Французский поцелуй - Фиона Уокер

— Эй, ребята, что там у вас? — спросил он с зажатым в зубах карандашом.

— Небольшие технические проблемы, дружище! — крикнул в ответ Маркус. — К пятнице все уладим.

— Конечно, — рассмеялся Тодд. — Можете взять мой плеер, если ничего не получится. Будем слушать по очереди.

Тут энергично вошел Майкл.

— Ну что, не работает?

— Полный отстой, дружище, не функционирует.

— Не функционирует, — поправил Майкл и начал осматривать навороченное оборудование, задумчиво жуя кончик трубки. — А пробовали нажимать кнопку со значком «вкл»? — он потянулся и нажал кнопку.

Неожиданно вся огромная куча громкоговорителей и лазерных экранов словно бы взорвалась. Появилась мощная, разрывающая барабанные перепонки обратная связь, от которой весь старый амбар содрогнулся до основания, затем добавилось громкое жужжание, похожее на армию саранчи, залетевшую в громкоговорители. За этим последовало нечто, напоминающее предсмертные крики животных, которых забивали дубинками в ритме барабанной дроби. Заработало!

Маркус и Уилтшер радостно заулюлюкали и начали двигать бедрами, притопывать ногами и вскидывать руки. Майкл заткнул уши. Тодд вцепился в балкон, который от шума опасно закачался. Рутер завыл и, скуля, убежал прочь. Алги разрыдался.

Без предупреждения и с оглушающим взрывом, от которого Майкл кинулся на пол с криком «Воздушная тревога!», музыка прекратилась, оставив после себя тишину, от которой звенело в ушах, и сильный запах горелой проводки.

— Папа! Мама! Телевизор сломался! — Том вихрем влетел из соседней комнаты.

— О господи! — Салли в отчаянии закатила глаза.

— Спасибо, Том. — Мэтти встал и направился к двери. Он повернулся к Салли. — Поговорим позже. Я знаю, тебе нужно многое мне сказать. Но я сейчас не готов это выслушать. Потом, хорошо?

И он ушел.

Том неуверенно посмотрел на Салли.

— Мама, почему папа плакал?

Она отвернулась, чтобы сын не увидел, что и она тоже плакала.

— Я что-то сделал не так? — голос Тома задрожал, и он вцепился в ее юбку.

Салли печально засмеялась.

— Ты так похож на своего отца, так похож.

Она посмотрела на сына и улыбнулась ему сквозь слезы. Том обхватил ноги матери, хотя ничего и не понял. У двери раздался звук каблучков Александры.

— Старый рубильник отключился, — пояснила она. — Я как раз иду в подвал, чтобы включить его обратно. София в ярости. Она как раз отправляла факс принцессе Маргарет.

Найл уже собирался объяснить Тэш, что он очень ценит ее дружбу и откровенность, когда потух свет. Конюшня вмиг погрузилась в абсолютную темноту. Сноб яростно заржал и ударил копытами о дверь.

— Тихо, тихо, — слабо прошептала Тэш. — Надеюсь, он не поранился. Ш-ш-ш, успокойся, дорогой, все хорошо…

Ее голос изменился, теперь он звучал, как низкий нежный шепот, она пыталась успокоить испуганное животное.

Найл прислушался. Она была такой нежной и чувствительной. Такой бескорыстной. Он чувствовал ее запах рядом с собой, легкий, успокаивающий смешанный аромат мыла, масла для загара и средства от насекомых. Ему хотелось свернуться в клубочек, подальше ото всех, и слушать этот утешающий голос, повторяющий, что все будет хорошо. Она была как тихая младшая сестренка, всегда готовая выслушать и понять.

А тем временем Тэш потихоньку плакала. Хуго предложил ей свои уроки единственно в качестве одолжения приятелю, и даже тогда он использовал все ради собственной выгоды. Она наивно считала, что это своего рода поединок, а он, оказывается, всего лишь унижал ее за то, что терял с ней время.

И Найл. Найл подружился с ней только из чувства вины. И то, что она поведала ему о своих проблемах, только усугубило ситуацию, как будто брошенная собака привязалась к доброму человеку, страдающему аллергией на мех и шерсть.

Горячие слезы обжигали ее пыльные щеки. Теперь Тэш знала наверняка — то, чего она больше всего боялась, произошло. Медленно, почти не осознавая этого, она начала влюбляться в Найла.

Ей хотелось, чтобы он ушел. Она болезненно ощущала его присутствие рядом. Когда ее переполненные слезами глаза снова начали различать предметы, она увидела, что Сноб вовсе не испуган. Конь вернулся к своей соломе. Она перестала его успокаивать и стояла в тишине, мечтая, чтобы Найл ушел.

— Тэш, я хочу, чтобы ты кое-что поняла. — От звука его голоса она отпрянула. — Я знаю, что сам все испортил, пытаясь помочь тебе, но я действительно всего лишь хотел помочь. Помочь. Раньше у меня это хорошо получалось. Я не знаю, что случилось теперь… я…

Он замолчал.

— Тебе не о чем беспокоиться, — голос Тэш был глухим и суровым от слез. — Я не нуждаюсь в благотворительности.

Из носа текло, но она боялась шмыгнуть, чтобы Найл не догадался, что она плачет.

— О, ради бога, Тэш…

С громким жужжанием снова вспыхнул свет. Атмосфера сразу же изменилась: интимная исповедальня превратилась в пыльное помещение. Найл замолчал и уставился и спину Тэш. Она наклонила голову. Ее волосы, как обычно, выбивались из хвостика на затылке. Сзади на штанах пятна от травы. Внезапно ему очень захотелось прикоснуться к ней.

— Разве ты не слышал, что девушка сказала, Найл? — послышался от двери резкий голос.

Найл обернулся. В дверном проходе стояла Аманда, одетая в облегающий кроваво-красный топ и черные шифоновые бермуды. Ее глаза, подведенные черным карандашом, опасно сверкали. Маленький дерзкий рот накрашен темно-красной помадой, а светлые волосы зачесаны назад, под толстый черный тюрбан. «Она смахивает на красивую ведьму», — подумал Найл.

Аманда стояла лицом к ним, хрупкая, сексуальная и ужасающе злая. Найлу захотелось убежать. Он посмотрел на Тэш, но та не повернулась, ее плечи были скорбно сгорблены.

— Ну и? — Аманда нетерпеливо притопывала высоким каблуком. — Мы едем обедать, или ты забыл?

Найл не был уверен, что приглашал ее на обед. И ему совсем не хотелось никуда ехать. Ему нужно объясниться с Тэш. Но Аманда выглядела ужасно разъяренной. Лучше не спорить. Он не может вечно от нее прятаться.

Слегка похлопав Тэш по плечу, от чего та вздрогнула, он печально побрел наружу.

Александра мыла руки. Полли сидела на ее кровати, свесив ноги, и наблюдала за матерью сквозь густые черные ресницы. Ее шляпа небрежно сползла на один глаз.

— София говорит, что мне нельзя одеться на праздник ковбоем, маман. Она говорит, что я должна нарядиться дояркой.

— Дояркой? Очень мило.

Александра выглянула в окно и увидела, как Найл и какая-то женщина в тюрбане сели в «мерседес». Присмотревшись, она поняла, что эта была та маленькая блондинка с острым язычком. Александра не понимала, как чувствительный человек вроде Найла мог общаться с Амандой Фрейзер-Роберте. Может, она на самом деле лучше, чем показалось Александре?