Богатырева

– Нет, лучше не улыбайся, – вздохнул Брандон и обратил королевский взор на зеленые дубы вдоль дороги и непуганых ворон. – И невесте не улыбайся, а то сбежит от такого счастья.

«И порушит всю мою изящную партию», – мысленно продолжил за него Сакс.

Честно говоря, придуманной Брандоном в прошлом году изящной партии ему и самому было жаль, но не настолько, чтобы безропотно жениться Ллир знает на ком. Для него старшая дочь лорда Регана – того самого, что помог выловить заговорщиков, – была ничуть не лучше и не хуже всех прочих леди, а проще говоря, даром не нужна и с приплатой не нужна. Ни на ком, кроме Лиле, он жениться не собирался, пусть даже ему придется ждать ее еще двадцать лет. Только Брандон впервые даже не стал слушать Саксовых возражений, а мягко и тихо сказал:

– Ты женишься на леди Реган. Это не обсуждается.

И, лишь когда Сакс полностью осознал, что сейчас с ним говорит король, а не побратим, налил ему кружку наливки, усадил в кресло и объяснил почему.

– Реган – опора и поддержка дядюшки. Последний потомок древнего рода, его дед был другом моего деда, прадед – прадеда. И хоть нынешний лорд мало похож на предков, гонору у него воз, а лорды традиционно к нему прислушиваются. Самого лорда интересует не столько политика, сколько удачные партии для четырех дочерей и разоренные луайонцами земли. Дядюшка кормит его обещаниями, а я прямо сейчас дам то, о чем он мечтает: тана в зятья и приданое остальным дочерям. Заодно ты будешь уверен, что твою жену сторонники Мэйтланда не используют как заложницу.

Подождал, не ответит ли Сакс, – не дождался. Досадливо нахмурился.

– Ты думаешь о своей фейри, так? Что вернется. Так для фейри «уйти ненадолго» может значить лет на сто. А танству нужен наследник, сейчас нужен, а не через сто лет! Я, между прочим, ради тебя возродил старый обычай: наследование танства Эллисдайр только по прямой линии. На всякий случай.

Еще подождал, сунул Саксу в руки уже весь кувшин.

– Не прямо же сейчас ты женишься. Сейчас – только помолвка. Свадьбу устроим через год, после праздника урожая. И вообще, ты невесту даже не видел толком. Глядишь, еще понравится.

Сакс только вздохнул. Не сторонников у дядюшки надо переманивать! Надо было аккуратно устранить самого Мэйтланда еще три года назад. Когда до тана Мэйт-ланда окончательно дошло, что король-то – не жеребенок. Советов уже не слушает, на лордовские вольности посягает. А когда дядюшка напомнил, кому Брандон обязан короной и кто тут вообще-то старший, тот послал дядюшку в Шаннон. Ясное дело, такого тан простить не мог, так что Брандон скоро пожалел о своем милосердии: у дядюшки богатый опыт составления заговоров и разжигания мятежей. И этот опыт он тут же использовал против племянника (благо, лорды и так были недовольны королевской политикой), не забывая сокрушаться, что богами данный король всем хорош, вот только зря слушает не тана Мэйтланда, а безродного выскочку Браконьера. Его ж придумка: право первой ночи отменить, налоги ограничить, лордовский суд заменить королевскими судьями – куда ж годится такое слушать?

Надо, надо было сразу. Прямых наследников у Мэйт-ланда нет, земли перешли бы ко второму сыну Белинды. А так получили недовольных лордов, волнения и заговорщиков. И вот теперь – невесту, дери ее сворой.

К счастью, в первый же вечер с невестой Сакс не встретился, лорд Реган оставил ее на весь вечер в покоях, чтоб отдохнула с дороги. Зато вниманием Сакса тут же завладели Кирановы старшие мальчишки, разбойники пяти и восьми лет от роду. Они страшно гордились отцовым прозванием «Браконьер», безо всякого почтения требовали от дяди Сакса показать большой нож, пострелять с ними из лука, рассказать про «взаправдашнюю войну» и удрать на всю ночь в лес, искать настоящих фейри.

На лесе вмешался Киран, шикнул на сыновей и велел отправляться к учителю, читать про фейри, раз уж так интересно.

– Чтобы знали, на что их ловят. А то просидите в лесу без толку. Кстати, фейри по ночам спят, дядя подтвердит.

Сакс подтвердил, пообещал завтра непременно и пострелять, и рассказать. А сейчас, юные лорды, проявите немного сочувствия к не таким юным лордам, которым еще героически терпеть торжественный ужин с речами.

В замке Флейтри пришлось задержаться на неделю. Невесту за это время Сакс видел четырежды: дважды за ужином, один раз в саду (леди прогуливалась в компании младших сестер) и еще раз – в одном из коридоров замка. Леди хлестала по щекам молоденькую испуганную служанку и гадюкой шипела что-то про испорченный воротник. Она так увлеклась, что заметила Сакса, лишь когда он нарочито покашлял.

Прогнав служанку взмахом руки, леди принужденно улыбнулась и поклонилась, подобрав пышные, на луайонский манер, юбки.

Несколько мгновений Сакс рассматривал ее – красивую, смуглую, чем-то похожую на фелимку Зульму и в то же время на Белинду, не теперешнюю, счастливую жену и мать, а прежнюю, холодную и надменную. Вспомнилось, как Белинда снисходительно бросила ему в лагере: «Лось!» В глазах этой леди снисходительности не было, а надменности – хоть ложкой ешь. И на будущего мужа она смотрела не как на лося, а как на лягушку.

А свадьба через месяц. Вот удружил Брандон!

Сакс улыбнулся, словно не замечая брезгливости леди, отвесил дежурный комплимент прямиком из учебника по этикету и скорее сбежал.

Оставшийся до свадьбы месяц он невесту не видел. И хорошо. Благо была крайне уважительная причина: негоже жениху отвлекать невесту от подготовки к свадьбе. Он и не отвлекал. Все, что надо было обсудить – содержание будущей супруге, гостей, свадебные подарки и прочее, – он обсуждал с лордом Реганом. Тот едва не лопался от самодовольства: как же, такая партия, сам тан Эллисдайр! Про Саксово крестьянское происхождение лорды уже лет пять как предпочли забыть, зато едва не каждый второй громко, чтоб до тана Эллисдайра непременно слух дошел, поминал, как их почтенные отцы с лордом Оквудом – сэром в высшей степени благородным и полным всяческих достоинств – охотились, бились на турнирах или просто вместе пили. Вот бы удивился дед, если б узнал!

Снова Сакс увидел невесту лишь на свадьбе. Пышной, многолюдной: поздравить тана Эллисдайра с обретением столь красивой и благородной супруги собрался чуть не весь Тейрон. Из полутора сотен гостей Сакс был рад видеть десяток, не больше. Остальные явились лишь потому, что не явиться не могли. Тан Эллисдайр – сволочь по-крестьянски злопамятная, не подлижешься – неприятностей не оберешься. Тьфу.

Свадьбу играли по старому обычаю – не по луайонскому, который так прилип к лордам, что отодрать было невозможно, разве что с кожей. Но против таких суровых мер возражал Брандон, хоть Сакс ему и твердил, что змеиное гнездо миром не вывести. Будущая леди Оквуд была хороша, как обихоженная к продаже племенная кобыла: шкура блестит, копыта начищены, грива расчесана… Всю свадьбу Саксу с тоской вспоминалась «Золотая шпора», где довольно было заплатить золотом, и никто не приставал с речами и не требовал за кобылку отдаться с потрохами.