999,9… Проба от дьявола - Юрий Гайдук

мертвые молчат. Судя по той информации, которой владела Служба собственной безопасности МВД России, можно было предположить, что погибший в автокатастрофе полковник крышевал наработанный канал перекачки черного золота из Воронцова в Москву и далее в Грузию и в Армению, и это не обещало спокойной жизни. Отправителями этих слитков мог быть не только Гапон, но и воронцовский мэр, которого «возрожденцы» могли использовать втемную, и Гришка Цухло, группировку которого решили пока что не трогать, и еще с десяток уже выявленных фигурантов по золотой фабрике.

Предстояла долгая кропотливая работа, и Геннадий Михайлович даже представить не мог того счастливого момента, когда он сможет сказать самому себе: «Мавр сделал свое дело, мавр может уйти».

Не мог ожидать более спокойной жизни и Антон Крымов, он же — Седой. Буквально на третий день после того как погиб Кудлач, в номер гостиницы заявился тот самый Кошак, который угощал Крымова спиртом в камере воронцовского СИЗО, и, выставив бутылку водки на журнальный столик, произнес, усмехнувшись:

— Не забыл, надеюсь? Узнал?

Несколько опешивший от столь неожиданного визита, Крымов кивнул головой, но тут же протянул Кошаку руку:

— Добрые дела, как и хорошие люди, не забываются.

— Вот и ладненько, — согласился с ним Кошак. И тут же: — Стаканы есть?

— Найдутся.

— В таком случае помянем Кудлача.

Он наполнил выставленные на этот же столик фужеры и, троекратно перекрестившись, поднял свой:

— Ну, за него, родимого, чтоб земля была пухом. Правильный был человек и смотрящий, каких мало.

Выпили не чокаясь, и, когда Кошак налил по второй, Крымов непроизвольно откашлялся:

— Может, я закуску в ресторане закажу, а заодно к ней и еще одну бутылку?

— Годится, — согласился с подобным раскладом гость, — тем более что разговор серьезный будет.

Дождавшись, когда Крымов позвонит в ресторан и сделает заказ, он догнал второй фужер и все тем же осипшим голосом, каким отдавал команды своим сокамерникам, произнес:

— Ну, я тебя пока в суть разговора введу. Ты, конечно, этого не знаешь, но в город уже съезжаются авторитетные люди со всей России, и после похорон состоится сходняк, на котором будет избран новый смотрящий.

— А как же… как же менты, не помешают? — не удержался, чтобы не спросить, Крымов.

— «Менты»… — скривился в презрительной ухмылке Кошак. — Ты еще прокурора вспомни. Короче, этим вопросом уже занялись весьма серьезные люди, и Кудлач будет предан земле, как и положено, со всеми почестями, с венками, с траурной музыкой и поминальным обедом в ресторане «Центральный». Разрешение от воронцовских властей уже получено, так что об этом не стоит особо заморачиваться.

Кошак вновь потянулся синюшной от застаревших наколок рукой к бутылке, разлил остатки водки, молча опрокинул свою долю в себя и только после этого продолжил:

— А теперь насчет того, зачем я пришел к тебе. Народ знает, что ты был едва ли не свидетелем того, как эти козлы замочили Кудлача, и те люди, что съезжаются сейчас в город, хотели бы услышать от тебя лично всё то, что ты показал в ментовской конторе. Я имею в виду тот самый «мерс», который врезался в вас неподалеку от дома Кудлача, и тех хохлов, которые спешили сделать ноги, пока их не повязали.

— Разве это были хохлы? — моментально отреагировал Крымов.

— А ты что, этого не знаешь? — вскинулся Кошак. — Да об этом сейчас весь город талдычит.

— Право слово, не знал, — прижав руку к сердцу, покаялся Крымов. — Но если надо будет…

— Надо, брат, надо! Надо, чтобы вся Россия знала, кто порешил смотрящего, чтобы прыгнуть на его место. Да и вообще попросил бы тебя, чтоб ты пару теплых слов о нем сказал, иначе люди не поймут. — Он хмыкнул и доверительно произнес: — Поди, до сих пор гадаешь, кто тебя вытащил из СИЗО? Так это его заслуга, Кудлача.

Это уже была более чем серьезная заявка на легализацию Седого в воронцовском регионе, заявка, которой нельзя было пренебрегать, и Крымов согласно кивнул:

— Что ж, спасибо ему и за это, а насчет добрых слов… В этом можешь не сомневаться — и на похоронах скажу, и на поминках.

«Панкову. Срочно.

На похороны Кленова (Кудлача) съезжается славянское крыло российских авторитетов; намечается выбор нового смотрящего. Воронцовские авторитеты настоятельно предложили мне остаться в городе, так как со мной хотят переговорить прибывающие в город законники. Жду вашего решения.

Крымов».

«Крымову. Срочно.

Центром предложено остаться до окончательного выяснения столь завидной заинтересованности российских законников в Седом, однако советую действовать по обстановке. Главное — не допустить возвращения того влияния пособников «Возрождения» на завод цветных металлов, каким оно было до этого. Золото ни при каких обстоятельствах не должно уходить на Украину.

Панков».

Итак, приговор окончательный и обжалованию не подлежит: «Золото ни при каких обстоятельствах не должно уходить на Украину». Это звучало как приказ, и Крымов невольно вспомнил шифровку, с которой его ознакомил Панков, перед тем как отправить в Воронцово:

«По ходу оперативной разработки львовской штаб-квартиры радикально-националистической организации «Возрождение», которая является составной частью УНСО, выявлен факт продажи полякам эталонного слитка золота пробы 999,9.

Этот факт — еще одно подтверждение того, что на Украине готовится вооруженный переворот, и УНСО срочно понадобились деньги для активизации пока не задействованных националистических сил, а также для проплаты тех ячеек террористических организаций в Москве, на юге России и на Северном Кавказе, которые будут задействованы для диверсионно-подрывной работы».

Задействованы для диверсионно-подрывной работы…

Означать это могло одно — Украина готовилась превратить Россию в плацдарм, где будут взрывать поезда, мосты и туннели, устраивать террористические акты в метро городов-миллионников, в залах ожидания аэровокзалов, в торговых центрах, в местах скопления людей во время спортивных и особо интересных культурных мероприятий. И перечень этот можно было продолжать бесконечно…

Что ж, ради предотвращения этого стоило оставаться не только Седым, но даже Рыжим и Лысым.

Примечания

1

К а ш а л о т, капустник — мразь, ничтожный человек.

2

Д у ш м а н ы — сотрудники МВД, специализирующиеся на борьбе с наркобизнесом.

3

А н т р а ц и т — общее название наркотиков (сленг).

4

Гостиница — камера в СИЗО (тюремно-лагерный сленг).

5

Статья 228 УК РФ — незаконное приобретение или хранение в