Ваш любимый доктор, или Дело всей жизни - Соня Марей

там, на веранде? – пискнул тиин у меня над ухом, и я вздрогнула, повернула голову.

Под навесом уютной кафешки за столиком сидели Делла и Йен, о чем-то мирно беседуя.

– Гляди, они мороженое едят, я тоже хочу! Давай притормозим, – Пискун хотел было ринуться к ним, но я его осадила:

– Друг мой, у тебя совсем нет чувства такта. Зачем мешать влюбленным? Поехали домой, по пути все купим.

И поспешила направить магоход дальше по улице, пока нас не заметили. На моем лице сияла улыбка. Как все-таки славно, я рада за ребят. Буду держать кулачки, чтобы у них все получилось!

* * *

Отдыхать долго я не могла, даже если бы и хотела. На следующее утро мы с нейтом Клавиусом отправилась в госпиталь благой Валиры, чтобы принять работу. Если я заведовала медицинской частью, Клавиус отвечал за все остальное. Глядя на то, что меня окружало: на эти гладкие светлые стены и просторные палаты, широкие окна, новую мебель, блестящие инструменты, я чувствовала гордость и радость. Коридоры были тихими и пустынными, их наполняло гулкое эхо, но это пока. Уже скоро по ним будут сновать пациенты и работники.

Самое большое крыло было отведено под отделение акушерско-гинекологической помощи или, говоря простым языком, «женское». Крыло поменьше я оставила для хирургии и травмы, чтобы разгрузить гильдийский госпиталь, а теперь вообще задумалась над тем, чтобы построить инфекционную больницу где-нибудь за городом, на лоне природы.

– Вот скажи, ты нормальная? – поинтересовался Пискун, приземлившись мне на голову после очередного кульбита. Он постучал лапкой по макушке и выдал: – На кой тебе это нужно? Заняться больше нечем?

– Это всего лишь планы, ничего более! – принялась оправдываться я. – Не можем же мы смешивать всех подряд: рожениц с туберкулезными или, скажем, холерными. А организацию всего можно повесить на Сальвадора и Клавиуса, они прекрасно себя показали.

Пушистый друг протяжно выдохнул и растекся по мне синей лужицей.

– Ну а потом мы с тобой откроем детскую больницу!

Пискун издал ультразвуковой визг и вылетел в раскрытое окно, а я, посмеиваясь, поднялась на второй этаж. Там находилось детское отделение, три операционных и мой кабинет. У окна с нежно-розовыми тюлевыми занавесками стоял стол из светлого дерева, стеллаж я собиралась забить книгами, а на удобном диване, подушки для которого мне подарила Грэта, планировала отдыхать между операциями. Я примостилась на краешек и вздохнула. Красота! Осталось только завести любимую кружку.

Немного передохнув, отправилась дальше. В пристройке к основному корпусу располагалась кухня со столовой, комнаты персонала и небольшое общежитие для прибывших на учебу: три комнатки на четыре персоны. Надеюсь, на первое время хватит.

Чуть дальше стояло небольшое приземистое здание, где я собиралась организовать лабораторию для ценных сотрудников: Сальвадора и Ули. Естественно, здесь не будет проходить опасных экспериментов с инфекциями, нейт Эйле клятвенно обещал.

По тропинке я поспешила к прачечной и хозблоку, возле входа в который меня встречал старый знакомый. Он больше не походил на того тощего человека с потерянным взглядом, в нем появилась уверенность, плечи развернулись, а спина выпрямилась. Бывший пациент похорошел и разрумянился.

– Тай! Рада тебя видеть! – я остановилась возле парня и коснулась его плеча.

– А я-то как рад, нейра. Вот, явился на ваш зов, не опоздал. Даже приоделся немного, – он коснулся новой белой рубашки.

– Ну и славненько. А как нога? Ох, да с твоим протезом хоть на бал.

Тай покраснел и опустил взгляд.

– Мне ребята помогли, сам бы я не смог его купить. Но я обязательно все отдам! Хочу как можно скорей приступить к работе, расскажите, что я должен делать.

Его пыл обрадовал, и вместе мы прошлись по хозблоку и стерилизационной, где стояло несколько внушительных печей, раковины для замачивания, лотки для инструментов и биксы.

– Вот здесь надо обрабатывать инструментарий, я называю эти приборы сухожаровыми шкафами, – объясняла своему подопечному, открывая и закрывая дверцы. – Ты не пугайся, скоро возьмем людей тебе в помощь, еще и командовать над ними будешь.

Он сдержанно рассмеялся.

– Разве когда-то я мог об этом мечтать? – спросил со скромной улыбкой. – Я совсем не помню своих родителей, вырос на улице. А теперь есть возможность стать кому-то нужным. Даже… уважаемым человеком.

В эти моменты я и правда чувствовала себя доброй феей, поэтому решила добить последней новостью:

– Ах да! У тебя еще своя комната будет, не придется больше ночевать в приюте или в квартире у практикантов.

– Я даже не знаю, как вас благодарить! – глаза его сверкнули, он сложил руки на груди и поклонился.

– Ладно тебе, прекрати, Тай. Поболтали и хватит! Я закончила инструктаж, теперь за дело, товарищ Отто! Совсем скоро тут будет наплыв народа, надо как можно быстрей все подготовить.

И ушла, оставив нового сотрудника. Он парень сообразительный, обязательно справится.

– Нейра Эллен! – меня догнал нейт Клавиус со стопкой бумаг. – Я нанял еще несколько помощников. Шесть человек санитарами, две женщины прачками, одна из которых разбирается в бытовой магии. Также пришли заявки от трех нянечек для детей и письмо от повитухи из Санвилля – это городок южнее нашего. А еще к нам просятся два лекаря, но это не все. Я… – он сделал таинственную паузу, блеснув стеклами очков, – …отправлял запрос в Академию Магию, и сегодня оттуда пришел ответ!

Я замерла, чувствуя какой-то подвох. Спасибо, наелась этими «академиками», больше не хочу. Но Клавиус так широко улыбался, что напряжение прошло само собой.

– К нам согласилась приехать молодая магичка, она в прошлом году закончила учебу. Специализируется на обращении с новорожденными детьми. Как вам моя идея?

Еще одна магичка в Левилле. Это же замечательно! А то, что женщина, и что молодая – огромный плюс.

– И когда она прибудет? – спросила я, сжимая пальцы в радостном предвкушении.

– Обещалась в начале осени.

– Спасибо огромное, нейт Клавиус! Не знаю, что бы я без вас делала, вы лучший организатор на свете!

Я благодарила его от всей души. Хороший он человек, предприимчивый. Мне было стыдно, что в первую встречу посчитала его занудой.

Спустя час я встречала новых сотрудников. С кем-то мы успели переговорить заранее, приходил даже народ с улицы, ничего не смыслящий в медицине. Некоторых, к сожалению, пришлось развернуть. Но то, что столько людей хотят к нам устроиться, радовало.

– Доброго утречка, нейра Эллен! – порог переступила нейра Матильда из детского отделения старого госпиталя. За ней семенили пятеро нянечек, которых та увела за собой.

Женщины с любопытством оглядывались и перешептывались, скромно опуская глаза, когда я с ними заговаривала.

– А вы все в делах да в делах,