В проклятых землях - Елена Самойлова

В воспоминаниях остались какие-то обрывки — Тираэль, который тащил меня сквозь заросли, невзирая на мое вялое сопротивление и безжалостно расшвыривая попадавшихся на пути тварей какими-то на диво мощными заклинаниями. Это получалось столь эффективно, что за его спиной оставалась полоса выжженной земли, мертвая зона, свободная от растительности и зверья. И что самое странное, никто не торопился преследовать нас в этом «коридоре». Помню, я тогда удивилась, что на помощь мне послали такого опытного и сильного мага, а сейчас дивлюсь, насколько я была слепа.

Тогда мне даже в голову не пришло, что чистокровные эльфы подобной магией не владеют. Только полукровкам удается так легко подчинить и огонь, и «гнилую смерть», которая бежит на три шага впереди заклинателя и безжалостно губит все живое, попадающееся на пути. Именно потому Тираэль и нес меня тогда на плече, не давая коснуться земли даже мыском сапога. Тяжело дышал, обливался потом, шатался как пьяный, но нес. До этой самой поляны, где росли кусты с алыми плодами, впоследствии оказавшиеся чем-то вроде глазных яблок странного растения.

Интересно, если я похожу по краю поляны, найду дорожку, отмеченную «гнилой смертью»?

«Я тебе и без хождения скажу, — тихо пробормотал Фэй. Я скосила взгляд на браслет, замерцавший зеленью по краю белого металлического ободка вокруг „глаза“. — Десять шагов влево. Четкий след некромагии, замешенной на природном колдовстве. В условиях Запретки действительно образует мертвую зону, которая не воздействует только на своего создателя. Подходить туда не рекомендую — боюсь, что это даже я дезактивировать не смогу. Короче, Лесс, не ходи туда — здоровее будешь».

Я и не собиралась идти именно туда. Просто, если это та самая «дорожка», которую когда-то создал Тираэль, быть может, я смогу повстречаться с ним прямо здесь. Если Равен в нем завелся, пока это эльфийское создание неземной красы и обаяния пудрило мне мозги в Запретке понятиями близости народов и обещанием лучшей жизни, то, быть может, есть шансы разобраться с данной проблемой здесь и сейчас. Я и без Тираэля выберусь, а вот если Равен не сумеет покинуть Запретные земли…

Фэй, представляешь, скольких проблем мы с тобой избежим?

«А сколько приобретем? — Браслет недовольно хмыкнул, из неподвижного глаза выстрелил алый луч, распавшийся на отдельные, едва заметные лучики-паутинки, которые накрыли пространство вокруг меня частой сетью. — Лесс, а вдруг выяснится, что без эльфа своего ты бы и шагу по Запретке не сделала, не то что живой выбралась. Вспомни, какой ты тогда была, и какая ты сейчас. Мы по самые уши влипли, и даже не в грязь, а в кое-что похуже, несмотря на то, что ты сейчас сильная, здоровая и у тебя есть я. А тогда была лишь худая изможденная девчонка, которая с трудом могла поднять мечи, потому что руки ей предусмотрительно подрезали. Не сильно, но достаточно, чтобы они отказывали через минуту боя».

Тебе так нравится копаться в моих мыслях?

«Не меньше, чем тебе в чужих внутренностях, — съязвил Фэй. Алая сеть ярко вспыхнула и погасла. — След мага тянется от этой поляны в сторону Приграничья, насколько я могу судить. И он довольно свежий, если тебе это интересно».

Проводишь?

«А куда мне деваться? — В голосе браслета промелькнула нотка самодовольства. — Мне и самому интересно, как мы отсюда выберемся. И если выберемся, буду по праву считать себя одним из лучших проводников за последнюю тысячу лет».

А если нет? — улыбнулась я, неторопливо двигаясь за алым путевым «светляком», который по нескольку секунд зависал почти над каждым кустом или корягой, выстреливал в потенциального врага тонким лучиком-паутинкой, от которого препятствие слегка дымилось, наполняя воздух запахом гари, и только потом перелетал на шаг вперед.

«Такой вариант развития событий я считаю слишком пессимистичным, поэтому даже рассматривать его не буду».

Очередная безобидная коряжка, валявшаяся поперек дороги, от прикосновения «паутинки» тонко взвизгнула и стремительно зарылась в землю, оставив после себя лишь неровный холмик взрыхленной почвы. Впрочем, внушительные когти на коротких лапах и круглую пасть, усеянную зубами, я заметить успела.

«Очаровательная зверушка, не правда ли? — нервно хихикнул Фэй. — Присосется к чему-нибудь, и тогда оторвать только с куском мяса получится. Если получится».

Меня передернуло, и я торопливо переступила через холмик, под которым скрылось неведомое создание, оставившее после себя легкий запах подгоревшей хлебной корки. Мелкое оно слишком для того, чтобы цепляться к кому попало, а вот паразитировать…

«Лесс, от твоих фантазий я скоро поседею, — недовольно пробурчал Фэй, приглушая сияние, красноватым ореолом расплывающееся вокруг браслета. — Надо же было придумать такую систему размножения…»

Ты поседеть не можешь при всем желании, не преувеличивай. К тому же в Запретных землях и не такую экзотику можно повстречать, а то, о чем я подумала, успешно реализуют осы на протяжении долгого времени.

«Вот это и самое страшное, что исключить подобное нельзя. Я уже избавлял тебя от проросших корешков хищного растения, с которым ты столкнулась у стен Гранца, тебе мало было? Мне вот впечатлений хватило на всю оставшуюся, и хорошо, что ты не знаешь медицинских подробностей твоего излечения, тебя бы кондратий прибрал на месте. А ведь это была даже не Запретка.»

Зато ты приобрел бесценный опыт.

«И ведь не поспоришь».

А надо?

Впереди замерцал рыжий лепесток пламени, в душном холодном воздухе запахло дымом. Неужели мы с Тираэлем в то время были настолько беспечны и невнимательны, что не давали себе труда скрыть свое присутствие в Запретке от местной живности? Да уж, воистину бог или другое высшее существо хранит не только детей, влюбленных и пьяниц, но и наивных идиотов.

Воистину странно наблюдать за самой собой, надежно укрывшись в густой тени, которую создавал ярко полыхающий костер посреди поляны. Сравнивать себя-прежнюю с собой-настоящей и с горечью осознавать, что практически ничего не изменилось. Пролетевшие у меня над головой годы добавили мне разве что усталости в глазах, длинную косу и полсотни подлых наемничьих приемов. И все. Как была хрупким созданием, которое несложно убить, попросту поломав тонкие кости, так им и осталась, разве что обучилась редкой изворотливости.

«И таким образом просто свела вероятность попадания в столь неприятные ситуации к минимуму. А с моим появлением она и вовсе стала стремиться к нулевой отметке».

Что, сам себя не похвалишь — никто не похвалит?

«От тебя пока дождешься — разрядиться пять раз успеть можно, — в тон отозвался браслет. — Между прочим, глядя на то, как старается твой попутчик — неудивительно, что вы с ним долгие годы еще оставались любовниками. Ты, судя по всему, ему и вправду понравилась».