Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3 - Агата Кристи

со мной, мисс. Мы быстро доберемся, по улице Права…

И они уехали.

Мистер Паркер Пайн повернулся к спокойному, весьма респектабельному человеку, которого звали Хансли и который имел отношение к ведомству общественных работ Багдада, и сказал:

— Когда видишь Дамаск впервые, немного разочаровываешься, потому что город слишком цивилизован: трамваи, современные здания, магазины…

Хансли кивнул, поскольку был немногословен.

— Вы еще не все видели, сэр.

Подошел еще один турист, блондин, в галстуке цветов Итона, с приятным, но не очень умным лицом. Это оказался коллега Хансли, и он явно проявлял беспокойство.

— А, Смитхорст! — сказал Хансли. — Вы что-то потеряли?

Тот покачал головой и равнодушно ответил:

— Нет, я смотрю, любуюсь… — И вдруг он как бы очнулся от сна, добавив: — Нам надо бы кутнуть вечером, как полагаете?

Коллеги удалились, а Паркер Пайн купил местную газету на французском языке, но не нашел в ней ничего интересного: местные новости его не касались, а сведений о каких-то важных событиях в других городах, видимо, не поступало. Но кое-какие заметки из Лондона он все же обнаружил.

Первая касалась биржи. Во второй рассказывалось о бегстве финансиста Самюэла Лонга, который подозревался в растрате многих миллиардов. Считали, что он сбежал в Южную Америку.

— Когда человеку тридцать, это может и удаться. — Паркер Пайн повернулся к итальянцу, с которым плыл на пароходе в Бейрут. Он объяснил, что хотел этим сказать. Синьор Поли согласился:

— Этот тип — настоящий преступник! Он и в Италии уже многих одурачил, так как у него внушающий доверие вид. Говорят, человек образованный.

— Он выпускник Итона и Оксфорда, — сказал детектив.

— Как вы думаете, его поймают?

— Это зависит от темпов его продвижения. Возможно, он еще в Англии или… еще где-нибудь.

— Например, здесь, с нами? — засмеялся итальянец.

— Возможно, — ответил Паркер Пайн серьезно. — Вот вы не знаете, а может быть, я — Лонг.

Синьор Поли с ужасом взглянул на него. Затем его оливково-коричневое лицо выразило восхищение, и он воскликнул:

— О, это хорошо, очень хорошо, но вы…

— Никогда ни о ком не следует судить по внешнему виду. Легко сделаться толстым — это старит. Можно перекрасить волосы, изменить цвет лица и даже национальность.

Итальянец отошел с важным видом. Не поймешь, когда эти англичане шутят, а когда говорят серьезно.

Вечером Паркер Пайн пошел в кино. Затем ему посоветовали пойти в ночной дворец развлечений, который он не нашел ни красивым, ни веселым. И вдруг там неожиданно увидел Смитхорста, одиноко сидящего за столиком; лицо его было красно, и, похоже, он был пьян. Детектив подошел к нему.

— Манера этих танцовщиц обращаться с нами неприлична, — грустно заявил молодой человек. — Я оплатил стакан, два стакана, три стакана одной из них… а она ушла с другим!

Детектив посочувствовал и заказал кофе.

— А я заказал знаменитый арак! — сказал Смитхорст. — Закажите и вы.

Паркер Пайн знал свойства арака и дипломатично промолчал. Молодой человек признался:

— У меня неприятности, и я должен был прийти в себя! Не знаю, что сделали бы вы на моем месте… Не хотелось бы плохо говорить о товарище, но что поделаешь?… — И вдруг он, словно приходя в себя, пристально взглянул на детектива и подозрительно спросил: — Кто вы? И чем занимаетесь?

Паркер Пайн вынул из кармана газетную вырезку и молча положил перед собеседником.

«Вы несчастны? В таком случае посоветуйтесь с мистером Паркером Пайном».

Смитхорст с трудом разобрал написанное и воскликнул в негодовании:

— А, так вы меня выведете на чистую воду?! Значит, и вам люди тоже рассказывают о своих делах?

— Да, они доверяют мне.

— Куча женщин-идиоток?

— Вы угадали, среди них немало и женщин, — признался детектив, — но и мужчин тоже. Ну, мой юный друг, вы хотите получить совет немедленно?

— Замолчите! Это касается только меня… Где, наконец, этот проклятый арак?

Паркер Пайн грустно покачал головой и оставил Смитхорста дожидаться заказа.

В семь часов утра туристы выехали в Багдад. В пульмановском автобусе сидело одиннадцать человек: Паркер Пайн, синьор Поли, мисс Прайс и ее племянница, три летчика, Смитхорст, Хансли и женщина-армянка с ребенком, которого звали Пантемиан. Зеленый убор Дамаска быстро скрылся из виду; небо нахмурилось, и молодой шофер с беспокойством поглядывал на него. Потом сказал Хансли:

— По ту сторону реки идет сильный дождь. Надеюсь, что мы не увязнем.

В полдень сделали остановку. Подали коробки со съестным. Водители приготовили чай и разлили его в бумажные стаканчики. Перекусив, снова пустились в путь по бесконечной равнине.

Паркер Пайн вспомнил о медлительных караванах и долгих неделях путешествия.

На закате прибыли в бывшую крепость Ритба. Высокие решетчатые ее двери были открыты, и автобус въехал во внутренний двор.

— Потрясающе! — восхитилась Нетта и немедленно пожелала прогуляться. Летчик, лейтенант О’Райк, и мистер Паркер Пайн вызвались сопровождать ее. Гид умолял не отходить далеко, так как в темноте легко можно было заблудиться.

— Мы будем поблизости, — обещал летчик.

Прогулка получилась скучной. Паркер Пайн наклонился и что-то поднял с земли.

— Вы что-то нашли? — спросила девушка.

— Доисторический кремневый нож, — ответил он и протянул находку.

— Люди пользовались им, чтобы убивать?

— Нет, но, конечно, могли бы и его использовать как орудие убийства. Намерение, знаете ли, иногда важнее, чем оружие, так как оружие всегда можно найти.

Стало темнеть, и они быстро вернулись в форт. После обеда, состоявшего из консервов, туристы закурили. Автобус должен был двинуться дальше в полночь. Водитель отчего-то нервничал.

— Здесь плохие места, — говорил он, — мы можем завязнуть.

— Я хотела взять домашние туфли, — сказала мисс Прайс-старшая.

— Вам скорее понадобятся резиновые сапоги, — ответил Смитхорст. — По-моему, мы вот-вот влезем в море грязи.

— А у меня нет даже чулок на смену! — пожаловалась Нетта.

— Не важно. Вы будете сидеть на месте. В случае надобности мужчины выйдут толкать автобус.

— Я всегда беру с собой запасные носки, — похвастался Хансли, ощупывая карман своего плаща.

Свет в автобусе погасили, и машина двинулась. Паркер Пайн устроился впереди. Позади него сидела укутанная в платки армянка; ее ребенок — на сиденье напротив нее. Обе девицы Прайс сидели за детективом. Поли, Смитхорст, Хансли и летчики — где-то дальше.

Автобус мчался сквозь ночь. Паркер Пайн не мог уснуть: ему было неудобно, его то и дело толкали ноги армянки. Остальные, очевидно, спали. Наконец детектив тоже задремал. Но неожиданно толчок подбросил его к потолку машины. Сзади раздались голоса:

— Осторожнее! Вы сломаете нам шеи!

Паркеру Пайну удалось снова заснуть. И опять он проснулся внезапно: машина стояла, часть мужчин вышла. Хансли объявил:

— Мы застряли.

Паркер Пайн осторожно вылез. Дождя не