Магия торжествует - Илона Эндрюс

Кэрран, следом Элара, потом я. На кухне Элара повернулась ко мне.

— Спасибо, что дала ему возможность помочь.

— О, он сделает гораздо больше, — сказал Кэрран. — Ты права. Мы в отчаянии. Мы примем его и Железных псов.

— Ты знаешь, что он ублюдок? — спросила я Элару.

Она слегка вздёрнула подбородок.

— Я проникла в его разум. Он мой ублюдок.

— Пифии разговаривали с тобой? — спросила я.

— Да. Вы хотите использовать меня в качестве фокусирующего устройства, чтобы погрузить твоего отца в вечный сон. Что будет, если у нас не получится?

— Мы перейдем к плану Б, — сказала я ей.

— И что это будет?

— Я убью отца или умру, пытаясь это сделать, что будет означать одно и то же.

Элара изучающе посмотрела на меня.

— У тебя есть решимость?

— Поверь мне, — сказал Кэрран, его глаза потемнели. — Решимость — это не проблема.

— У нас есть более насущная проблема. В конце концов, Стая выследит Хью до нашего дома, и появится Рафаэль, требуя крови. Рафаэль — буда. Центурион Хью убил его мать. Я убила центуриона, но Рафаэль точно не собирается вдаваться в подробности. Он увидит Хью, и тогда это будет кровавая баня.

— Мы уже разрешили это, — сказала Элара.

— Реально? — спросил Кэрран.

— Да. Рафаэль это тот темноволосый в коже?

— Похож на секс на палочке, — сказала я ей.

— Да. С глазами. — Она взмахнула пальцами, изображая трепещущие ресницы.

— Он.

Кэрран выглядел так, словно только что откусил лимон.

— Он приезжал к нам прошлой осенью, — сказала Элара. — У него жена — блондинка невысокого роста.

Что?

— Ты с ней общалась?

— Да.

— Извините. — Я встала, подошла к телефону и набрала номер Дома буда. Ответила бойкая буда.

— Резиденция клана буда.

— Пожалуйста, скажите альфе, что звонит ее бывшая лучшая подруга.

— Она предупредила нас, что ты позвонишь.

В трубке щелкнуло, и раздался голос Андреа.

— Привет.

— Ты мне не сказала.

— Нет, не сказала.

— Почему?

— Потому что в то время ты была беременна и у тебя было достаточно дерьма, с которым нужно было разбираться.

Я выдавила из себя эти слова.

— Почему ты не сказала мне об этом после?

— Потому что я видела, как Хью позволил Рафаэлю разрезать его на ленточки. Если бы я сказала тебе, ты бы бросила все и тоже отправилась туда, и тогда Хью позволил бы тебе убить его, и тогда ты была бы полна отвращения к себе, а мне пришлось бы заботиться о твоей унылой заднице. Мне нужно управлять кланом, удовлетворять мужа и заботиться о дочери. Позвони мне, когда остынешь.

Она повесила трубку.

Общество осуждает убийство лучшей подруги. В этом случае придётся сделать исключение.

* * *

Через полчаса Хью, пошатываясь, вышел из подвала с осунувшимся лицом. Казалось, он вот-вот упадёт, но он добрался до своего стула на кухне и выпил холодный кофе, как воду. Я дала ему допить.

— Он выживет, — сказал Хью. — Он проспит ещё пару часов, а потом с ним всё будет в порядке.

— Ты хочешь прилечь? — спросила его Элара.

Он покачал головой.

— Я бы не отказался от большого количества мяса.

Я принесла целое блюдо и поставила перед ним. Он взял блинчик, набил его мясом и свернул.

Кэрран встал и направился к входной двери. Я последовала за ним.

— Что там?

— Машина Стаи.

Как и предсказывалось.

— Подожди, возьму меч. Если это Рафаэль, который ищет секундантов, пожалуйста, не впускай его в дом.

— Это не Рафаэль, — сказал Кэрран.

Ужасный рев зачарованного водяного двигателя разрезал тишину, становясь все громче и громче, пока мимо нас по улице не промчался знакомый фургон. Фургон с визгом остановился, дал задний ход и мастерски въехал на нашу подъездную дорожку. Двери распахнулись. Выпрыгнула Дали, достала инвалидное кресло и опустила в него Дулиттла. Ее очки слегка косо сидели на носу, и двигалась она с резкой поспешностью. Она схватила деревянную шкатулку, поставила ее на колени Дулиттлу и покатила его к нашим дверям, как будто собиралась штурмовать замок.

Что, черт возьми, это было? Какое-нибудь лекарство для Ю Фонга?

— Где он?

— Ю Фонг в подвале. Он…

— Не он. — Дали протиснулась мимо меня, ее взгляд остановился на широкой спине Хью. — Он.

Я взглянула на Кэррана. Дали всегда была импульсивной, но это выводило ее на новый уровень. Он покачал головой, и мы последовали за ними на кухню.

— Люди просто заходят в ваш дом, как к себе домой? — спросил Хью Кэррана.

— Ты понятия не имеешь, — сказал ему Кэрран.

Дали поставила коробку на стол перед Хью.

— Мне нужно знать, что это такое.

— Я ем, — сказал он.

Я взяла со стола свой кофе и отошла в сторону. Это должно быть интересно.

Глаза Дали загорелись.

— Ты, послушай меня…

— Ты ворвалась в дом самого близкого мне человека, который приходится сестрой, и прервала мой завтрак.

Дали потянулась, чтобы схватить его. Пальцы Элары коснулись ее. Дали отпрянула с выражением чистого ужаса на лице.

— Если ты еще раз дотронешься до моего мужа, я съем твою душу, тигрица, — сказала Элара и допила остывший чай.

— О, милая. — Хью улыбнулся ей. — Тебе не следует этого делать.

— Никто не съест ничью душу, — сказала я.

Кэрран посмотрел Дали в глаза и сказал спокойным, размеренным голосом, пронизанным командованием:

— Сядь.

Это был его голос Царя Зверей. Очень трудно было ослушаться. Я еще справлялась, но Дали выросла в Стае, а старые привычки отмирают с трудом. Она опустилась на ближайший стул.

— Сделай глубокий вдох.

Дали втянула в себя воздух и медленно выпустила его.

— Почему ты в моем доме? — спросил он ее.

Дали сделала ещё один глубокий вдох. Её нижняя губа задрожала, самообладание покинуло её, и она закрыла лицо руками. Не было слышно ни звука. Только руки, закрывающие лицо, и дрожь. Бедная Дали.

Кэрран присел рядом с ней и осторожно вытащил очки из-под её пальцев. Я взяла носовой платок и протянула его Кэррану. Он взял его у меня и протянул Дали. Она схватила его и прижала к лицу. Он обнял её. Её плечи затряслись.

Я повернулась к Дулиттлу.

— Что происходит? — спросила я.

Он вздохнул.

— Она пережила сильный стресс.

Дали что-то сказала сквозь свои руки.

— Что? — мягко спросил Кэрран.

Она повторила снова.

— Мы не можем тебя понять. — Мой голос звучал тепло, но твердо.

Она опустила руки. Без очков она выглядела на десять лет моложе, ее темные глаза были широко раскрыты и полны слез.

— Я бесплодна! Я не могу иметь детей.

Я повернулась к Дулиттлу.

Он кивнул.

Дали открыла шкатулку. Внутри был большой