Светоносный - Rorshas

— Дамблёдорр. Надеюсь, ви пребываете в добром зд’гавии?

Произнесла мадам Максим грудным голосом, в довольно ехидной манере.

— Спасибо. Я в превосходной форме.

Не менее вежливо и не менее едко ответил ей Директор.

— Мои ученики.

Произнесла мадам Максим небрежно махнув рукой. И большая часть здесь присутствующих, чьё внимание было приковано к мадам Максим, только теперь заметили вышедших из кареты подростков лет пятнадцати-шестнадцати. Среди них сильно выделялись две девушки. Одна была заметно старше остальных, а другая нечеловечески красива. Вторая, скорее всего Флер Делакур, но кто же первая?

Всего на турнир прибыло десятка полтора французских участников, и все они дрожали от холода в мантиях из тонкого шелка. Вдруг, я почувствовал как рядом со мной кто-то творит заклинание. Оглянувшись, я увидел как Джеймс, видно поддавшись жалости, начал создавать согревающие чары, дабы помочь нашим гостям. Однако, я не дал ему этого сделать, а на вопросительный взгляд Джеймса тихо ответил:

— Я понимаю, тобой движет благородство, однако сейчас оно излишне. Никто не оценит твой жест, напротив, это будет расцениваться как жесточайшее нарушение всех гласных и негласных правил. Сам посуди, как бы ты отреагировал, если бы на тебя попытались воздействовать каким либо заклинанием, суть которого тебе неизвестна?

Увидев в глазах своего подопечного понимание я продолжил:

— Вот то-то и оно. Подобное строго запрещено, особенно на официальных встречах, так как подобный жест может быть воспринят как акт агрессии или оскорбление. Да и просто не приветствуется подобное, особенно среди незнакомых тебе людей.

Пока я объяснял Джеймсу нюансы этикета Магического мира, Директор и Директриса продолжили свой разговор:

— Ка’г-ка’гов уже приехал?

— С минуты на минуту ждём. Вы его будете здесь приветствовать или пойдете сразу в замок?

— Лучше пойдем в замок. Тут у вас холодно. Только вот кони…

— Наш преподаватель ухода за магическими существами сочтёт за счастье о них позаботиться. Он вот-вот вернётся, только уладит небольшое недоразумение. Его… э-э… подопечные требуют повышенного внимания.

— Моим коням нужен сильный конюший. Они ошшень к’гепкие.

— Уж поверьте, кому-кому, а Хагриду эта работенка по плечу.

— Ошшень хо’гошо! Пе'гедайте, пожалуйста, мсье 'Агриду что пьют мои кони только ячменный виски.

— Непременно передам.

На этом их разговор завершился и мадам Максим, величаво махнув своим ученикам, последовала в замок, а мы продолжили своё ожидание.

Холод начал пробирать до костей, и многие из учеников уже изъявили желание вернуться в замок. Кто-то поглядывал на небо. Тишину нарушали только фырканье и стук подков золотых коней мадам Максим.

— Слышите?

Воскликнул кто-то в толпе. Откуда-то из темноты донесся престранный звук — погромыхивание, сопровождаемое всасывающим хлюпаньем, как если бы гигантский пылесос двигался по речному руслу

— Озеро! Гляньте на озеро.

Стоя на возвышении у замка, все присутствующие отчетливо видели внизу черную гладь воды, которую теперь уже нельзя было назвать гладью. В середине озера появились завихрения, затем огромные пузыри, глинистый берег захлестнули волны, и вдруг в самом центре возникла воронка, как будто прямо в центре озера, в мгновение ока, образовался водоворот. Из самого его центра медленно поднималась мачта. Величественный корабль неторопливо всплывал из воды, мерцая в лунном свете. У него был странный скелетоподобный вид, как у воскресшего утопленника. Тусклые огни иллюминаторов походили на светящиеся глаза призрака. С оглушительным всплеском корабль наконец весь вынырнул и, покачиваясь на бурлящей воде, заскользил к берегу. Вскоре раздался звук брошенного на мелководье якоря, и на берег спустили трап. С борта потянулись пассажиры, и в иллюминаторах замелькали движущиеся фигуры. Но вот, спустя пару минут, они вошли в падающий из окон замка свет. Человек, шедший первым, был одет в дорогие меха — гладкие, блестящие, серебристые, под стать его волосам.

— Дамблдор!

Радостно воскликнул он, поднимаясь по склону.

— Как поживаете, любезный друг?

— Благодарю, прекрасно, профессор Каркаров.

Голос у Каркарова был бархатный, с льстивой ноткой. Высокий, худой, как и Дамблдор, но седина короткая, а козлиная бородка с завитком на конце едва скрывает безвольный подбородок Подойдя к Дамблдору он взял его руки в свои и крепко тряхнул.

— Старый добрый Хогвартс. Как хорошо снова быть здесь… Как хорошо… Виктор, иди сюда. В тепло. Вы не против, Дамблдор? Виктор немного простыл…

Каркаров поманил одного из учеников, тот подошел. Крупный, с горбинкой нос, густые черные брови… Несколько человек рядом со мной дернулись и стали о чем-то яростно перешептываться. Хм, а это, судя по всему, Виктор Крам, что ж, все действующие лица собрались, начнём же представление.

Хогвартцы ровным строем поднимались вслед за гостями по каменным ступеням. Отовсюду слышались восторженные возгласы. В холле я заметил паренька, который прыгал на цыпочках, чтобы мельком узреть затылок Крама, а шестикурсницы лихорадочно шарили в складках мантий и удрученно приговаривали:

— Не может быть! У меня нет с собой ни одного пера! Что же делать? Может, он подпишет шляпу губной помадой?

Магия, если с появлением Крама, эти настырные девицы переключают своё внимание на него, то мне нужно будет его как-нибудь отблагодарить.

Когда все ученики подошли к своим столам, начали рассаживаться и гости. Ученики и ученицы Шармбатона уже сидели за столом Когтеврана, мрачно озираясь по сторонам. Головы у троих были все ещё замотаны теплыми шарфами. Дурмстранговцы сняв свои лохматые шубы, сели за стол Слизерина и с любопытством разглядывали темный потолок, усеянный звездами. Некоторые, не скрывая восхищения, вертели в руках золотые тарелки и кубки. Завхоз Филч, надевший в честь праздника старый, потертый фрак, добавил к профессорскому столу ещё пять кресел — два слева и три справа от Дамблдора.

Наконец все заняли свои места, и к профессорскому столу потянулись преподаватели, шествие замыкали профессор Дамблдор, профессор Каркаров и мадам Максим, в сопровождении той самой молодой девушки, что я приметил в самом начале. Увидев своего директора, шармбатонцы поспешили встать. За соседними столами раздались смешки. Но подопечные мадам Максим невозмутимо оставались на ногах, покуда великанша не опустилась в кресло по левую руку от Дамблдора, стоявшего за столом в ожидании тишины.

— Добрый вечер, леди, джентльмены, привидения, а главное, наши гости. С превеликим удовольствием приветствую вас в Хогвартсе! Уверен, что вы хорошо проведете у нас время. Не сомневаюсь, вы уже успели оценить удобства нашего замка!

При этих словах одна из шармбатонских девушек, у которой на голове все ещё был шарф, громко хихикнула, однако Дамблдор продолжил говорить, как ни в чем не бывало:

— Официальное открытие Турнира состоится сегодня вечером, сразу же после ужина. Угощайтесь, дорогие друзья. Ешьте, пейте и чувствуйте себя как дома!

Закончив свою речь Дамблдор сел, а