Уотердип - Ричард Авлинсон

Миднайт никогда не доводилось слышать об этом заклинании прежде, но она уже знала для чего его можно использовать. Затем она поняла, что знает не только как прочитать это заклинание, но и как оно построено, теорию, которая заставляла его работать и что впервые это заклинание создал Эльминстер.

Чародейка была просто поражена. Она не могла понять откуда ей все это известно, эти знания всплыли в ее разуме сами собой. Она решил посмотреть, что она еще сможет предпринять. Миднайт стала копаться в своей памяти, отыскивая полный список известных Эльминстеру заклинаний. Тотчас же ее разум наполнился жестами, строением и теорией каждого из заклинаний известного Эльминстеру. Поразившись такому обилию информации, она отбросила от себя магию древнего старца. Вспомнив одно интересное заклинание, которое ей однажды довелось повидать — в нем маг помещал между собой и атакующим магическую руку, — Миднайт стала рыться в своем разуме, ища информацию на это заклятье. И вновь она поняла, что ей все о нем известно, начиная с того, как произнести заклинание и заканчивая тем, что мага, открывшего это заклятие несколько столетий назад, звали Бигби.

Миднайт поняла, что в ее голове содержится целая энциклопедия по магии, словно она получила доступ к некой таинственной книге, в которой было занесено каждое известное заклинание. Не могло быть и сомнений, что это новая способность была дарована силой Мистры, но чародейка не могла понять почему она открыла это именно сейчас. Возможно это было из-за того, что она была как никогда близка к выходу из Королевств. Или возможно это была новая ступень в развитии ее взаимоотношений с магической пеленой окружающей планету. Но какова бы ни была причина, Миднайт почувствовала приливы внутренних сил и подъем духа. Если она хотела раздобыть Скрижаль Судьбы в Замке Костей, ей понадобится любая помощь.

Мысли о скрижали вернули Миднайт назад к Девереллу и его заинтересованности в помощи ей. Повернувшись к нему, она спросила, — «Ты ведь уже мертв, так почему тебя волнует судьба Королевств?»

«Человеческая честь не умирает вместе с его телом», — ответил Деверелл. «Как Харпер я поклялся служить во имя сил добра и противостоять любому злу. Эта клятва связывает меня до тех пор, пока…» Он кивнул на фонтан.

«Надеюсь это произойдет не скоро», — ответила Миднайт.

Деверелл не ответил, так как у него больше не было сил сопротивляться фонтану. «Ты выглядишь усталой. Наверное, прежде чем ты отправишься дальше, тебе стоит отдохнуть», — произнес он. «Я присмотрю за тобой».

«Пожалуй, ты прав», — ответила Миднайт. Она не знала сколько времени прошло с тех пор, когда она спала в последний раз, но подозревала, что в Царстве Мертвых отдохнуть ей не удастся.

Они прошли в один конец двора и Миднайт прилегла на землю. Ей долго не удавалось заснуть, но и после этого ее сон оказался наполнен плохими предзнаменованиями. И все же, после непродолжительного отдыха, пусть и не разум, но ее тело, было готово к дальнейшему путешествию.

Поднявшись Миднайт заметила, что на площади собралась толпа из нескольких тысяч душ.

«Прости», — произнес Деверелл. «Пока ты спала, в округе стало известно о живой женщине. Они пришли посмотреть на тебя, но не хотели причинять вреда».

Заглянув в завистливые глаза призраков, Миднайт ощутила как в ней растет жалость к ним. «Все в порядке», — произнесла она. «Сколько я проспала?»

Деверелл лишь пожал плечами. «Прости, но я больше не чувствую течения времени».

Миднайт пошла вперед, но внезапно ей в голову пришла идея и она повернулась к Девереллу. «Если кто-нибудь умер в Замке Дрэгонспир, то его душа неизменно попадет сюда, в Канаглим?»

Деверелл кивнул. «Разумеется. Фонтан Непентэ ближайший источник, через который можно добраться до Царства Мертвых».

Миднайт обернулась и обратилась к толпе. «Келемвор, ты здесь?» — крикнула она. Толпа призраков слегка загудела, переводя взгляды друг на друга, но никто из них не подался вперед. Миднайт облегченно выдохнула.

Чародейка вновь обратилась к толпе, на сей раз ожидая что ей ответят. «А ты, Адон? Выходи, мы сможем поговорить». Миднайт не знала, сможет ли она выдержать разговора с мертвым другом, но все же хотела попытаться. «Адон, это я, Миднайт!»

Адон не появлялся.

Пять минут спустя, Деверелл нарушил молчание, — «Возможно он испугался или не смог воспротивиться фонтану».

Миднайт покачала головой. «Это не похоже на Адона. Он не один из тех, тко сдается так легко».

Деверелл обвел толпу взглядом. «Что ж, он не вышел. Думаю тебе нет смысла ждать его больше».

Миднайт согласно кивнула. «Пожалуй, так даже и лучше. Это лишь причинило бы нам лишнюю боль».

«Тогда, если ты готова», — произнес Деверелл и махнул мерцающей рукой в сторону Фонтана Непентэ.

Миднайт собрала все свое мужество в кулак и кивнула. «Готова, как никогда».

Деверелл провел ее через толпу призраков. Когда они добрались до фонтана, он остановился и повернулся к Миднайт. «Да встретятся наши клинки вновь».

Прощание Деверелла растрогало Миднайт, так как она узнала в его словах знак воинского уважения. «Пусть твое благородное сердце спасет твою душу», — ответила она.

Чародейка бросила последний взгляд на толпу призраков, все еще надеясь увидеть лицо Адона, но на нее смотрело лишь множество безразличных, незнакомых ей глаз.

Миднайт обернулась к фонтану, пытаясь представить, что ждет ее там внизу, на белой равнине. Наконец, надеясь что ее магия не подведет, она вызвала в памяти заклинание Эльминстера «прогулки между мирами» и произнесла его. Над фонтаном появился сияющий диск магической энергии и сделав глубокий вдох, Миднайт шагнула внутрь.

Сайрик стоял перед небольшой каменной таверной, укрывшейся под сенью шести кленов, в руке он держал поводья своей лошади. Заведение располагалось на открытой равнине между Замком Дрэгонспир и Даггерсфордом. Неподалеку, в пятидесяти ярдах к западу, у небольшого ручейка, обеспечивавшего постоянный приток свежей воды, располагалась конюшня.

Но сейчас ручеек был завален мертвым скотом, а сама конюшня выжжена до самой земли. У входа в таверну на снегу лежала наполовину сгоревшая вывеска «Ночующий Грифон». Оконные ставни были разбиты вдребезги и сквозь осиротевшие оконные проемы выбивались клубы густого дыма.

Есть тут что-нибудь для меня? — спросил меч у вора, эти слова возникли в его разуме словно полет мысли.

«Сомневаюсь», — ответил Сайрик. «Но я посмотрю вокруг». Он и меч — хотя для вора он был женского рода, «она» — обращались друг к другу на равных — и даже считали себя в какой-то мере друзьями, если только такой вид взаимоотношений между мечом и человеком был вообще возможен.