Мрак наваждения - Чжу Минчуань

уже давно отдали другому специалисту. Я сразу же подумал, что поведение Чжан Цици смахивает на поведение психически больной. Очевидно, что Ян Кэ тоже разглядел в ней эти черты. Пока Чжан Цици будет вести себя странно, мы должны быть с ней рядом. Если бы мы заставили ее рассказать нам все начистоту сейчас, ее психическое состояние могло бы только ухудшиться.

Чтобы как-то выйти из затруднительного положения, Ян Кэ сам предложил отвезти Чжан Цици в больницу. Там работают профессионалы, и, если у нас возникнут какие-либо проблемы, нам смогут прийти на помощь. Увидев, что Чжан Цици собирается ехать, я решил тоже составить ей компанию и последовал за ней вниз к выходу из дома. Все-таки не у одного Ян Кэ были вопросы к Чжан Цици, я тоже хотел много о чем спросить ее. Возможно, она знала ответы на все не дававшие нам покоя загадки.

Чжан Цици так же молча села в машину. Что бы мы у нее ни спрашивали, она не обращала на нас внимания и ничего не говорила. Девушка находилась в трансе, как будто ее накачали наркотиками. Ян Кэ беспокоился, что Чжан Цици может выпрыгнуть из машины на ходу или выкинет что-то еще, поэтому он сел с ней на заднее сиденье, а машину должен был вести я.

Пока мы ехали, я думал, где Чжан Цици была все эти годы. Почему она внезапно появилась в доме Ян Кэ? Если бы она была обычной душевнобольной, то как ей удалось скрыться от поисков родственников и полиции? Может быть, Чжан Цици больна шизофренией? Или вдруг у нее повреждена префронтальная кора?[78] А может быть, с Чжан Цици все в порядке и она просто притворяется?

Все время, пока я анализировал произошедшее, Ян Кэ пытался угадать направление мыслей Чжан Цици. Он спрашивал, какого пациента она собирается осматривать в больнице, ведь уже поздно, приемные часы закончились. Чжан Цици проигнорировала его. Она продолжала смотреть на ночной пейзаж за окном так, будто видела его впервые. Когда мы проехали мимо станции метро на первой линии, Чжан Цици, не удержавшись, воскликнула:

– Нет… все не так… как это возможно? – все бормотала она.

– Не волнуйся, ты в безопасности, – то и дело говорил ей Ян Кэ.

Мне было неудобно их прерывать, но голос здравого смысла в моей голове выдвигал одну мысль за другой. Стоит ли вызывать полицию? А зачем? Чтобы они схватили негодяев и чтобы сказать офицеру Ляо, что Чжан Цици жива и ему следует отцепиться от Ян Кэ? Но если так, то кто тогда умер? ДНК и зубная формула трупа совпали с данными Чжан Цици. Как можно было одурачить опытного судмедэксперта? Однако раз человек нашелся, то обязательно надо поставить в известность полицию, будь то дело о пропаже или об убийстве. В это время Чжан Цици, сидевшая на заднем сиденье, сильно занервничала:

– Ты же правда Ян Кэ? Ты же мой Ян Кэ?

– Да, это я, – спокойно ответил Ян Кэ.

– Нет, ты ненастоящий, – повысила голос Чжан Цици.

– Почему ты думаешь, что я ненастоящий? – спросил ее Ян Кэ таким же размеренным тоном.

– Ты ненастоящий!

К счастью, когда Чжан Цици заволновалась еще сильнее, мы уже подъехали к больничной парковке, и шум на заднем сиденье стих. Это было странно, но Чжан Цици, совершенно не обращая на нас внимания, вышла из машины и тут же направилась к зданию стационара. Она побежала прямо на минус второй этаж, и бежала она так быстро, словно ее подгонял ветер. Очень скоро она оторвалась от нас, и мы поспешили за ней, больше всего боясь, что Чжан Цици снова бесследно исчезнет.

Больница опечатала минус второй этаж, однако строительная бригада вновь открыла его для посещения, поскольку из-за смерти Сяо Цяо в клинике проводились расследование и обыски. На этом же этаже было обнаружено тело Чжан Цици, и вскоре там же скончалась Лу Сусу, а я был ранен и госпитализирован. После этих событий минус второй этаж приобрел дурную славу, и туда стало спускаться еще меньше людей.

В ту ночь, когда Чжан Цици убежала туда, мы с Ян Кэ на пару недоумевали от ее действий. Прибыв на место, Чжан Цици просто стояла там без движения и все бормотала «Невозможно» и «Это неправда» снова и снова. Глядя на эту сцену, Ян Кэ испытывал смешанные чувства и не знал, как успокоить девушку.

Свет там горел, но это всегда создавало у людей впечатление, будто они находятся в ином мире. Вдобавок здесь на моих глазах умерла Лу Сусу, и все на этом этаже вызывало во мне сильнейшее сопротивление. Я спросил, можем ли мы обсудить все наверху или, например, пойти к другим пациентам. Я едва не выпалил: «Чжан Цици, ты же не умерла?» Если бы рядом не было Ян Кэ, я бы задал этот вопрос, не став ждать ни секунды.

Неожиданно Чжан Цици повернулась к Ян Кэ и сказала:

– Ты же умер. Я лично видела, что ты умер.

– Где ты это видела? – не утерпев, вмешался я.

Чжан Цици было абсолютно все равно, кто я. Услышав мой вопрос, она на полном серьезе ответила:

– Прямо здесь. Это точно так, я не лгу.

– Хорошо, хорошо, мы тебе верим, – не отважился провоцировать ее я.

Но по моему голосу Чжан Цици догадалась, что это неправда, и немного расстроилась. Она указала на место, где была снесена стена, и сказала:

– Разве тут не было стены? Почему я ее не вижу?

Я видел, что Ян Кэ так и стоял с глупым видом, не говоря ни слова, поэтому сам все объяснил Чжан Цици. От моего ответа она замерла с оторопелым видом.

Прежде чем я что-либо понял, глаза Чжан Цици сощурились, взгляд у нее стал острым, словно это были вовсе и не ее глаза. Уставившись на меня, она спросила:

– Ты же ходил искать Хэ Мэй? Они сказали тебе, что Хэ Мэй там не было?

– Откуда ты знаешь? Ты следила за мной? – удивился я. Я даже не успел рассказать об этом Ян Кэ.

Вместо ответа Чжан Цици высказала безумную теорию: она находится в параллельной вселенной. Здешний Ян Кэ – вовсе не ее Ян Кэ. В ее мире Ян Кэ давно погиб в автокатастрофе. Все это было похоже на бредни психически больного человека, мы просто не могли воспринимать гипотезу Чжан Цици всерьез. Но она стояла перед нами. Живая. Я подумал: а что, если она сказала правду? Иначе как еще можно