Страсть по завещанию - Сабрина Джеффрис

Виконт предложил ей руку, и она приняла ее. Сделав знак кучеру следовать за ними, он повел ее к дому.

— Вы сегодня очень красивы.

— Спасибо. — Теперь улыбка получилась более искренней. Он не виноват, что она не испытывает к нему никаких романтических чувств, и потому он заслуживает вежливого обращения.

— Вас окружает какой-то волшебный ореол. Вы — как лесная нимфа. Или фея.

Почему она всегда напоминает мужчинам какое-нибудь потустороннее создание? И где все они были, когда интересовали ее?

Впрочем, вчера она не лгала Джексону — но ее в самом деле никогда не интересовали светские львы. От людей, подобных виконту, ей хотелось поскорее избавиться. Возможно, ее привлекали мужчины с колючим характером, хотя она до сих пор этого не осознавала.

— Неудивительно, что ваши близкие называют вас Эльфом, — вежливо проговорил он.

— Должна признаться, я ненавижу это прозвище, — раздраженнее, чем ей хотелось бы, отозвалась Селия. — Именно поэтому никто не называет меня так со времен детс…

Она оборвала себя. Откуда ему знать, что ее так называли? Она пригрозила членам семьи, что перестреляет всех, если когда-нибудь услышит это слово.

Ее охватила досада, но она взяла себя в руки и сказала самым приятным тоном, на какой хватило сил:

— Не помню, чтобы меня кто-то называл Эльфом. Кто бы это был, не скажете? Я ему задам. — Она рискнула взглянуть в его лицо. На нем застыла улыбка, правда, весьма фальшивая.

— Уже не помню, — уклончиво отозвался виконт. — Возможно, шел какой-то общий разговор, и вы в этот момент отсутствовали.

— Возможно.

Она была в смятении — только один человек в семье мог так ее называть. У нее в голове родились странные мысли. По возрасту, как определил Джексон, виконт не намного моложе, чем был бы сейчас папа. Она вспомнила разговор с виконтом — о ее родителях и их смерти, как он удивился, услышав, что мама очень любила папу.

Бессмыслица. Если он был маминым любовником, то почему он появился здесь, рискуя быть пойманным? Кроме того, любовником мамы был не португалец. Она бы это запомнила.

Если только…

— Забавно с этими прозвищами, — храбро сказала она. — Вы назвали меня однажды на португальском, и мне показалось, что это прозвучало очень музыкально. Помнится, это означало «милая красавица». Что-то вроде brillhante.

— Я назвал вас светлой душой — alma brillhante, — сказал он и в упор посмотрел на нее странно застывшим вдруг взглядом. — А милая красавица звучит как beleza brillhante.

У Селии перехватило горло, и она отвела глаза, чтобы скрыть испуг. Mia dolce bellezza…

А вдруг это не итальянское выражение, а португальское? Она слышала его в четыре года и думала, что это итальянская фраза. Но слова могут звучать очень похоже. Dolce означает по-итальянски «милая». А если оба слова beleza и bellezza означают «красавица», то скорее всего в португальском есть слово, соответствующее итальянскому слову dolce.

— Может быть, вы думаете о minha doce beleza? — вкрадчиво произнес виконт, словно прочитав ее мысли. — Это означает «моя милая красавица».

Селия взглянула на него, и у нее упало сердце. Он все понял.

— Значит, вы запомнили тот день в детской? — спросил он сдавленным голосом. — Просто не верится. Я надеялся, вы спали или, во всяком случае, забыли после стольких лет, но…

— Я н-не понимаю, о чем вы говорите.

Виконт крепко сжал ее руку и что-то сказал по-португальски своему кучеру.

— Отпустите меня! — Селия попыталась высвободить руку.

Но прежде чем она успела ударить его коленом, как учил ее Джексон, виконт вытащил из кармана пистолет и тихо сказал:

— Я сожалею, миледи, но вам придется поехать со мной.

Кучер остановил лошадей рядом с ними. Двое слуг спрыгнули с запяток, схватили Селию и втолкнули в карету, дверь в которую держал виконт. Затем в карету вскочили он сам и один из слуг.

Кучер развернул карету, и она рванулась от дома. Селия высунулась в окно и закричала. Но виконт зажал ей рот рукой.

— Ш-ш-ш. Я не сделаю вам ничего плохого.

Она стукнула его по руке, и он грязно выругался. Если он собирается застрелить ее, то пусть сделает это здесь, на глазах ее семьи. Ей вовсе не улыбалось умереть в какой-нибудь охотничьей лачуге, так, что никто не узнает, что случилось в этот день и почему.

— Ведите себя тихо, — угрожающе проговорил виконт. — Иначе я застрелю слугу, который бежит по дороге от дома.

Это был один из слуг Холстед-Холла. Селия не могла допустить, чтобы он умер из-за нее. Она не была уверена, что он видел произошедшее, но если видел, то наверняка узнал кучера. И тогда он догадается, кто ее похитил.

А когда приедет Джексон, расскажет ему, и тот немедленно бросится в погоню. Ах да, ведь Джексон будет ехать этой же дорогой. Может быть, он уже рядом с ними. Селия прильнула к окну, чтобы не пропустить его.

Она откинулась на спинку сиденья. До чего надо быть глупой, чтобы позволить виконту захватить ее! А задать этот идиотский вопрос о «милой красавице», разве это не глупо? Но ей так хотелось узнать правду о родителях, что обычная ее проницательность ей отказала.

— Где ваш пистолет? — резко спросил виконт. Его насторожило, что она, как ему показалось, смирилась с положением. — Только не лгите, иначе я прикажу слуге обыскать вас.

Она хотела солгать — сказать, что пистолет при ней, но представить, что этот мерзкий тип дотронется до нее…

— У меня нет пистолета. Клянусь, я оставила его у себя в спальне.

Он внимательно посмотрел на нее и, похоже, удовлетворился ее объяснением. А почему бы и нет? У нее не было ни сумочки, ни фартука, ни карманов. Даже плаща не было.

О чем она думала, когда выбежала из дома без всего, а главное — без пистолета? Джексон был прав — иногда она не просчитывает последствия своих поступков — вот и получила за безрассудство.

— Моя семья знает о вас, — сказала Селия. — Они знают, что вы сделали с мамой.

— Будь это так, — фыркнул он, — вы бы не выбежали ко мне навстречу. Вы бы вернулись в дом, как только увидели меня. — Он внимательно посмотрел на нее. — Я выдал себя, назвав вас Эльфом, не так ли? Дурацкая ошибка с моей стороны. Я не догадался, что в семье вас так больше не зовут.

— Слуга видел вашу карету, и вы это знаете. Возможно, он заметил, что вы меня похитили. Так что за вами устроят погоню.

— Именно поэтому мы и летим как на крыльях, — усмехнулся он. — И именно поэтому я приказал кучеру, когда будет можно, свернуть на другую дорогу.

Значит, Джексон не пересечется с ней по пути в поместье. Ее охватило отчаяние.

— Это ничего не решает, — заметила она. — Все знают, где вы живете.