Перекресток времен. Новые россы - Андрей Захаров

- Это смотря как посчитать. - загадкой ответил Ярцев.

- Поясните, пожалуйста.

- Ну, если перерезать всех коров, коз и лошадей, то мяса на всех хватит и не на один месяц. А если никого не трогать, то консервов осталось дня на два, да плюс крупы и картошка на четыре дня. Рыбы немного осталось. Лошадь, что сегодня ноги сломала при спуске, пришлось пристрелить и на мясо пустить. По куску мяса на всех не хватит, так мы с женщинами решили мясной бульон делать, он силы тоже придает. Но резать животных я пока не считаю необходимым. Сильно они исхудали. Надо бы им на этой травке подкормиться, благо ее на несколько дней хватит. Коровки молочко для раненых и детишек дадут, рыбки еще попробуем наловить, если она здесь, конечно, водится… Правда, соли у нас маловато. Придется экономить.

- Бульон и каши это хорошо, а что у нас с хлебом? - поинтересовался Бондарев.

- С хлебом дела не важные. Лепешек и сухарей немного осталось. Мука есть, но условий для выпечки хлеба нет. Холодно, закваски не сделаешь, да и дров мало. На пару дней хватит и то, если экономно расходовать. Весь местный лесок уже подчистую вырубили. Да и печи у нас нет, а на костре не получится.

- Разрешите, товарищ подполковник? - подал голос лейтенант Григоров и, после кивка Уварова, продолжил. - У нас есть полуторка с завхозом райкома партии Дрынько…

- Так что вы, господин подпоручик, его вместо дров нам хотите предложить? - усмехнулся Новицкий, покручивая свои усы. - Никогда еще не ел бульон, приготовленный на комиссарском теле!

- Я сейчас кому-то суп на белогвардейском теле приготовлю! - вскрикнул политрук Жидков и направил свой автомат в грудь ротмистру.

Несмотря на это, Новицкий даже не шелохнулся, а по-прежнему с усмешкой на лице смотрел на происходящее.

- Прекратить немедленно! - скомандовал Уваров. - Не хватало нам еще здесь разборки между собой устраивать! Жидков, уберите оружие, на вас бойцы смотрят! А вы, ротмистр, больше так не шутите. И так у всех нервы на пределе. Гражданская война закончилась и осталась там, в том мире. Да и здесь нам нечего делить. Надо вместе выбираться, а не убивать друг друга. Что вы хотели сказать, Григоров?

- Этот Дрынько везет в своем грузовике архив райкома. В этом мире он уже никому не нужен, стал макулатурой. Но это - бумага, много бумаги, с его слов, полный кузов. Если ее плотно сложить, то она хорошо и долго гореть будет. Не хуже дров. - предложил Андрей.

- Предложение принимается. Никита Савельевич и вы, Игорь Саввич, займитесь этим вопросом. - решил Уваров.

- Нехорошо, господин ротмистр и вы, товарищ политрук, в столь трудный для всех нас час, ссору между собой затевать. Не по-людски это и не по-божески. Грех это. - урезонил Новицкого с Жидковым священник, затем обратился ко всем присутствующим. - Отдых людям потребен, а то скоро пожирать друг друга будут аки пауки в банке.

- Я также поддерживаю отца Михаила и настаиваю на отдыхе. Люди на пределе своих физических и психических сил, возможны различные нервные срывы и новые смерти. У всех в руках оружие, все может произойти. - выступил вперед Баюлис. - Мне раненых необходимо нормально осмотреть. Многим перевязки надо сделать, а в таких условиях, на ходу, это просто невозможно. Кроме того, у меня женщина беременная имеется, ей рожать скоро…

- Это когда же вы доктор успели, а? - решил пошутить и разрядить обстановку Антоненко-старший. - Вот так доверяй вам женщин! Не успел оглянуться, а уже и беременная появилась!

Все присутствующие переключили свое внимание на Баюлиса и заулыбались, хоть глупой, но простой шутке.

- Она беременной еще до меня сюда попала! - возмутился Янис Людвигович, принимая всерьез сказанные в его адрес слова. - Если вы не знаете, то сообщаю вам, что от зачатия до родов промежуток времени в девять месяцев! Вы бы лучше дорогу искали, чем зубы скалить, господин Антоненко! И не смешно! Птьфу на вас!

- А я уже нашел. Вот только завтра кое-что уточнить надо. - с улыбкой ответил Николай. Он понимал, что в такой накаленной обстановке людям надо дать надежду на спасение, шанс на выход из тупиковой ситуации. Хотя бы уверенно пообещать, а там видно будет…

- Хорошо. Давайте дальше. Начальник связи, что у нас в эфире? - спросил Уваров у Дулевича.

- Ничего, товарищ подполковник. Эфир по-прежнему чист. - доложил старший лейтенант. - Я своим ребятам приказал при первой же возможности прослушивать все. Но пока безрезультатно. Все средства связи работают исправно. Имеется запас батарей. На складе нашли.

- Успели хоть телефоны и кабель из котлована снять?

- Телефонные аппараты успели, а вот кабель нет. Некогда было. Но нам и оставшегося с лихвой хватит.

- Понятно. Следующий…

Командиры и сержанты по очереди доложили Уварову о состоянии дел в своих подразделениях. Отец Михаил рассказал о положении гражданских и их настроениях. Все сводилось к тому, что завтра продолжить движение было практически невозможно.

Выслушав всех, Уваров принял решение:

- Слушай приказ. Весь завтрашний день объявляется одновременно выходным и парко-хозяйственным днем. С утра людей не будить. Пусть отсыпаются. После завтрака, всем заняться приведением себя в порядок. Проверить лошадей, подводы, технику и оружие. Товарища Ярцева вместе с вами господин капитан, - обратился Уваров к Невзорову. - Я попрошу уточнить весь запас продовольствия, все что имеется, вплоть до последнего зернышка. Возможно нам придется задержаться здесь не один день, а все два. Людям действительно нужна передышка. Все. Разойдись.

Олег попросил остаться только старшего лейтенанта Бажина, своего друга Николая и ротмистра Новицкого.

- Товарищ старший лейтенант, - обратился он к Бажину. - Где бы мы не находились, но караульную службу никто не отменял. Поэтому, прошу вас организовать охранение нашего лагеря. Вместе с лейтенантом Поповым отберите ответственных и надежных людей. Выставьте часовых, с таким расчетом, чтобы все могли нормально отдохнуть. Все. Исполняйте.

Когда, козырнувший Бажин ушел, Уваров обратился к ротмистру Новицкому:

- Михаил Николаевич, я понимаю вашу нелюбовь к большевикам и даже догадываюсь почему. Историю в свое время изучал. Но прошу вас, впредь не допускать подобных эксцессов. Новая гражданская война нам не к чему. Все, кто оказался здесь, в этом не виноваты. Все, что было там, уже не вернешь. Я не прошу вас всех любить. Я прошу перестать ненавидеть. Согласны вы с этим?

Новицкий внимательно посмотрел прямо в глаза стоящему перед ним старшего по возрасту, да и по званию человека, хоть и из другого мира. Ни один мускул не вздрогнул на его лице. Что сейчас происходило в душе ротмистра, было известно только ему одному и богу. Эти "смотрины" продолжались с минуту. Наконец, ротмистр медленно поднял правую руку, подкрутил свои гусарские усики и кивнув головой, четко произнес:

- Слушаюсь, господин полковник. Обещаю впредь внешне не показывать свою неприязнь к красным. Но свои мысли о них, я все же оставлю при себе. Вы из времени, когда большевики проиграли и только поэтому, я принимаю вашу просьбу. Разрешите идти?

- У меня к вам еще две просьбы, ротмистр.

- Приказывайте.

- Я не хочу сейчас вам приказывать, а просто прошу.

- Я вас слушаю. - смягчился Новицкий.

- Прошу организовать ваших казаков для выпаса лошадей и скота. Лучше их это никто не сделает. Это первое. Вторая просьба заключается в следующем. Честно признаюсь вам, что мы еще не нашли выход отсюда. Но нашли вход под окружающую нас гряду. Завтра Николай Тимофеевич со своими людьми проверит его. Вас же я прошу подняться на гряду и пройтись по ней сверху. Может быть что-то и найдете. Заодно и проверите, сможем ли мы там пройти со своим транспортом. Вот такие у меня две просьбы. Не возражаете?

- Приму за честь их исполнить. Разрешите идти?

- Да. Вы свободны.

- Честь имею.

Когда Новицкий ушел, Олег повернулся к другу:

- Вот такие люди были раньше, Коля. Ему ствол в грудь, а он даже и не моргнул. И как они в гражданскую-то проиграли?!

- Разобщены были. Каждый тянул одеяло в свою сторону. Деникин к себе, Колчак к себе и Юденич тоже. Каждый мнил из себя единственным спасителем России. Вот и доигрались. Да еще и со стороны простого народа поддержки у них не было. Белые хотели вернуть старое, а народ хотел жить по-новому. Вот у них и не получилось. А большевики наобещали народу того, чего тот желал, поэтому и выиграли. Хотя потом и обманули. - негромко пояснил Антоненко. - У меня ведь тесть, историком был, вот иногда и просвещал меня, неуча.