Девять жизней - Фрэнк Лин

Вдруг появился Мик, весь покрытый копотью, но все еще держащийся на ногах. Он размахивал двумя чуть обгоревшими пакетами. Присутствующие Джойсы возликовали. Мэри подскочила к нему и выхватила у него меньшую пачку.

– Моя сдача! – прокричала она и подняла деньги над головой. Группа «нейтралов» взорвалась еще более громким одобрением.

Мне не удалось досмотреть этот спектакль, потому что кто-то сильно ударил меня в левый бок, и я полетел на землю. Раздался громкий рев мотора, и я с ужасом увидел, что на меня несется мотоциклист в черной куртке.

В этот момент стоявший позади меня лицом к надвигающемуся мотоциклисту Мик заорал: «Это он!», поднял свой тяжелый «Уэбли» и выстрелил. Я лежал на земле, убийца решил, что выполнил свою задачу и не стал дожидаться следующего выстрела Мики. Он развернул мотоцикл и помчался через лагерь в сторону стадиона. Дорога проходила между двумя прицепами, и с того места, где я лежал, произошедшее было видно очень хорошо. Мотоцикл повело направо, в следующий Момент его хозяина подбросило в воздух и раздался громкий, почти музыкальный звук, какой издает струна электрогитары. Мотоцикл рухнул на землю возле одного из фургонов.

Я чувствовал себя так, словно меня в плечо лягнула лошадь, но, тщательно ощупав его, пули не обнаружил. Выстрел пришелся по рукоятке моей «Беретты-92» и согнул ее в бараний рог. Тед Блейк помог мне встать на ноги. Никто не торопился подойти к неподвижно лежащему киллеру. Двигатель мотоцикла продолжал работать. Я понял, что он налетел на металлический трос, который тревеллеры натянули вокруг лагеря, чтобы помешать муниципальным властям отбуксировать фургоны с захваченного ими участка.

Мик размахивал пистолетом в воздухе.

– Вы когда-нибудь видели такой выстрел? – вопил он.

– Если вы не отнимете у него пушку, он в самом деле кого-нибудь пристрелит, – обратилась Мэри к Теду. Тот смело подошел к Мику и отобрал у него пистолет. После этого Мик удалился куда-то в темноту и через минуту вернулся, держа в руках что-то похожее на футбольный мяч.

– Готов, собака! – победно констатировал он и бросил на землю голову мотоциклиста в шлеме. Она подкатилась к моим ногам.

Вся веселость обитателей городка улетучилась. Гости заторопились с отъездом. Я набрал номер мобильного телефона Синклера, и скоро лагерь окружили синие мигалки десятка полицейских машин. Сначала стражи порядка попытались удержать отъезжающих, но быстро поняли, что в темноте это нереально.

Когда Синклер подошел ко мне, я все еще стоял возле догорающего прицепа.

Он был одет по всей форме заместителя главного констебля.

– Неосторожное обращение с бритвенным лезвием? – произнес он, дотрагиваясь до шлема носком начищенного ботинка.

Я рассказал ему, как все произошло. Он молча слушал. Тед Блейк подтвердил мои слова. Мы подошли к месту, где фотографы фиксировали положение тела мотоциклиста. Старший инспектор Синклера вынул из сжатых пальцев покойника пистолет. Это была «Матеба», восьмизарядный револьвер необычной формы, сделанный в Италии. Инспектор подержал его в руке.

– Прекрасно сбалансированное оружие, сэр, – заметил он. – Оптимально для стрельбы с мотоцикла.

К моему удивлению, Синклер дружелюбно взял меня под руку.

– Твоя карьера частного детектива кончена, Дейви, – объявил он. – Твои способности к разрушению нуждаются в гораздо более широком поле деятельности. Тебе нужна другая сфера, подальше от Манчестера. Это ты посоветовал своим друзьям окружить лагерь тросом? – он показал на убийственную проволоку. – Та самая толщина, которая дает эффект бритвы. Чуть-чуть потолще – и все превратилось бы в кашу.

Я знал, что когда Синклер в таком настроении, возражать ему бессмысленно. Он подвел меня к полицейским машинам.

– Может быть, это и незаконно, но я ни за что не впущу тебя в управление, даже для дачи показаний. Мы поедем к тебе в офис, твой юный помощник может нас отвезти.

Все время, пока он говорил, Джей вертелся у меня за спиной, а теперь он выскочил вперед и открыл Синклеру дверь взятой напрокат белой машины, как заправский личный водитель.

– Когда вы вступите в наши ряды, молодой человек, вам придется много чего забыть, но начинаете вы неплохо, – подбодрил его Синклер.

19

Допрос, продолжавшийся до середины ночи, довольно мягкий по понятиям Синклера, все же привел меня в состояние истощения. Имя Джейка Гордона почти не упоминалось. Я знал, что мотоциклист был только исполнителем. Мне сказали, что его фамилия – Сиджвик и что он был уволен со флота. Попытки выяснить его связи ни к чему не привели. Он казался абсолютным одиночкой.

– Полицейская рутина, – сказал Синклер. – Проковыряемся не одну неделю, пока удастся что-нибудь откопать.

Наконец все разъехались. Синклер, его старший инспектор и стенографистка – в Честер-хаус, Джей Андерсон – в Мосс-сайд, а Блейк и Мэри – к Теду в Дидсбери. Я не сомневался в планах Мэри, и от души желал ей удачи. Тед воспринимал ее королевское происхождение так же серьезно, как она сама, они подходили друг другу и фигурой, и манерой одеваться и могли бы составить отличную пару. Тед выглядел таким счастливым, каким я не видел его много лет. Он держал в руках самую громкую историю года и перспективу очень выгодной сделки.

Оставшись один, я решил, что утро вечера мудренее. Почему-то я был уверен, что тот, кто организовал убийство Глории, на некоторое время оставит меня в покое. Мой спальный мешок остался на кровати в трейлере Мэри, и когда через четыре часа я проснулся в своем кресле, самочувствие мое не улучшилось ни на йоту. Также я обнаружил, что вся спина у меня искусана какими-то насекомыми – тревеллеры живут слишком близко к природе. Мне нужна была ванна. Часы показывали начало десятого, и если бы Делиз собиралась приехать, она бы уже явилась. Я позвонил ей.

Трубку сняла Молли Делани.

– Да! – гаркнула она в трубку.

Я был не готов к новому наезду и попытался изобразить женский голос.

– Вас беспокоят с кафедры археологии Манчестерского университета. Я могу поговорить с мисс Делиз Делани?

Послышались удаляющиеся тяжелые шаги, а затем обнадеженный голос Делиз.

– А, это ты… – разочарованно протянула она, поняв, что ее не собираются приглашать на новые раскопки.

– Почему ты не выходишь на работу, Делиз?

– Ты знаешь, Дейв, я думаю, нам лучше сделать паузу. Я рада, что ты вернулся, но мне надо немного собраться с мыслями. Я не в восторге от того, что как только между нами возникают малейшие трения, ты тут же находишь мне замену. Будешь отрицать, что прожил неделю с этой Принцессой-Без-Трусов? – Она бросила трубку.

Удивительно, как чутье Делиз срабатывало каждый раз, когда меня заносило на сторону. Это доказывало, что между нами существует настоящая связь, а может, я просто дал ей слишком много оснований мне не доверять. Я знал, что опереться мне не на что. «Через день-другой она остынет», – заверил я себя.

Я сидел в офисе – голодный, холодный, искусанный клопами, – и не знал, чем себя занять. В конце концов я собрал остатки своего гардероба, загрузил их в нанятую машину и поехал в Чорлтон. Я поднялся в квартиру, в которую клялся никогда не возвращаться, принял ванну, лег в кровать и заснул. Проснувшись в середине дня, я обнаружил, что ванна и сон сотворили чудо. Я спустился в гараж, сел на велосипед и впервые за несколько недель по-настоящему размялся. Что бы ни происходило, Мерси текла все так же безмятежно. На обратном пути я остановился у плавучего бара «Джексон-боут», выпил пару пинт пива и закусил.

Вернувшись в квартиру, я чувствовал себя почти человеком. Позвонил в агентство транспортных услуг и договорился о доставке моей мебели из подвала «Атвуд Билдинг». За дополнительную плату они согласились сделать это немедленно, и я провел выходные, обустраивая свое новое старое жилье. Салвеи были дома, но к общению не стремились.

Поговорил я только с отцом, по телефону.

– Неужто выбрался из очередной передряги, Дейв? – спросил он так же саркастически, как всегда.

– Можно сказать и так.

– А твою дверь, полагаю, осаждает эта парочка с телевидения? Делиз нам все рассказала. Они, конечно, поблагодарили тебя за то, что ты рисковал ради них головой?

– Я думаю, может быть, Кэт…

– Она слишком занята, чтобы думать о тебе, малыш. Что же до Саймона Риштона – держу пари, что он уже не помнит, как тебя зовут. – Я чувствовал, что ему действительно обидно за меня.

– Я уверен, что они позвонят мне, – сказал я, хотя в глубине души знал, что отец прав.

Когда наступил понедельник, я решил, что могу сегодня утром обойтись без работы. В банке лежали деньги. «Полар Билдинг Сосайети» еще не скоро предпримет новую попытку снова вытряхнуть меня из дома, и я мог позволить себе немного отдохнуть. Странное дело, но последние события меня не огорчили; я был уверен, что после провала попытки убрать меня таким грубым способом убийца Глории выждет некоторое время, а затем станет действовать хитрее. Когда принесли письма, среди них оказалась короткая записка с благодарностью от Кэт Хэдлам; она извещала меня, что уезжает отдыхать на Бермудские острова. О Саймоне Риштоне она не упоминала. Таким образом, визита мне не нанесли, но все же отец оказался не во всем прав.