Когда пришел волшебник - Инна Шаргородская

– А зачем камин, если здесь всегда лето? – поинтересовалась Вероника.

– По ночам бывает прохладно, – объяснил Кароль, – особенно после грозы. К тому же любителей живого огня хватает и среди магов. А маги – народ хитрый и ленивый… загляните – там, внутри, встроенная искусственная саламандра. И с растопкой возиться не надо!

Вероника заглянула и отшатнулась. Маленькая золотистая ящерка, прилепившаяся к задней стенке камина, отнюдь не показалась ей искусственной – она скалила мелкие острые зубки и сверкала глазами!

Осмотрев дом, они вышли на просторную веранду, где стоял стол, накрытый белоснежной скатертью. И ровно через минуту на этот стол прилетело несколько подносов – капитан успел сделать в гостинице заказ. Кофе, свежие булочки, ветчина, сливки…

– Обед я приготовлю сам, – сообщил Кароль, усаживаясь за стол. – Что-то вдруг размяться захотелось. А вечером сходим на концерт, там и поужинаем.

– Вы еще и готовите? – удивилась Вероника.

– Немного, – скромно сказал он.

Но сказочница сразу вспомнила, что точно так же капитан Хиббит ответил, когда она спросила, играет ли он на фортепьяно. И вслед за тем выдал Шопена, чьи опусы требуют от исполнителя весьма незаурядного мастерства!

Что за человек?.. И есть ли на свете что-нибудь, чего он не умел бы делать?

Они с аппетитом позавтракали. Затем остатки трапезы вереницей улетели со стола куда-то вдаль, и Михаил Анатольевич торжественно пригласил Веронику на первый урок.

Кароль, когда она выходила с террасы, успел шепнуть ей на ухо:

– Если вы окажетесь не слишком сообразительной ученицей, я лично отнесусь к этому с полным пониманием и одобрением!

Она только фыркнула в ответ.

Хотелось бы, конечно, задержать Овечкина подольше… Но вряд ли можно надеяться, что маг, владеющий телепатией, не заподозрит подвоха!

…День действительно получился чудесный. Долгий, спокойный, заполненный вперемежку развлечениями и делами, причем и то и другое казалось отдыхом, столь приятная и непринужденная атмосфера воцарилась в их маленькой компании. И еще казалось, что только такой и должна быть настоящая жизнь. Неспешной, веселой и легкой. И люди всегда должны окружать именно такие – беззаботные, улыбающиеся, довольные…

Даже Антон, как и обещал, соответствовал. Развлекался, похоже, вполне искренне.

Впрочем, пока Овечкин преподавал Веронике основы искусства ставить ментальный щит, Антон с Каролем успели немного поспать. Может быть, поэтому друг ее взбодрился и повеселел. А капитан сделался еще общительней и лучезарней…

По окончании первого урока Михаил Анатольевич тоже ненадолго прилег. Веронике же спать совсем не хотелось – как ни странно, но, невзирая на почти бессонную ночь, чувствовала она себя прекрасно.

Капитан Хиббит объяснил это все той же квейтанской кровью, магические силы которой, по его словам, крепли от соприкосновения с родной землей. И они втроем отправились купаться в озере и загорать – в шкафах спален нашлись купальные костюмы на любой вкус.

Кароль, правда, от этого удовольствия отказался. Он даже рубашки не снял. И, сидя в тени плакучей ивы, с удовольствием наблюдал за тем, как Антон отбивается от двух немедленно вынырнувших откуда-то русалок. Их очень заинтересовал красавец-блондин, сунувшийся по неосторожности в воду, и в результате Антону пришлось спасаться бегством – с растерзанной гирляндой из кувшинок на шее.

Веронику водяные жительницы не тронули, но плавать в одиночестве она побоялась и тоже поспешила выбраться на берег.

Потом они с Антоном лежали на маленьком, залитом ласковым солнцем пляже, и Кароль, по-прежнему сидя в тенечке, развлекал их байками из жизни своих друзей-контрабандистов.

– Авось пригодится что-нибудь для ваших сказок, – заметил он, когда Вероника отсмеялась после очередной истории. – Вы черпаете сюжеты исключительно из воображения или из жизни тоже?

– Я их вообще не черпаю, – пожала плечами та. – Они образуются сами.

– Как так?

В глазах капитана светился искренний интерес – что может быть заманчивей для писателя? И Вероника, не удержавшись, пустилась в объяснения.

– Я никогда не придумываю сюжеты заранее, – сказала она. – Верите или нет, но мне на самом деле их диктуют герои… которые и сами-то не пойми откуда берутся! Бывает, приснится или пригрезится, а то и так, ни с того ни с сего, в голову вскочит какой-нибудь персонаж – оригинальный или просто симпатичный, но интересный настолько, что о нем хочется написать. И уже не отстает от меня – заставляет о себе думать, пока я не пойму досконально, кто он такой и что ему в этой жизни может быть надо. А дальше… сюжет обычно с того и начинается, что мистер Икс попадает в такую-то и такую-то ситуацию и пытается сделать то-то и то-то – следуя своим желаниям, заметьте, а не моим! И тут откуда ни возьмись являются другие персонажи, которые помогают ему или препятствуют, и повествование развивается себе потихоньку в направлении, заданном их желаниями и поступками. Герои сами знают, чего хотят, и действуют сами. Мое же дело – не мешать, не пытаться повернуть ход событий в ту сторону, которая кажется нужной мне, а не им. Иначе все застопоривается, и приходится начинать думать заново…

Таким вот образом мои сюжеты и складываются, и каждый поворот в них – я не преувеличиваю – полностью зависит от этих, казалось бы, вымышленных, но оч-чень самостоятельных личностей!..

– И все они сказочные? – полюбопытствовал Кароль. – Вы никогда не писали о реальной жизни?

Вероника захлопала глазами.

– Это о какой? – с комической растерянностью спросила она.

– Да, действительно… О чем это я говорю?

Кароль заразительно расхохотался. Она тоже рассмеялась.

Антон рассеянно улыбался, глядя на светлые воды озера, в которых отражались облака. Мимо пролетела стайка стрекоз всех цветов радуги, оседланных крохотными человечками. Вероника, перестав смеяться, вытаращила им вслед глаза.

– Цветочные эльфы, – сказал Кароль, провожая стайку взглядом. – Жутко сварливые существа!

– Правда?

– Правда. Хотя по ним и не скажешь.

– Боже мой, – вздохнула Вероника, – какой же вы счастливый человек, капитан! Живете здесь, каждый день любуетесь этой красотой, – она посмотрела на светящиеся прибрежные кусты, подняла глаза к небу, – видите эльфов, гномов и фей, знаете о них все…

– Везунчик, – усмехнулся он. – Согласен с вами, Вероника Андреевна, но… На самом деле жизнь здесь не так проста, как это может показаться на первый взгляд. И совсем не безоблачна. Не зря приходится постоянно держать защиту – утратишь бдительность, тут тебя и пришибет шальным заклятием, предназначенным совсем другому «персонажу»… Да и колдовство не даром дается. Оно, знаете ли, требует изрядных усилий… помните, как выглядел Михаил Анатольевич после разгрома Алиэттинного особняка?

– Да, конечно, я понимаю, – сказала она. – Я никогда и не думала, что это легко.

– Думали, думали, – снова усмехнулся Кароль. – Ну ничего, вот возьмется за вас Овечкин по-настоящему, узнаете, почем фунт лиха! Что здесь хорошо – колдовать легче. Помогает природная магия – земли, воздуха, воды. На Земле придется потруднее!

– Справлюсь, – самонадеянно сказала Вероника. – Что-то вы такое, помнится, говорили насчет обеда, капитан? Помощь не требуется?

– Ни боже мой! Сейчас и займусь, – он с готовностью поднялся на ноги. – Надеюсь, купаться вы больше не хотите? Можно оставить вас тут без присмотра?

– Нет, – Вероника поспешно вскочила тоже и принялась отряхиваться от песка. – Может, нас никто и не утащит, но я в жизни не пропущу такого зрелища – капитан Хиббит в фартуке, с ножом в руках!.. Хоть картошку-то почистить доверите?

– За кого вы меня принимаете? – возмутился капитан. – Сейчас… все бросим и кинемся чистить картошку и прочие корнеплоды! Или мы уже не маги?.. Ладно, так и быть, присутствовать при этом таинстве разрешаю. Но на почтительном расстоянии. Очень почтительном!..

Он и впрямь никого не подпустил к своему «таинству». Более того, когда Вероника, приняв душ и переодевшись в белый сарафан, найденный в шкафу, явилась в кухню, все, что требовалось чистить, было уже очищено, и даже пущено в дело, и запахи стояли – только держись! На плите пыхтела кастрюля и скворчало сразу несколько сковородок, а сам капитан колдовал над миской с чем-то загадочным, в состав которого входили среди прочих ингредиентов мука и зелень.

– Будет дивное мясо, – сообщил он Веронике, с фантастической скоростью нарезая на доске луковицу. – Такого вы еще не пробовали. И скромный супчик – ностальгическое воспоминание о детстве!

Она уселась возле стола, чуть в стороне, чтобы не мешать, и принялась завороженно наблюдать за тем, как он энергично орудует то ножом, то ложкой.

– Кто учил вас готовить, капитан?